"Фантастика 2024-81". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Григорьянц Георгий Рубенович - Страница 311

Вряд ли Танк единственный, кто жрет эту пакость. Наверняка ее производство процветает, а новые потребители появляются каждый день. И это надо прекращать. Еще по прошлой жизни ненавижу наркоту и все, что с ней связано. Была там пара историй, но не суть.

С этой мыслью я и направился к трамвайной остановке. Пора снова наведаться к Сан Санычу. Возможно, он подскажет, кто производит такие «волшебные» таблеточки. К тому же, неплохо пообщаться с ним по поводу тех вооруженных ребят. Я чувствовал, что там не все так просто.

Врача я обнаружил раньше, чем добрался до больницы. Тот шел мне навстречу, покачиваясь и глядя в никуда пьяным взглядом. Но меня узнал сразу.

— О, Крайнов, — Сан Саныч остановился. — Ты здесь какими судьбами? Как самочувствие?

— Самочувствие превосходное. В отличие от вас, — ответил я, окидывая врача проницательным взглядом. — Что-то празднуете? Или в больнице излишки спирта образовались, вот вы от них и избавляетесь?

Тот поморщился и неопределенно махнул рукой.

— Ну да ладно. Честно говоря, я к вам по делу, — я вытащил таблетки и вкратце рассказал об их чудесном действии.

Вернее — попытался рассказать. Примерно на половине Сан Саныч шлепнул меня по руке и втоптал упавшие пилюли в асфальт.

— Никогда! Запомни: никогда не смей принимать эту дрянь! — ого, да он даже слегка протрезвел. Определенно, я не ошибся, врач что-то знает. И теперь мне нужно крепко держать удачу за хвост. На самом деле хорошо, что Сан Саныч подшофе: это позволит мне немного воздействовать на его сознание, использовать магию, чтобы развязать доку язык. — Понял меня?!

— Понял. И даже не собирался. Наоборот, я хочу, чтобы эти таблетки исчезли из города, — ответил я, используя силу, чтобы пробудить в собеседнике желание поговорить. Как именно? Да очень просто — «включая» эмоции: гнев, обиду, чувство вины… Черт, были бы мои энергоканалы рабочими, я бы справился с этой задачей без труда. А так приходилось очень сильно напрягаться. Но вроде бы получалось.

Сан Саныч рассмеялся, глядя на меня с сочувствием.

— Ты всего лишь шестнадцатилетний мальчик, Илья, — сказал он, успокоившись. — И даже не представляешь, какие силы стоят за производством этой мерзости, — врач с ненавистью глянул под ноги, на серое пятно, оставшееся от таблеток.

— А вы представляете?

— К сожалению. Это, скажем так, достаточно крупный… бизнес-проект неофициального главы нашего городка — Бориса Орлецкого, или Орлеца.

— Неофициальный глава… Я так понимаю, он бандит?

— Правильно понимаешь, Илья. Но не просто бандит, а очень влиятельный. Вор в законе. Практически весь город под ним. Полиция, администрация, пара небольших магических родов. Они, собственно, и помогают Орлецу готовить эту дрянь, — Сан Саныч шаркнул по тому месту, где были раздавленные таблетки. — Там много специалистов по воздействию на химические вещества, придание им различных свойств…

— Хм, а вы неплохо осведомлены, — я прищурился. — И это наводит на определенные мысли.

— Если ты думаешь, что я напрямую замешан в производстве этой отравы, то нет. Но косвенно… — врач опустил голову и качнулся. — Одно время я поставлял Орлецу кое-какие вещества. Они служили основой для его чертовых зелий. Тогда мне нужны были деньги, поскольку еще оставалась надежда спасти Марту. Это моя жена, — Сан Саныч посмотрел на меня, и я увидел блеск слез в воспаленных глазах. — Была… После того, как я потерял и ее, то… В общем, тогда я прекратил поставки.

— И Орлец явно был очень недоволен, — я прищурился, складывая два и два. — Он решил взять то, что считал своим, силой. Послал в больницу молодцев с автоматами, и в итоге случилась та бойня.

— Да, Илья, все так.

— Ну, в таком случае кретин он, этот Орлец. Просрал оружие, просрал людей, наделал шуму и в итоге ничего не добился. Вещества же остались в больнице?

— Остались.

— Ну вот. Кретин и есть. Нужно было делать все иначе. По-тихому. И до меня не доходит, как человек, который подмял под себя целый город, не понимает таких элементарных вещей.

— Не думаю, что он преследовал цель опустошить больничные склады, Илья. У него уже давно есть другие поставщики. А что до случившегося… Думаю, Орлец просто мстил мне. Три года назад погиб в автокатастрофе мой сын. Марты нет уже три месяца. Я совсем один. Больница — все, что у меня есть. Лечить вас, малышей, подростков, мальчишек и девчонок, отпускать домой здоровыми и радостными — вот единственная моя цель в жизни. Орлец прекрасно понимал, какая участь ждет тех отморозков с автоматами. Они наверняка давно служили ему, скорее всего на них Орлец и испытывал наркоту. Ты же видел одного из них. Живой труп, мало что соображающий, которому не нужно ничего, кроме дозы…

— Кое-что тут не сходится. Даня Танк тоже закидывался этими таблетками. И выглядит он совершенно иначе. Можно сказать, цветет и пахнет. Ну… воняет, если быть точным.

— Не думай, что Орлец готовит только один вид наркотиков. У него… — Сан Саныч горько усмехнулся, — многопрофильная лаборатория. Есть просто химия для кайфа, есть стимуляторы, есть… Да много чего есть. Думаю, те мерзавцы, что напали на больницу, принимали что-то самое простое и грязное. За очередную дозу они выполняли задания Орлеца…

— Но когда тот понял, что ребятки постепенно перестают быть полезными, — продолжил я мысль врача, — то решил отправить их в утиль. А заодно наказать и вас. Ну, теперь вроде бы картина получилась.

— Я очень тебя прошу, Илья, — после небольшой паузы заговорил Сан Саныч, — не лезь в это все. Живи спокойно. Не связывайся ни с этим Даней, ни с его дружками, ни тем более с людьми Орлеца. Не губи свою жизнь.

— Да как бы уже поздно, — я усмехнулся и продемонстрировал врачу сбитые костяшки. — Танк и его шестерки наказаны, теперь мне нужна рыба покрупнее. Темный властелин задрипанного городишки на первое время сгодится.

— Дурак, — тот покачал головой. — Если бы мог, то по рукам и ногам тебя связал бы…

— Ого, да месье знает толк в извращениях, — я рассмеялся и хлопнул Сан Саныча по плечу. — Шутка, не обижайтесь. Но оставлять все так, как есть, нельзя. Иначе станет только хуже. Танка эти таблетки превратили в зверя. И маловероятно, что он точит их в одну харю. Обязательно найдутся идиоты, которым тоже захочется силушки богатырской. Таких будет становиться все больше, и в итоге однажды вы сами окажетесь в темной подворотне, окруженным толпой безумных и очень сильных отморозков со светящимися глазами. Лично мне такое «счастье» нахер не нужно.

На этом мы с Сан Санычем и расстались. Я вернулся на окраину, заглянул в пекарню к Алисе и еще с порога понял: что-то не так.

Не нравились мне два этих крепких хлопца в кожаных куртках, спортивных штанах и с мордами кирпичом. Товарищи явно не за плюшками пришли, это было видно и по бледному напряженному лицу Алисы.

— Короче, либо так, либо сворачиваешь свою забегаловку, — пробасил один из них, после чего оба развернулись и покинули пекарню.

Я подошел к прилавку и обнаружил, что женщина готова была расплакаться.

— Мам? — осторожно взял ее за руку. — Ты как?

— Нормально, — не без труда ответила та и сделала пару глубоких вдохов.

— Уверена? А эти двое чего? В жалобной книге гадостей настрочили?

— Если бы, — Алиса слабо усмехнулась. — Это, считай, что-то вроде налоговой службы.

— Ага, — я сразу понял, что к чему. — Дань собирают. За возможность спокойно работать. И что им было нужно?

Женщина потемнела лицом.

— Приходили сказать, что повышают плату. Ненамного, но… Для нас это будет ощутимо. И вполне возможно, что пекарню придется закрывать, — Алиса не выдержала — всхлипнула. После чего продолжила уже шепотом: — А я ведь за эти годы столько сил в нее вложила. Думала, на ноги встанем…

— Встанем… мам, обязательно встанем, — я обогнул прилавок, приблизился к Алисе и обнял. — Я так понимаю, эти двое — всего лишь шестерки. На кого они работают знаешь? На Орлеца?

— Нет, что ты. Орлецу на наш отшиб плевать. Здесь другой мерзкий тип заправляет. Правда я почти ничего про него не знаю, только что фамилия у него Кукушкин, а кличка Кукуй.