Генезис - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 65

Этот армейский грузовик был выкуплен его новым хозяином, бывшим прапорщиком. Он там же в овраге лежал с другими жертвами. Как смог выкупить новую машину с хранения, у нее пробег полторы тысячи, не знаю, но была в полной комплектации. Машина была с железным кунгом. Это была командно-штабная машина, но, заглянув внутрь, я только обрадовался: все оборудование убрано, сделаны две койки, еще две подвесные, два шкафа, запирающиеся на замки, небольшая кухня. В общем, машина для отдыха подходила идеально. На крыше сварен багажник, там закреплены два запасных колеса. В задней части лестница наверх. Спереди на кунге четыре дополнительные фары, что светили вперед. Лебедка стояла спереди. Ключи в машине, бак полный. Я завел машину, сделал круг, отличный грузовичок, и стал грузить в машину ценности. Не бросать же. Честно сказать, как-то муторно от всего этого, поэтому, подумав, я забрал только сумку, в которую женщины складывали наличность и разные ценности, золото тоже было, и очень даже немало. Тяжелая сумка. По моим прикидкам, тут наличности тысяч на сто сорок. Да и золота примерно на половину этой суммы. Остальное осмотрел и трогать не стал. А вот все канистры с бензином, несколько комплектов инструментов, автозапчастей, три запасных колеса к моему «Москвичу», модель та же, прибрал. Инструменты и запчасти в шкафчик грузовика убрал. Сумку закинул в кабину и покатил к своей технике, размышляя, как забрать и отбуксировать свой «Москвич». То, что мотоцикл войдет в кунг, я не сомневался, тут главное поднять.

Да, с мотоциклом пришлось повозиться. Когда я доехал до стоянки своей техники, то смог закатить его в кунг. Это не так просто было, жаль я сейчас не терминатор, поднял бы на руках и поставил где нужно. Нет, я проявил хитрость. Я снял задний борт у «зилка», закинув на багажник «шишиги», и на склоне овражка, используя тот как трап, просто закатил мотоцикл внутрь, одеялом его обмотал, чтобы не поцарапать, и привязал к стенке, чтобы не мотало. Там стойка была. Шлем убрал на койку. Вот с «Москвичом» сложнее. Срубил две крепкие ветки кустарника, выбирал поровнее, увязал тросом, спереди у «Москвича» проушины, закрепил и на крюк грузовика накинул. Палки подлиннее выбирал, чтобы фартук у машины спереди не помять. Держит, а трос страхует. Это времянка, сорвать может в любой момент, но стронувшись с места, потащил буксируемую легковушку и прицеп. Расход топлива, конечно, скакнул, но делать нечего. А ехал по полевым дорогам, на трассу не выезжал.

По рации слышал переговоры милиции. Уже прибыли, исследуют бойню на дороге. Надо убраться как можно дальше, скоро вертолеты поднимут, а найти в степи машину с воздуха не сложно. Так что рвем когти. Больше сорока километров в час я не ехал, тревожно поглядывал в зеркала заднего вида и так за час, уже светало, удалился километров на тридцать. Было бы больше, если бы дороги не петляли. Нашел глубокий овраг, специально искал подходящий, поросший колючим и густым кустарником. Спустил машину, подъехав к кустарнику по дну, и, жалея, что в грузовичке нет тюка с маскировочной сетью, занялся маскировкой. Достал из салона «Москвича» палатку и накрыл ею машину, а то больно уж она желтая, издалека рассмотреть можно. Палатка зеленого цвета. Это, конечно, не маск-сеть, но тоже нечего. У машины еще хромированные бамперы, колпаки на колесах, все это прикрыл своей одеждой, чтобы блики не давали. Топориком нарубил кустарник и закрыл им и грузовичок, и легковушку с прицепом. Закончил через час, как утро наступило.

Спать я не торопился, развел бездымный костерок и, достав все оружие, трофейное и свое, что использовал ночью, занялся чисткой. Оружие убрал и достал сумку. Наличности даже больше оказалось, сто семьдесят семь тысяч, из них сто пятьдесят в пачках, принадлежали фарцовщику, остальная наличность других убитых жертв. Золота тоже немало, ювелирных украшений. В общем, провел калькуляцию, плохо то – откуда взял, хорошо – что теперь руки свободны в финансовом вопросе. Спать лег я ближе к часу дня. По радио молчок, рация иногда хрипела на разных каналах. Я наверх поднимался, но все равно ничего нового. То есть информацию о банде не выпустили. Вертолеты летали, один три раза я видел, вдали пролетал, и еще один военный. Желтый вертолет три раза видел, милицейский, летал зигзагами, поиском занимался, а военный прямо летел. Подумав, я весь боезапас из прицепа перетащил в кунг, сложив там, оружие из багажника тоже. То есть максимально облегчил машину и прицеп. Осмотрел прицепное устройство, пока цело, но тут что-то надо делать. Покину Казахстан, поищу сварщика, пусть по эскизу сварит жесткое прицепное устройство. Я еще успел нарисовать его в блокноте и только потом лег под грузовичком, обложившись оружием, и вскоре уснул. Что-то я устал, физически и морально. Бесит вся эта грязь вокруг. В переносном смысле грязь. Грязные страсти.

Проснулся я от рева мощного двигателя неподалеку. Аккуратно покинув укрытие, осмотрелся, пока тихо, и поднялся на склон оврага. Там по дороге пылил трактор, желтый К-700 с большой тележкой. Трактор мотало в разные стороны, не меньше мотало тракториста в кабине, но профессионализм преобладал, в повороты вполне вписывался. Когда трактор с пьяным трактористом скрылся вдали, я посмотрел на часы, вот-вот стемнеет, и направился готовить завтрак. После чего снял маскировку, уже темнеет, отцепил «Москвич», с трудом развернул машину, задом бы этот автопоезд я не выгнал, выкатил на дорогу. Сбегал за грузовичком, снова сделал связку и покатил дальше. За ночь я смог добраться до границы с Россией, полями ехал, и, убедившись, что нахожусь уже на территории Оренбургской области, с облегчением вздохнул. Вчера звонок бабушке Антона я пропустил, а сегодня решил позвонить.

Двигался я уже по трассе, приметив сельцо, тут должна быть «Почта» или будка междугороднего телефона, поискал и нашел последнюю, будку. Кидая монетки в приемник, связался с бабушкой. Поднял ее звонком под утро, в пять часов, но ничего – взяла трубку. Она была очень взволнована, но я успокоил ее, мол, не было возможности позвонить, но я уже в Оренбургской области, еду дальше. Обычный разговор.

Заправиться нужно, но пока не горит. Отъехав от села, тут обширные леса, загнал технику под деревья и, достав канистры с бензином, слил в оба бака «шишиги», у нее два бака имелось. Кстати, на одинаковом бензине ходила с «Москвичом». Все канистры в багажник легковушки убрал и в прицеп и, откинув буксируемое устройство, похоже скоро ремонтировать придется, истрепалось, покатил к заправке. Я ее видел, час назад еще в темноте мимо проезжал. Доехал проселочными дорогами (чуть не заблудился) и въехал на заправку. Кассиршу успокоил тем, что отец попросил заправиться, так что пусть не волнуется, он знает, что я хороший водитель. Прикинув, сколько литров надо, достал все канистры и начал заливать их. Триста литров почти вошло, остаток в бак «Москвича» залил. В одну канистру залил моторное масло, оно тут тоже в колонке было.

Я расплатился и, покинув заправку, свернул где надо, добрался до «шишиги». Там обустроил лагерь, приготовил ужин, вскоре уже спал. Все привычно.

Дорога до Ленинграда заняла еще неделю, двигался только ночью, бандиты не встречались, гаишников было мало, объезжал, и вот до города и осталось километров сорок. И я в дороге сутки потерял, в Набережных Челнах остановку сделал, сварщика искал. Он мне сварил буксировочное устройство, так что машина теперь на хорошей привязи. А то дважды рвал самодельную сцепку. Позади мелькнули Казань, Нижний Новгород, Владимир, Москва, Тверь, Великий Новгород. И вот, не доезжая до Пушкина, я встал. Я сидел в салоне «Москвича», наблюдая, как рассветает, и обдумывал свои дальнейшие шаги.

«Шишиги» не было, она на берегу озера Ильмень осталась. Там в километре от берега деревенька раскинулась в густом лесу, и в этой деревеньке я справный дом купил. На высоком каменном фундаменте, крытый железной крышей, еще сто лет простоит, но печное отопление, вода из колодца и сортир на улице делали его не таким и дорогим. Однако имелись шикарная банька, большое подворье и два амбара. В одном хозяин раньше трактор держал, а я внутрь «шишигу» загнал, когда бывший хозяин уехал. Дом мне продали за четыре с половиной тысячи, отдали документы на него и написали расписку о продаже. Этого хватит, чтобы в нужной службе сменить владельца. Паспорт я получу через две недели, шестнадцать исполнится, и сразу оформлю приобретение. Дом с мебелью.