Я переиграю тебя - Майрон Тори - Страница 12

– Ты такой плохой мальчик, пирожочек. Нельзя же оставлять меня одну так надолго.

Продолжая играть свою тупую роль, с лучезарной улыбкой обнимаю Титова за шею и смачно целую в щёку, оставляя на коже ярко-розовый след от помады. Она в тон моим малиновым сапогам. Идеально!

– Ммм… Какой ты у меня вкусненький. Так и хочется сожрать и всего облизать.

Что и я делаю уже в следующий момент. Ощущая на себе пристальные взгляды мужчин, начинаю лизать щёку Титова, как радостная собачонка. Всю правую сторону его лица обслюнявливаю, а он какого-то чёрта даже ни разу не дёргается. Ничего не говорит. И не морщится ни от моих слюней, ни от моего прекрасного запаха. Чего нельзя сказать про его собеседников. Они пусть и стараются скрыть свои эмоции, но их холёные, ошарашенные физиономии выдают неприязнь ко мне без всяких слов.

– Чего? Вам что-то не нравится? – переведя взгляд на притихших мужчин, грубовато интересуюсь я.

Все молчат, и я прищуриваюсь.

– А-а-а… Или вы тоже так хотите?

Снова молчание, которое я решаю воспринять как согласие.

– Ну… Пардон, ребята. За этим не ко мне. Я уже занятая леди. Почти что замужняя. Попросите своих жён или любовниц так отлизать. Хотя… Если мой пирожочек разрешит, то я…

– На сегодня встреча закончена. Договорим завтра в офисе на общем собрании, – наконец подаёт голос Титов, обрубая меня на полуслове.

Я слегка вздрагиваю от его стального тона, а мужчины без каких-либо вопросов кивают и встают с кресел.

Они точно его партнёры, а не сотрудники? Откуда такая молчаливая покорность? Я ожидала хоть каких-то комментариев или осуждающих взглядов в сторону Титова, но нет. Ничего подобного.

Все трое складывают документы в свои кейсы и вскоре покидают кабинет, учтиво попрощавшись с нами обоими.

Это как понимать?! Не знаю. Но ладно. Моей целью было вовсе не их разозлить, а Титова. И я уверена, что сейчас, когда мы остались одни, он по полной программе проявит своё негодование за мою наглость и дурное поведение.

Стоит дверям за мужчинами закрыться, как я вскакиваю с коленей Дмитрия и поворачиваюсь к нему передом, тут же встречаясь с его каменным выражением лица. Недобрый взгляд прищурен, скулы заострены, а губы сильно сжаты в ровную полоску. Красота! Про резкий накал температуры в комнате вообще молчу. Мужчин в помещении стало меньше, а уровень тестостерона ощутимо подскочил вслед за давящей энергетикой Титова.

Наверное, я поторопилась с заявлением о том, что давно привыкла к властным дядькам. Титову всё-таки удаётся заставить моё сердце стучать быстрее от отголосков страха. Теперь мне требуется прилагать усилия, чтобы не стушеваться, пока мы цепко смотрим друг другу в глаза. Его холодные осколки морозят меня до самого нутра, немыслимым образом умудряясь обжигать кожу снаружи.

Океан. Северный Ледовитый.

Завораживающий и до безумия красивый на поверхности, как и вся его внешность, но что скрывается на самом дне? На этот вопрос мне совсем не хочется узнавать ответ. Да оно мне и не нужно.

– Это было маленькое превью того, что тебя ждёт в браке со мной. Жаль, ты пресёк меня на старте. Я ведь только начала разогреваться, – выдаю я и надуваю большой пузырь. Он лопается, нарушая напряжённую тишину, а Титов так и продолжает смотреть на меня, вальяжно откинувшись в кресле.

Плавно скользит взглядом сверху вниз и обратно, вынуждая меня ощущать себя как под рентгеном и нетерпеливо ждать, когда же наконец последуют его крики, возмущения или даже угрозы. В общем, всё то, что я обычно выслушиваю от Влада. И судя по тому, как челюсть Титова сильнее напрягается, я с секунды на секунду получу желаемое. Даже уже готовлюсь вот-вот улыбнуться от уха до уха, ощутив на себе гнев женишка, однако…

Ещё несколько секунд томительного ожидания, и я понимаю, что лицо Титова было столь напряжённым не из-за гнева, чёрт бы его побрал. В следующий миг пространство кабинета наполняет раскатистый смех Дмитрия.

Да-да, он начинает так громко и неудержимо хохотать, что в первый момент мне кажется, будто меня глючит. Ведь не каждый день увидишь, как серьёзный, взрослый мужчина, которого ты планировала разозлить, смеётся, словно озорной мальчишка.

Какого лешего происходит? Где злость? Где негодование? Для кого я тут старалась и наряжалась?

– Чего ты ржёшь? – уперев руки в бока, цежу я, однако ответа так и не получаю.

Но это логично. Как тут ответить, если смех лишает способности говорить?

– Прекрати!

Увы, строгое требование тоже никак не действует на Титова. Только если повышает силу его смеха, что выводит меня из себя, ведь и ежу понятно, что он смеётся надо мной. Своим маленьким шоу я его развеселила, блин. Да и только.

Но это была бы не я, если бы так быстро сдалась после первого же провала. Посмотрим, как он будет смеяться после моего очередного хамства.

Абсолютно не думая о последствиях своего следующего жеста, я хватаю со стола стакан с водой и выплёскиваю всю жидкость прямо в лицо Титова. И этим неуважительным поступком мигом усмиряю его смех, да только порадоваться своей крохотной победе не удаётся.

Новый вдох застревает в горле острым камнем, затрудняя дыхание, когда Титов устремляет на меня помрачневший взгляд.

– А вот это ты зря сделала, – глухо произносит он.

Ой-йо! Если я думала, что до этого его ледяной взгляд морозил все органы, то сильно ошибалась. Сейчас от его прицела меня аж передёргивает от холода, пролетевшего от корней волос до кончиков пальцев. А где-то на отшибе здравого смысла начинает выть предупреждающий голосок, напоминая, что Титов наверняка не многим отличается от Влада. А мой брат убил бы любого, кто посмел бы плеснуть ему водой в лицо. Сразу же. Без промедлений. Никто не смеет безнаказанно вести себя так с Богом.

Меня, конечно, Титов не убьёт, иначе развяжет грандиозную войну на острове. Но вот наказать каким-нибудь изощрённым, мучительным способом вполне может. И это предположение лишь обостряется, когда Титов поднимается на ноги, возвышаясь надо мной грузной горой. Чёрт! За ночь я успела забыть, насколько он высокий. Даже моя танкетка не помогает мне хоть немного сравнять наш рост.

Я вскидываю голову и отшатываюсь назад, норовя в любой момент сорваться с места, чтобы выбежать из кабинета. Однако я даже не успеваю закончить эту спасательную мысль в своём уме, как оказываюсь схвачена Титовым и одним резким движением закинута на его плечо.

– Ты что творишь?! – охаю я, когда мой мир переворачивается вверх тормашками, а я вбиваюсь лицом и руками в спину мужчины.

– Воспитывать собираюсь, – отвечает он и начинает нести меня куда-то, одной рукой крепко сцепив мои ноги, чтобы я не могла ими брыкаться, а вторую ладонь умещает на мой зад.

Воспитывать? Как? Мучить меня будет? Наказывать плетью? Обжигать кожу раскалённой кочергой? Или подстрелит какую-нибудь конечность и заставит истекать кровью?

Я не раз видела, как Влад или Ден так наказывали людей. Титов тоже вполне может прибегнуть к таким радикальным методам воспитания, да только сейчас, пока я вишу на его плече, как беспомощная тряпка, эти воспоминания не столько пугают, сколько подстёгивают желание избежать наказания.

– Кто ты такой, чтобы меня воспитывать?! Отпусти меня немедленно! – кричу, нечаянно выплёвывая жвачку изо рта, и начинаю бить Дмитрия по спине. Раз за разом. Без остановки, но, естественно, ничего этим не добиваюсь.

Титов спокойно и что ещё больше бесит – молчаливо выносит меня из кабинета и движется в неизвестном мне направлении. Но я не намерена так быстро сдаваться и всё равно продолжаю бить его что есть силы и кричать во всю глотку.

Режим «безумная истеричка» врублен на максимум. Полагаю, вся прислуга в шоке от ора, стоящего в доме, а Титову хоть бы хны. Даже когда я, точно зверюга, сильно сцепляю зубы на его спине, наверняка кусая до крови сквозь рубашку, я не получаю освобождения. Титов лишь сильнее шокирует меня, когда в ответ на моё кровожадное действие даже стон не издаёт, а просто задирает моё короткое платье и отвечает тем же.