Генезис - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 57

Она, кутаясь в шаль, осмотрела добычу и велела идти в дом, мол, она сама тут все сделает и уберет дичь. А через полчаса вошла ко мне, я сидел за столом и, закончив чистить ружье, собирал его.

– Алексей, прибегал сын Анны Семеновны, передал от матери, чтобы завтра зашел в сельский клуб, тебя там оформят на работу в музыкальный коллектив.

– Понял. Но это после школы. Знакомиться буду с директором, хотят изучить уровень моих знаний.

Она кивнула и ушла, ну а я, выключив свет, лег спать и вскоре уснул.

Кстати, отвлекусь немного… Платить за проживание мне не нужно, за это платит колхоз. Именно так, все проходит через бухгалтерию. Дрова те же за полцены можно взять. В общем, много льгот, потому хозяйка особо и не возражала насчет постояльца. А вот я насчет нее… Знаете, не буду я к ней подкатывать. Слишком она чистая и светлая, не хочу со своим рылом лезть к ней. Нет, пусть такой и остается, мужа себе порядочного найдет. А мы просто будем жить вместе, как хозяйка и постоялец, нейтрально себя вести.

Утром позавтракал, тренировка уже провел, хозяйка накормила и отправилась на работу, а я в школу. Там познакомился с директором, она вызвала свободную учительницу, и та в ее присутствии стала задавать вопросы, потом решать задачи. Учительница оказалась математичкой, первого урока у нее не было. Сорок минут собеседования, и вот что сказала учительница:

– Мне учить нечему. Алексей знает всю программу десятого класса, и даже выше. Я взяла на себя смелость задать несколько задач университетского уровня. Он их решил с легкостью и явно не в первый раз.

Обе посмотрели на меня задумчивым взглядом, учительница еще и заинтересованным. Явно прикидывая, как меня использовать. Математические олимпиады и подобное сейчас в фаворе.

– Я все предметы знаю на подобном уровне. Если можно, я бы хотел сдать экзамены за десятый класс в конце учебного года и получить аттестат.

Обе женщины заинтересовались и обещали подумать, после того как я пройду других учителей. Что они скажут. После обеда меня будут ждать, еще несколько учителей опрос устроят, один или два, а пока отпустили. Я дошел до клуба, оформился на работу в музыкальный коллектив и стал гитаристом и вокалистом группы. Кто ею руководит, пока не знаю, нас познакомят позже. А пока мне передали, что меня ждет их участковый. Тот только сегодня вернулся из города, два дня не было. Познакомиться хочет. Я и отправился к зданию исполкома, где на первом этаже был пункт милиции и где работал участковый. А зайдя, мельком глянул на доску разыскиваемых людей и вдруг замер, повернувшись и изучая свое довольно качественное фото. В розыске был Тихон Иванов, который ушел из дому и не вернулся. Даже шрам на фотографии видно хорошо. Потрогав бумагу, определил, что ее только что приклеили, еще влажная.

Развернувшись, я покинул коридор, дверь с надписью «Милиция» была дальше по коридору, открытая, кстати, и быстрым шагом направился к месту постоя. Добежав, стал быстро собирать вещи, забрал каравай, утром Алеся испекла. На столе оставил двадцать пять рублей и написал, что это за постой и на дрова. Ну и счастья ей пожелал. Специально это написал, через участкового наверняка дойдет до Ивановых. А вообще жизнь штука сложная. Я не люблю, когда предают, а когда предали меня близкие мне люди, то я вычеркнул их из своей жизни. Покинув дом, снова закрыв его на щеколду, тут на замки дома не запирают, побежал через огород к плетеной ограде. За ней поле, и там дорога. Надеюсь, поймаю машину. Помахал соседу рукой, тот в огороде что-то делал, крикнул ему, что на охоту пошел, и свалил.

Сам я был переполнен горечью, ведь такое отличное место нашел, и все прахом пошло. А виноваты те два урода, что опознали меня как Тихона на Киевском вокзале Москвы. Теперь смысла оставаться в Союзе я не видел, быть постоянно в напряжении, знать, что тебя ищут. Мне оно надо? Ивановы тоже молодцы. Ушел и ушел. Нет, бучу подняли, ищут…

Бежал я активно, неплохо тренированное тело темп пока держало. Приемник висел на боку, у него длинный ремень был, я придерживал его на ходу, батарейки вставлены, и я еще и музыку слушал. Слегка с помехами, но все равно не так скучно. Вздохнув, я сплюнул и забыл, что не удалось в селе устроиться, сейчас придумываю запасной план, раз основной не сработал. Ранее запасного у меня не было. Что делать буду? Поезд к Черному морю, угоняю лодку, можно парусную, и плыву в Турцию. Там высаживаюсь незаметно. В общем, разберусь. Надеюсь, пограничники не перехватят.

Все же план я изменил. Мне удалось уйти, хотя я уверен, что информация, где я находился, от участкового разошлась, думаю, по фото на розыскном листе меня опознали те, кто видел лично, стоило бы его сорвать. Двинулся я не к Полтаве, как можно было подумать, а к Харькову. Там купил билет на Москву, благополучно доехал и дальше на Ленинград билет приобрел, доехал без проблем. Не опознали. Дальше, пользуясь своими возможностями видеть все ночью, пробрался на грузовое английское судно и, дождавшись, когда оно покинет порт и выйдет на волны Балтики, вздохнул с облегчением. С трудом, но мне удалось сделать так, чтобы меня не обнаружили. А сошел я в порту Плимута, судно без заходов в другие порты шло в Англию с грузом металла.

Пришлось ждать ночи, и только тогда я сошел и, придерживая висевший на плече рюкзак, направился прочь. Приемник все так же висел на плече. Спросив, что это за город у прохожего на выходе из порта, узнал, что Плимут. Вспомнив, что я тут устраивал, будучи графом Соло, решил, что нужно повторить. Денег не было, а советские тут не котировались. Я даже в банк не пойду, чтобы их поменять. Примети здание банка, как его запирают, допоздна работают, время одиннадцать по местному времени, охранник скрылся в банке, заперев дверь, а мужчина в дорогом костюме подошел к роскошному лимузину «Мерседес». Открыв дверь, собираясь сесть, он получил от меня кулаком по затылку. Закинув его в машину, на переднее пассажирское сиденье, я сел за руль, рюкзак и приемник положил на заднее сиденье и покатил прочь от банка, а потом и из города, выехав к берегу. Тут был высокий обрыв. Быстро вытащил тело наружу, банкир застонал. Я обыскал его, потом машину. Денег всего двести двенадцать фунтов, сумма солидная, но все равно для моих целей мелочь. Приведя его в чувство, начал допрашивать, но не помогло. Все в банке или на депозитах. А то, что дома, предметы старины, замучаешься продавать. Вырубил его и посадив в машину, облил ее бензином, канистра в багажнике была, и сбросил с кручи. Мне свидетель не нужен. Искры были, полыхнула. Не люблю англичан, но, кажется, я это уже говорил. Ладно, не получилась жизнь в Союзе, поживу в золотое время хиппи в США. Я их тоже не люблю, самих американцев, но потерплю. А пока нужно подумать, где добыть средства. Ведь до Индии далеко. И тут банки есть, что решат все мои проблемы. Англичане по натуре все грабители, будем грабить их. Особенно банкиров. Вот уж кто заслужил.

Как покинуть Англию, да еще не пустым, я уже продумал. Вот сейчас стоял на корме пассажирского лайнера, облокотившись на перила, и наблюдал, как в кильватерной струе на горизонте тает Остров. Этот банкир рассказал мне о других своих коллегах. Меня интересовали пожилые, которые уже наворовали и спокойно жили. Им умереть своей смертью не хочется давать, они заслужили кары, ведь они зарабатывали на войне, финансируя и жируя на этом. На крови. Возмездие должно быть. Ну и то, что я что-то на этом заработаю, это второе. Неделю я изучал жизнь двух таких банкиров, проник по очереди в их дома и уничтожил. Вывез все, что посчитал ценным, на грузовике. Я уже купил морской контейнер, туда все и загрузил в два захода. Как я и думал, у обоих банкиров в подвалах хранилища были, целые комнаты. Как под копирку. Пожар скрыл все следы моего там пребывания. Контейнер отправился на морском грузовом судне во Флориду, я получу его по квитанции, что сейчас при мне, это в штатах, а я зайцем пробрался на это пассажирское судно, что шло в Нью-Йорк.