Каэхон - Варежкин Максим Александрович - Страница 28

— Есть, кто выжил? — Поинтересовался я. — И платят ли за голову этого монстра?

— Платят, платят… Король и платит: подходишь к любому из нас, показываешь голову, если настоящая — то заплатим. На западе, на границе с диким лесом, этим и зарабатывают многие. Правда, обычно недолго. За этого пять сребреников дают, то есть полтора золотых.

— Неплохо, весьма неплохо, — кивнула Тайсама. — Ширра, что скажешь?

— Мысли отважные меня посетили, — сообщил подозрительно молчаливый гахарец. — Дума меня одолела, что втроем сможем мы монстра обмануть, жизни мерзкой лишить…

— А органы продать алхимикам, — буркнул я. — На эксперименты.

— Тоже верно, — усмехнулся человек короля. — Эта бестия рогатая, так за рога алхимик любой отвалит кучку серебра. У нас же твари эти редкие, а с западных границ доставлять — дорого выходит! Выживший после встречи с ней вон там сидит, пьет. Ладно, заболтался я с вами, ребята. Пойдем дальше искать…

— Удачи, — буркнул я. — Ширра, разговори выжившего и выясни, что за чудо такое на дороге живет. Тайсама, вот тебе серебряник, его вполне хватит, чтобы хорошо покушать на всех троих…

— Такими темпами мы все деньги просадим, — недовольно проворчала она. — Скромнее надо жить и питаться!

— Скромнее будем в Обители, сейчас мы отдыхаем, — возразил я. — Надо и перерывы делать в аскетизме и отказе от сна. Иначе свихнуться можно. Давай, иди уже!

— С каких это ты пор главный у нас стал? — Поинтересовалась она ехидно.

— Да как на корабль сели, так и стал, — отрезал я. — Спорить раньше надо было, сейчас уже в пути, на задании. Ясно?

— Хорошо, по завершению тогда тебе морду набью за такое отношение, — кивнула Тай спокойно.

— Уже жду. А теперь — за едой! Командир думать изволит.

— Вредина, — показала Тайсама мне язык. Интересно, она рассчитывала, что я увижу или же что не замечу?

Надо сказать, что я немного обманул девушку: думалось больше не о делах, чудовищах и прочих девочках-кхае… Шли какие-то отвлеченные мысли о Райдо, чем он там занимается, старый бродяга. О восстановлении Замка Клёна — хотя бы для того, чтобы почтить память отца и всех тех, кто, того не зная, погиб за меня. Деньги не представлялись проблемой, особенно если продолжать работать на Обитель. Правда, я не слишком представлял себя в качестве лорда. Лорда-мага. По мне были больше приключения и опасности, чем просиживание штанов в глухомани, да редкие поездки в город либо по соседним замкам…

— Ешь, — строго сказал Тайсама, ставя передо мной тарелку.

Запах был довольно-таки соблазнительным, но незнакомым. Проведя рукой, чтобы почетче представить, что там в тарелке, я понял, что ничего не понял: нечто неровное и бугристое. Описание, подходящее под добрую половину блюд. Без зрения не различить даже, цельная это масса, или куски в чем-то плавают.

— Что это?

— Ешь, и узнаешь. Я проверила, вкусно и не отравлено.

Я пожал плечами и поверил ей на слово. Не зря — так и не поняв, что ем, я быстро опустошил тарелку. К этому времени как раз подошел что-то жующий Ширра. Он присел за наш столик и, прожевав, начал рассказывать:

— Много интересного узнал я из разговора с человеком, от страшного монстра пострадавшего… В сети воспоминаний, он проникся светлыми ко мне чувствами и немного накормил, — довольно заметил он. — Но главное не это, другое. Чудище, которое нашей добычей станет по велению судьбы, образом своим напоминает то паука, то медведя.

— Это как? — Удивилась Тай. — Не могу себе представить.

— Лап восемь с когтями все, в стороны разные торчат. Пасть — будто у медведя, но с жвалами на клыков месте. Что это за зверь, кстати? Медведь?

— Представь себе человека поперек себя шире, — буркнул я. — С мордой немного собачью напоминающей, но не слишком. Тоже широкая. Все это весит как пять человек, на четырех обычно лапах стоит, но может и на двух. Лохматый до жути. Когти большие.

— Почти наша обезьяна, — заметил Ширра. — Только наша не когтистая почти.

— Угу. Ясно, просто жуткий монстр немаленьких размеров, — подытожил я. — Как будем бить?

— Ширра маскирует, я подхожу, тыкаю монстра копьем, ты страхуешь, — предложила Тайсама.

— У тебя один удар, так что не увлекайся, — предупредил я ее. — Ширра, запахи маскировать умеешь?

— До искусства этого не дошел наш маг-наставник, — печально ответил пустынник.

— Плохо, значит, маскируй звук и зрение. Будем пытаться подобраться с подветренной стороны. Пойдем ночью, естественно. Меньше народу, чудовище может спать, к тому же. Всем все ясно?

— Да, — Тай усмехнулась и добавила: — командир.

— Ширра?

— Ясность давно на меня снизошла уже, — отмахнулся тот. — Давайте предадимся отдохновению, пока время еще благосклонно к нам.

Возражений не было. Не знаю, как мои товарищи, но я успел перекусить и немного подремать, прежде чем пришло время выступать. Весь народ в округе, за исключением пары постовых, спал: по крайней мере, мне не удавалось их почувствовать. Сделав пометку, что надо усиленней тренироваться, чтобы ощущать и спящих людей, я обратился к своим друзьям:

— Итак, Ширра, начнешь колдовать, когда я скажу. На сколько тебя хватит?

— Магия моя все еще очень далека от состояния, что можно назвать идеальным. Вам подарить смогу я не больше четверти от часа.

— Успеем. Тай, постарайся не громыхать своими сапогами, хорошо?

— Ну, это уж как получится, — ответила она, звонко притопнув. — Не волнуйся, по земле не будет так слышно.

— Тогда пошли. Кстати, только сейчас заметил — ты ничего не взяла из доспехов?

— Зачем? Я не собираюсь сражаться против армии, — заметила самоуверенно девушка. — Сам не лучше.

— Я маг, — коротко ответил я. — Двинулись, что стоите?

Ночной воздух был прохладен, бодрил, навевал добрые мысли. Любые сомнения, что у нас может что-либо не получиться, куда-то пропали. Тайсама негромко гремела рядом, не особо пытаясь скрыть шум, а Ширра вспоминал заклинания: все делал какие-то знаки. Долгое время никого не ощущалось, но в один прекрасный миг, когда наша дама начала уже своим копьем срубать спящие цветки, я поднял руку:

— Стой. Так, откуда ветер?… Отлично, ветер почти на нас. Чудовище шагах в полусотне-сотне, точнее не скажу. Прекратить шуметь. Ширра, начинай колдовать.

— Понял, начинаю, — ответил Ширра. — Учтите, волшебство мое скроет вас от глаз чудовища, скроет ваши шаги — но контроль мой пока не идеален: приблизившись вплотную, волшебство скроет и монстра. К тому же, заклятье скрывает любой шум для любого человека, кроме меня. Кроме того, друг друга также видеть вы не сумеете. Нас окружит облако невидимости…

— Раньше не мог сказать? — Буркнул я. — Ну что, Тай? Вспоминай ночные тренировки.

— Поняла уже. Ширра, как только я нанесу первый удар, скинь заклинание против звуков: не думаю, что монстр ориентируется по ним также хорошо, как я.

— Самоуверенная ты наша. Ладно, попробуем так, — не стал я возражать. — Ширра, начинай!

— Сейчас. Когда приблизимся к монстру, я попробую создать уже специально для него иллюзию слепоты и глухоты: отсюда, не видя его, на расстоянии большом, такое сделать мне не под силу.

— Колдуй уже, там что хочешь делать, — отмахнулась Тай.

Складывал знаки человек из пустыни довольно быстро, быстрее меня. Было видно, что он тренировался в Обители, а не сидел без дела. Начало заклинания было пропустить трудно: сначала я перестал слышать что-либо… Потом, наверное, перестал видеть, но это я определил лишь по слабому изменению эмоций Тайсамы. Тишина была очень непривычной, за последнее время я привык полагаться на слух, но она не очень мешала. По прежнему все мои чувства точно говорили мне, где Ширра, где Тай. Смутно я ощущал и монстра.

Взмахом руки я повел товарищей "в пасть" монстру. Во мне даже проснулся интерес, что из себя может представлять наполовину паук, наполовину медведь. И через некоторое время я смог это понять. За те мгновения, пока шустрая Тайсама, заметив чудовище, летела к нему навстречу. На расстоянии, как я понял, заклятье не работало, скрывая лишь то, что находится вблизи, так что девушка, пользуясь моментом, выцеливала слабое место. Настроена она была очень и очень решительно!