Избранные детективы серии "Высшая лига детектива". Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Уайт Лорет Энн - Страница 369

Но где-то глубоко внутри она уже знала ответ.

Что-то надломилось в ней тем жарким летом много лет назад. Вероятно, это случилось даже раньше, когда ее мать покинула этот мир. Когда Ребекке было двенадцать лет. С тех пор она поклялась, что станет неуязвимой для такой душевной боли. И это было глупое решение. Другие люди тоже теряли родителей в раннем возрасте и оказывались преданными молодыми любовницами, которые при этом были их лучшими подругами. Но они как-то смогли справиться с этим.

Ребекка посмотрела на часы. Она проголодалась и надеялась на то, что при достаточном везении найдет Солли Мичем на ее посту в баре.

Ребекка уложила волосы в небрежный и все еще слегка влажный узел и надела новые ботинки. Перед уходом из номера она рассовала по карманам куртки бумажник, телефон и ключ-карту. Спустившись вниз, Ребекка направилась в сторону шума, доносившегося из бара «Лось и Рог».

Теперь она не могла повернуть назад; оставалось только пройти весь путь до конца. Она решит эту загадку. Она похоронит своего отца так, чтобы он мог гордиться прожитой жизнью. И одна из путеводных нитей может находиться в баре, где выпивал ее отец в то утро, когда позвонил ей, а вечером умер с ружейным стволом во рту.

Глава 29

Ребекка вошла в «Лось и Рог» через темную деревянную дверь. Внутри было тепло и оживленно, а в воздухе витали спиртные пары – настоящий уголок дружелюбного общения вдали от темных и пустынных мерзлых улиц.

В баре работал мужчина лет тридцати, в старомодной белой рубашке с подтяжками и галстуком-бабочкой. Он склонился над старинным кассовым аппаратом. Ребекка прошла к середине длинной стойки, отодвинула высокий табурет и села, оглядываясь вокруг.

За стойкой над рядами бутылок находились выцветшие цветные фотографии со сценами из недавней истории города. Ребекка с легким изумлением обнаружила, что на одной фотографии были изображены ее родители и она сама, совсем крошечная, на каком-то городском празднике. Ее отец был при мундире, а мать в красивом летнем платье, она удерживала маленькую Ребекку на одном колене.

Ее сердце забилось чаще, пока она глядела на фотографию. Какая-то частица ее существа находилась в этом баре, вместе с остальными реликвиями городского прошлого. Несмотря на то, что она пыталась убежать от прошлого и забыть о нем.

Бармен подошел и протянул меню с приложенным списком особых коктейлей.

– Только позовите, – сказал он.

Ребекка взяла меню и повернулась на табурете, чтобы получше рассмотреть помещение. Со своего наблюдательного пункта она могла видеть вход в соседний стейк-хаус «Красный Бык». Громкое клацанье бильярдных шаров, сопровождаемое смехом и одобрительными возгласами, привлекло ее внимание к бильярдному столу в дальнем конце зала. Вокруг стола собралась группа мужчин, расступившихся перед фигуристой амазонкой с ирокезом из обесцвеченных волос. Она была в облегающих джинсах и черных мотоциклетных бутсах. Ребекка увидела, как женщина наклонилась над столом, тщательно прицелилась и нанесла удар. Вокруг снова раздались одобрительные выкрики. Мужчина, стоявший рядом с ней, положил руку ей на копчик и стал что-то шептать на ухо, поглаживая по ягодицам. Женщина откинула голову и рассмеялась.

Но тут, словно почувствовав на себе взгляд, мужчина замер и повернулся. Ребекка моментально узнала его.

Бак Джонстон.

В гражданской одежде.

Бак окинул ее долгим взглядом. Люди рядом с ним тоже стали поворачиваться, чтобы посмотреть, что привлекло его внимание. С легкой дрожью Ребекка опознала лысого здоровяка рядом с ним, это был тот байкер, который вошел в круглосуточный магазин при бензоколонке «Петрогаз». Другими игроками были Уэс Стил, Дэйв Бранниган и темноволосый мужчина, которого она не знала. Ребекка кивнула им.

Бак неопределенно отсалютовал ей двумя пальцами, а Уэс поднял пивную бутылку в знак приветствия. Ребекка вспомнила, что ей так и не сообщили, можно ли будет починить отцовский автомобиль. Они вернулись к игре, но мужчины сблизили головы, как будто что-то тихо обсуждали. Наверное, Бак что-то сказал о Бекке, потому что блондинка вызывающе уставилась на нее.

На Ребекку снизошло странное спокойствие. Она чувствовала себя посторонней, намеренно изолированной от стада.

– Могу я что-нибудь принести для вас? – Она вздрогнула, но голос принадлежал бармену. Ребекка повернулась на табурете и увидела, что по-прежнему может наблюдать за компанией у бильярдного стола в зеркале.

Бармен улыбнулся:

– Я не хотел вас испугать. Вы недавно в городе? Или только проездом?

– Вроде как давно жила здесь и теперь вернулась.

Он снова улыбнулся. Ей понравилось его открытое лицо. Неужели она и ее сверстники когда-то выглядели такими молодыми и доброжелательными? Она быстро просмотрела меню, вспомнив о голоде.

– Я возьму лосиный бургер и чипсы из сладкого картофеля, – сказала она. – И бокал «Гиннесса».

В честь отца. Он любил «Гиннесс», хотя обычно сопровождал пиво стопкой виски.

– Солли здесь сегодня вечером? – поинтересовалась Ребекка, протягивая бармену меню.

– Да… а вы знаете Солли? – Он вынул из-под крана полный бокал.

Ребекка улыбнулась и сразу почувствовала себя лучше.

– Если вы родом отсюда, то, конечно, знаете Солли. Спасибо, – добавила она, когда он поставил пиво с шапкой пены на пробковый кружок перед ней.

– Солли! – позвал бармен через раздвижную дверцу, ведущую на кухню, когда продиктовал заказ.

Солли вышла за стойку в фартуке с логотипом «Лося и Рога» на линялых джинсах, в рубашке с открытым воротом и кожаном жилете. Джинсы были небрежно запиханы в видавшие виды ковбойские сапоги.

Ребекка испытала резкий толчок полузабытого чувства близости. Солли Мичем осталась такой же, но вместе с тем стала другой. Она была почти на восемь лет старше Ребекки, но годы обошлись с ней суровее, чем Ребекка думала о самой себе. Впрочем, разве так бывает не всегда? Ты ежедневно смотришься в зеркало и со временем замечаешь мелкие перемены. Но если ты кого-то долго не видела и не замечала никаких перемен, то новая встреча может стать потрясением. У Солли были изможденные черты заядлой курильщицы. Ее когда-то густые светлые волосы песочного оттенка выглядели сухими и ломкими и были коротко острижены.

Но улыбка была очень широкой.

– Ну, черт меня побери, – произнесла Солли, вытирая руки о фартук. – Смотрите-ка, кого занесло в мой бар! Бекка Норд! Возвращение блудной дочери.

– О-ох, – протянула Ребекка.

Солли хрипло и дружелюбно рассмеялась.

– Как поживаешь, Сол? – спросила Ребекка. Мать Солли немного сдвинулась на природе, луне и звездах, поэтому назвала свою дочь Саммер Солстайс[34]. Но сколько Ребекка себя помнила, все звали ее Солли.

Солли смерила Ребекку долгим взглядом, отмечая ее рабочую одежду и неряшливый узел на затылке.

– Ха, только посмотри на себя. Девушку можно забрать в город из сельской глуши, но нельзя вытравить из нее фермерский дух, а, Бекка? А я-то думала, что ты теперь похожа на лощеного детектива из большого города. Как там это называется? Охотница за белыми воротничками?

Ребекка фыркнула:

– Коммерческие преступления. Но, думаю, это место каждому может напомнить, откуда он родом.

Улыбка Солли померкла, когда между ними возникла невысказанная причина возвращения Ребекки.

– Мне очень жаль Ноя, Бекка. Нам всем жаль. Будь оно проклято, что все так вышло. Ты в порядке? Собираешься устроить поминальную службу? Потому что мы уже обсуждали это дело между собой, если ты не… – Выражение ее лица изменилось, когда она осознала смысл сказанного. – Я… Господи, мне так жаль. Просто Эш говорил, что ты участвуешь в каком-то громком судебном процессе, который освещается в прессе и по телевидению, что ты являешься важной свидетельницей и, возможно, не сможешь приехать сюда просто из-за формальной обязанности присутствовать на суде. По крайней мере, не сразу.