Избранные детективы серии "Высшая лига детектива". Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Уайт Лорет Энн - Страница 475

– Хорошо, мама. Пока!

Связь прервалась. Келли усмехнулась, когда выключила телефон и убрала его в чехол на поясе. Она извлекла из полевой сумки планшет, непромокаемый блокнот и графитовый карандаш, которым можно было пользоваться под дождем. Она пошла между деревьями туда, где находились Оскар и остальные члены группы SAR. Они работали вместе с командой К9 для анализа следов, которые показывали, что выжившие обитатели дома отправились в лес около озера. Их решили обозначить как «Пятерка выживших».

Повсюду кипела энергичная работа, и в воздухе летали вопросы и ответы, когда начался кропотливый процесс поиска и сбора даже самых крошечных улик. Келли никогда не принимала личного участия в такой масштабной операции, тем более с несколькими убийствами. Хотя в целом это было ужасно, некоторые аспекты вызывали у нее приятное волнение.

Следователь, патологоанатом в отставке, предположил, что Берт Кундера и Кэти Колбурн умерли примерно неделю назад. После предварительного обследования он пришел к выводу, что мясницкий нож, убивший Кундеру, был брошен с небольшого расстояния. Он вошел в череп жертвы на довольно высокой скорости. Келли не знала людей, которые могли бы метать топор или нож с такой точностью, чтобы попасть кому-то в затылок. Теперь предстояло выяснить, обладали ли кто-либо из «пятерки выживших» необходимыми навыками для метания ножей.

Кэти Колбурн либо повесилась сама, либо кто-то убил ее. В последнем случае понадобилась бы значительная сила, чтобы вздернуть ее и затянуть петлю, либо в убийстве участвовали несколько человек. С другой стороны, Кэти могли угрожать насилием и заставили ее встать на стул, который нашли перевернутым в ее спальне, а потом выбили стул у нее из-под ног.

Мэйсон также сообщил Келли, что кто-то из обитателей дома заболел и страдал от кровавого поноса и рвоты. Судя по содержимому одной из комнат и примыкающей уборной, больным человеком был доктор Стивен Боден. Судя по отметинам и крючкам на стене гостиной, оттуда сняли ружье и забрали патроны из коробки, оставленной под навесом.

Была изучена одежда и другие вещи, обнаруженные в комнатах, получена новая информация о «выжившей пятерке» и троих погибших, поступившая от детективов, которые беседовали с членами их семей. Теперь у Келли были сведения о росте, весе и размере обуви «выжившей пятерки», а также об основных фактах их биографии.

Кэти Колбурн была в разводе и имела шестилетнюю дочь по имени Габби. Лишь немногим младше Бена. Келли с болью подумала о девочке, которая получит душераздирающее известие о том, что ее мать никогда не вернется домой. Память об убийстве матери будет преследовать Габби Колбурн до конца ее дней. Если и было что-то, позволявшее Келли выживать и терпеть любые невзгоды, это была ее жгучая потребность вернуться домой, к Бену и Питеру. Не оставлять их в одиночестве.

– Эй! – окликнул ее Оскар, когда увидел, как Келли приближается к ним. Он отошел от команды К9 и техников SAR и направился к ней, держа в руке палку для скандинавской ходьбы.

– Мы определили пять разных отпечатков обуви, – произнес он глубоким, певучим голосом. – В той стороне хорошо виден след.

Оскар повел ее к отпечаткам густой грязи под еловой кроной, защитившей их от непогоды. Она опустилась на корточки.

– Вот, – он указал палкой с резиновыми кольцами, которыми пользовался для измерения ширины шага. Если знать среднюю ширину шага, это подсказывает, где можно найти следующий отпечаток по отношению к уже найденному.

– Первый отпечаток имеет характерный звездчатый узор на подъеме стопы. У второго есть небольшие прямоугольные бороздки. У третьего – круглые выступы на пятке и поврежденный мысок. Четвертый указывает на сильный износ пятки. Пятый отпечаток имеет сцепленные треугольные выступы.

Келли начала измерять и зарисовывать отпечатки, не обращая внимания на дождь, стекавший по плечам и капавший с козырька фуражки. Ее пальцы быстро онемели от холода, дыхание поднималось облачками пара, когда она поднесла измерительную ленту к следующему отпечатку.

– Этот, со звездчатым узором, похож на отпечаток ботинка фирмы Outrigger, – сказала она. – Седьмой размер, – она просмотрела записи в своем блокноте. – Согласно показаниям родственников, Моника Макнил и Дебора Стронг носили обувь от шестого с половиной до седьмого размера, в зависимости от обувного бренда.

Келли сделала зарисовку другого узора. Она фотографировала отпечатки, но волонтеры из SAR хорошо понимали ограничения высокотехнологичных устройств в лесной глуши, где не было электричества. Непромокаемые карты, навыки обращения с обычным компасом и влагостойкие блокноты с карандашами были обязательны.

Она посмотрела на Оскара.

– Следы Стеллы Дагер еще не установлены, но она оставила пару кроссовок в пакете, который нашли в ее спальне. Они восьмого размера. Следовательно, эти два отпечатка – со звездчатым узором и с треугольниками – принадлежат Деборе и Монике.

Она сделала соответствующие пометки для обеих женщин и для Стеллы. Мужчины носили обувь десятого и двенадцатого размера.

Где-то поблизости залаяла полицейская ищейка. Офицер позвал их к себе.

Келли убрала свой блокнот, сделала последний снимок и последовала за Оскаром туда, где немецкая овчарка рвалась с поводка в начале тропы. Полицейский крепко держал поводок.

– Она уловила их запах, уходящий в ту сторону, – он указал на просвет в кустах, где узкая тропинка шла почти параллельно берегу озера.

– Ты сделала все зарисовки? – спросил Оскар у Келли.

Она кивнула и указала подбородком на тропу.

– Похоже, собаке не составило труда почуять их запах. Мы не потеряем его, если погода не ухудшится, так что пора выступать. У нас достаточно свидетельств. Собирай наше снаряжение, а я пойду проверю, готов ли Мэйсон присоединиться к нам.

Келли поспешила обратно по тропе, ведущей к дому. Адреналин бушевал в ее крови, и она испытывала почти такое же нетерпение, как полицейская ищейка на поводке. Дождь скоро мог смениться снегом, и тогда они могли потерять небольшое преимущество, которое пока имели.

Она достигла границы места преступления, обозначенной желтой лентой, и была остановлена полицейским в мундире.

– Келли Саттон, поисково-спасательная группа Клуэйн-Бэй, – сказала она и продемонстрировала удостоверение личности. – Мне нужно поговорить с сержантом Мэйсоном Денье.

Келли видела Мэйсона у задней двери дома; он разговаривал с одним из криминалистов в белом защитном комбинезоне и ботинках с высокой шнуровкой. В руках, обтянутых нитриловыми перчатками, Мэйсон держал что-то вроде тарелки.

Она наблюдала за работой технических экспертов в комбинезонах, размещавших перед навесом маленькие ярлыки и маркировочные знаки и ведущих съемку. Огромная армейская палатка-шатер была воздвигнута с целью накрыть весь участок между кухней и навесом, где стоял морозильный шкаф.

Она была зачарована этим зрелищем. Это напоминало работу ее группы, но разумеется, было чем-то другим. Такие сцены отвлекали ее от повседневных забот и тревог. Она делилась своим настроением с Питером каждый раз, когда они выезжали по вызову. Когда она мысленно вернулась к Питеру, ее захлестнула ошеломительная волна горя – такая мощная и темная, что у нее перехватило дыхание.

Она отвернулась и постаралась дышать ровно и глубоко, чтобы вернуться к действительности. Горе, страх, чувство утраты – все это поразило ее из ниоткуда. Она научилась восстанавливаться после таких ударов. Она научилась жить с этим и не скрываться, потому что чем упорнее она старалась убрать это подальше, тем сильнее оно ударяло в следующий раз, и тем более тяжкими были последствия.

Она получала множество благонамеренных советов, но большая часть этих советов была связана с тем, как пережить утрату любимого человека.

А Питер был еще жив.

Она все еще верила, что он может вернуться к ней.

– Келли?

Она развернулась на месте. Мэйсон подошел к ней, держа в руках тарелку с грибами. Она сразу же поняла, что это за грибы, и жестко посмотрела на него.