Клеймо тирана (СИ) - Попова Любовь - Страница 8

— Спасибо, душенька, добрая ты девочка. Все у тебя хорошо будет.

— Спасибо, — поворачиваюсь к рюкзаку и вдруг на меня падает тень, а по венам жидкий мороз пускают. Оборачиваюсь и ахаю, замечая, как Зверев отрывает от пола старушку и удерживает в воздухе.

— Боже! Отпусти ее! Ты что делаешь!? Охрана!

— Отдай то, что взяла, старая, а то к праотцам раньше времени отправишься, — он почти бросает ее, я хочу кинуться на это чудовище, как вдруг морщинистая рука протягивает мне мой кошелек. Мой… Кошелек. С деньгами.

Глава 11

Я резко верчу головой на рюкзак. Открытый. Руки ко рту прижимаю, кошелек беру.

— Не стоит быть такой доверчивой, девочка, — хмыкает добрая старушка и бросив недовольный взгляд на Зверева, просто уходит из магазина. Охрана уже прибежала, кассиры камеры включили, но быстро выключили, стоило Леону на них посмотреть.

Я все еще в шоке стою. Там были все деньги, она хотела просто их забрать? Вот так просто? Вытащить из рюкзака.

— Вера, хватит тупить, пойдем, — тащит меня Леон из магазина. Закидывает пакет с продуктами на заднее, меня туда же пихает. — Ты ж вроде детдомовская.

— И что? — поднимаю голову. Спасибо, что хоть не в багажнике.

— А ведешь себя странно. Веришь всем подряд.

— А как я должна была догадаться, что она деньги мои отнять хочет? Я, по-твоему, экстрасенс?

— Это простая схема, так детей разводят.

— Да пошел ты! Ты привык к обману и подобным людям, потому что сам такой. Рыбак рыбака…. Куда ты меня везешь?

— Домой.

— Мне на работу надо. Останови машину! — сейчас поговорить или потом?

— В клуб этот твой? — тормозит он и резко разворачивается.

— Да.

— Ты же вроде на боль между ног жаловалась, а туда пойдешь жопой крутить?

— Так у меня не жопа болит.

Тут же ловлю его скептический говорящий взгляд. Лучше не говорить ему про мою жопу. Он же и ее порвет, дай волю.

— Там банкет! Я еще официанткой работаю, а не только жопой кручу.

— А ничего приличнее придумать не могла? — впивается он взглядом через зеркало заднего вида, а я ахаю.

— Ах простите, господин бандит и насильник, забыла вас спросить, кем мне устроиться работать! И вообще отвези меня в полицию, я заявление на тебя напишу, — ну какое заявление, дура. Тебе надо с ним о Коле договориться.

— Ты же вроде на работу опаздываешь?

— Да… Значит завтра.

— На будущее, если вдруг, — тормозит на светофоре, поворачивает голову и усмехается сквозь бороду. — Идти в полицию нужно сразу. Вот вытащил из тебя насильник член, сразу беги писать заявление. И то не факт, что поверят. Тем более, синяков на тебе не было.

— Ну конечно. Если изнасиловали, сама виновата, если обманывают, то потому что дура доверчивая.

— Я не говорил, что ты дура, но доверчивая это факт. Причем не тем.

— Если ты сейчас про Колю, то лучше молчи. Он в отличие от тебя хотел меня взять после свадьбы.

— Ага, именно поэтому в квартире ты была в пеньюаре и в одних трусах. Лечи другого. — хмыкает он, а я отворачиваюсь, Ему бесполезно что — то доказывать. Он просто каменное изваяние, даже не улыбнулся ни разу.

Оставшуюся часть пути он молчит, да и мне говорить с ним не хочется. Сказать спасибо за блинчики. Так и вертится на языке. Но только потому что мне нужна его помощь. Только поэтому.

Не успеваю, хотя собиралась уже. Машина плавно тормозит у входа в мой клуб — ресторан. Если конечно я еще тут работаю.

— Не танцуй сегодня, швы могут разойтись. Вера!

— И хорошо, значит у меня еще несколько дней есть без твоих домогательств, — хочу выйти из машины, но он хватает меня за руку, тянет к себе.

— Я не шучу, Вера. Нехрен больше задницей трясти перед другими. Пожалеешь…

— Ты мне не отец и не муж, чтобы указывать, чем и перед кем трясти, — опять взрываюсь. Тиран чертов. Вырываю руку, выхожу из машины и нарочно хлопаю дверью. Иду в клуб, ни разу не обернувшись, но чувствуя режущий взгляд в спину. Мороз по коже, словно и правда могу пожалеть.

И я не планировала танцевать, но пойду. Просто назло этому чудовищу. Хуже, чем уже сделал, быть все равно не может. Да и деньги будут не лишними.

Лучше задницей покрутить и денег заработать, чем под него ложится. Да… Лучше.

Глава 12

Машина за спиной визжит шинами, а я вздрагиваю. Перед входом в ресторан замираю. Войти словно боюсь. Хочу, но не могу. Обнимаю себя, чувствую, как мороз проникает под кожу, как накрывает волнами отчаянья. Я так хочу вернуться в прошлое. В то время, когда с улыбкой забегала внутрь, здоровалась с каждым, слушала истории, рассказывала свои. Мне всегда оставляли хорошие чаевые, потому что я милая. Потому что порхала как бабочка. А теперь что? Теперь я даже губы в улыбке не могу растянуть. Не могу даже понять, как жить дальше. Даже цель спасти Колю, кажется далекой и призрачной. А если не получится? А если не успею?

Сделать даже шаг не могу. Потому что ничего, ничего уже не обернет время вспять, не сделает меня бабочкой. Теперь я кажусь себе гусеницей, ползущей по земле, в грязи, в мусоре, которым забиты моя голова.

— Вера? — из ресторана выбегает Рината. Она дочь владельца клуба, но хорошо выполняет роль руководителя. Ей нравится. Всегда в черном, всегда деловая. — Ну и чего ты встала? Ты же вроде хотела помочь?

— Хочу конечно, — киваю и иду вперед. Делаю несколько шагов, понимая, что сил почти не осталось. Ни физических, ни моральных. Я просто уничтожена. Я уже не я. Не могу радоваться жизни, не могу строить планов как раньше. Даже не знаю, смогу ли читать те же книжки, что раньше.

Меня встречают девчонки — официантки. Пытаюсь завести разговор, а я не могу. Не могу не завидовать их беззаботности. Каждая из них свободна, а надо мной словно ежесекундно висит дамоклов меч с безжалостным «пожалеешь».

Я отрабатываю на смене как положено, получаю свои деньги, но, когда девчонки начинают краситься, просто ухожу домой. Никому ничего не объясняя. Я просто не смогу выйти в зал, встать на помост и извиваться в танце словно ничего не произошло.

Сажусь в метро и еду, почти не замечая проходящих мимо. Не знаю, может это заторможенная реакция после всех событий? Может до меня наконец дошло, что случилось.

Может поэтому я больше не цепляюсь за лица людей, меня все раздражает. До такой степени, что, когда меня толкают, я кричу.

— Поосторожнее нельзя!?

Возвращаюсь в свою студию, даже свет не включаю, просто залезаю под одеяло и начинаю плакать. Слезы градом по щекам, губы дрожат, тело бьет озноб.

Это конец, да?

Я одна из тех, кто никогда не сможет нормально жить? Да как я вернусь к Коле после всего. Как я смогу любить? Отдаваться без остатка. Кажется, на душе навсегда поселился страх, что прямо сейчас сюда ворвутся снова, привяжут к кровати и изнасилуют. Я дома, но в безопасности себя не чувствую.

Я засыпаю, воя в подушку, отключаюсь как — то быстро, а когда открываю глаза, слышу шум в коридоре. Сжимаюсь в комок, не смея пошевелиться. Я знаю кто это, знаю зачем он пришел и все что могу сделать это просто замереть, словно это поможет избежать неизбежного.

Моя небольшая кровать прогибается, и я слышу шуршание одежды. Я не хочу, не хочу. Кричу, когда одеяло откидывается, а обнаженное чудовище нависает надо мной.

— Не трогай меня. Пожалуйста! — глотаю слезы, теряя весь запал. Он словно не слышит, наваливается сверху, сминая мое сопротивление своей жестокой силой, тут же толкая язык мне в рот. Я хочу укусить его, но он сжимает мне щеки руками, не давая захлопнуть челюсть, шипит.

— Не дергайся и больно не будет.

— Я не хочу, Леон, мне будет больно.

— Посмотрим, — хмыкает он, задирая мою кофту и схожу, впиваясь в соски губами.

Глава 13

Во мне метались и сталкивались противоречия. С одной стороны я понимала, что нужно будет договориться с этим монстром, а с другой я не смогу перенести новую порцию насилия. Несмотря на всю мою любовь к Коле, я не могу спокойно лежать и ждать, когда он начнет снова меня рвать. Я просто не перенесу этого, просто не выдержу. Я упираюсь руками в его тугие мышцы, чувствуя кожей волоски. Это как пытаться сдвинуть бетонную плиту. Только раскаленную, такой этот Леон горячий. Как не дает сопротивляться, избавляя от одежды, почти срывая ее с меня.