"Фантастика 2024-81". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Григорьянц Георгий Рубенович - Страница 326

— Как тебя зовут? — неожиданно поинтересовался призрак.

— Ну… предположим, Илья. Дальше что?

— Есть вещи, Илья, о которых лучше не знать раньше времени. Несколько десятков лет — и ты увидишь все собственными глазами, прочувствуешь весь тот ужас на собственной шкуре. И тогда раскаешься во всем, что сделал сегодня. Но будет уже поздно.

— Вот давай только без проповедей, — я скривился и махнул рукой. — Каждый из уродов, которых я сегодня отправил на тот свет, заслуживал этого.

— Речь не о них, а о тебе.

— Знаю, знаю, выбор есть всегда, и все такое прочее. Подставь другую щеку под еще один удар, бла-бла-бла. Но лично я, — шагнул к призраку, — придерживаюсь несколько иных принципов. Не таких вот смиренных и овечьих. И если кто-то попробует меня ударить, то сильно об этом пожалеет.

— Сейчас в тебе говорит лишь гнев.

— Ну и пусть, — я равнодушно пожал плечами. — Не будь его, я не добивался бы своих целей.

— Самообман, — призрак покачал головой. — Я тоже один раз поддался гневу. Нет, даже ярости. Она ослепила меня. И посмотри, к чему это привело.

— Кстати, да… Любопытно было бы узнать, что ты вообще за чудо. Судя по остаткам одежды, ты из тех ребят, которые с Дьяволом как раз-таки больше всего не в ладах.

— Я был благочинным, — тихо ответил призрак, опустив голову. — Три десятка лет в небольшом монастыре, который… — он прервался и указал рукой на Столп. — Там ведь раньше был город. А в городе стоял монастырь…

— И ты там был благочинным, — добавил я, кивая. — Все понятно, давай дальше.

— Все вроде бы было хорошо, мы жили в вере и согласии, наставляли всех нуждающихся на путь истинный. Но как-то раз я заметил, что кое-кто из мальчишек… В общем, было ощущение, что их что-то гнетет. И когда я узнал о причинах, то едва не сошел с ума.

— Кажется, я догадываюсь, — хмуро произнес я. — Кто-то из твоих монастырских… гм… сослуживцев оказался не таким уж преданным вере, да еще и со специфическими пристрастиями.

— Цинично, но… Все так и было. Наш игумен, келарь и ризничий, те, ближе кого у меня не было, измывались над двенадцатилетним мальчонкой. В погребе, прямо на столе. Скажи, — призрак настолько резко приблизился, что я отступил, готовый защищаться, — что бы ты сделал, если бы увидел подобный… ад?

— Я бы убил всех, кто это устроил. И то не сразу — сначала скормил бы каждому ублюдку его собственный хрен с яйцами. Причем каждый из них отрезал бы свое хозяйство самостоятельно. Я, — усмехнулся, — умею быть убедительным.

— Ты говоришь страшные вещи, Илья. Но в тот момент я, наверное, был с тобой полностью согласен. И лишил жизни всех троих. Взгляд мой почти сразу упал на нож, я схватил его, а опомнился лишь когда все было уже кончено. И мальчишка, хоть и был до смерти напуган, но смотрел на меня с благодарностью.

— Разумеется, — кивнул я. — Ты спас его. Сделал все правильно.

— Увы, сам я так не считаю. Я пошел против того, кому должен был служить. И через несколько часов наступила расплата. Из-за одного меня пострадал весь мир…

— Имеешь в виду появление Столпов? Думаешь, они возникли из-за тебя?

— Я предал своего Пастыря! — вскричал призрак. — Это был самый страшный момент для всего мира! Решающий момент, и Дьявол его не упустил!

Я лишь вздохнул, чувствуя, что переубеждать его бессмысленно. Каждому удобнее всего своя правда, даже если речь о призраке.

— Мир в одночасье погрузился в красную полумглу, а я почувствовал, что горю. Боль была адская, и она до сих пор терзает меня. Но куда хуже видеть, во что превратился мой родной город.

— Что случилось с его жителями? Они погибли?

— Все до одного. Хорошо хоть, что те, кто заслуживал отправиться на небеса, вознеслись. Но, боюсь, таких было меньшинство. Остальные же стали чудовищами. Яростными, безумными и страдающими беспрерывно.

— Как ты?

— Нет, с ними все иначе. А я… Я исключение из правил. Мне не стать одним из демонов, поскольку я всю жизнь служил Богу. Но после того, что сделал, путь в Рай для меня закрыт. Поэтому я вечный узник Преисподней, обреченный служить добычей для других ее обитателей.

— М-да-а… — задумчиво протянул я. — Хреновые у тебя дела. Расскажи-ка еще вот о чем… Ты говоришь, что можешь выйти за призванным в мир людей чудовищем. Как часто их призывают?

— Со временем все чаще. Самый первый призыв случился лет шесть назад. Я поначалу даже не понял, что произошло. Просто… тварь, которая пронзила меня в трех местах и грызла мою глотку, вдруг замерла, а затем ее куда-то потащило. Я же почувствовал, что могу выйти, и воспользовался возможностью. Что удивительно, я ощутил тварь где-то неподалеку и вскоре отыскал ее в заброшенной деревне в нескольких километрах от военного кордона.

— И что она делала?

— Удивительные вещи. Внутри Столпа грешники безумны и нападают на все, что движется. Это царство непрерывной кровавой бойни, убийств и перерождений. Но вне Столпа чудовище вело себя совершенно спокойно. Оно стояло перед человеком, и оба они как будто изучали друг друга. Пытались понять, что представляет собой стоящий напротив. Но вскоре тварь исчезла, а человек… С ним случилось что-то вроде припадка.

— Следствие взаимодействия с силой Преисподней, — уверенно произнес я. — Эта дрянь очень опасна и может лишь вредить. А тот человек… Он был похож на него? — указал на Станислава. Понятное дело, что «грязная» магия изменила беднягу не только внутренне, но и внешне, однако… Вдруг призрак опознает его?

— Вряд ли. Тот был ниже и довольно упитанным.

— Хорошо. То был первый случай, когда человек вытянул тварь за пределы Столпа. Но затем последовали еще?

— Да. Примерно через месяц я вновь почувствовал, что могу покинуть Столп, хоть и не накопил достаточно энергии. Оказавшись на свободе, снова ощутил, что рядом один из ужасных обитателей ада.

— Призвал его тот же самый человек?

— Нет. На сей раз в роли призывателя была женщина. И она действовала куда решительнее.

— То есть?

— Она… будто бы дрессировала чудовище. Приказов я не слышал, она общалась с тварью мысленно, но та выполняла команды будто собака. Сидеть, лежать, рядом…

— Какая прелесть… — задумчиво пробормотал я.

— С тех пор тварей из Столпа вытягивали в мир людей все чаще. Я почти всегда выходил следом и наблюдал, если расстояние позволяло. Поначалу люди и чудовища как будто знакомились. Изучали друг друга, пытались найти общий язык. Потом постепенно первые начали использовать вторых в своих целях. Как ты понимаешь, в основном, для защиты или нападения. Обитатели Преисподней превратились для обладателей особого дара в цепных псов.

— Вполне закономерно, — покивал я, внимательно слушая.

— Особенно мне запомнилась какая-то разборка в брошенном аэропорту, по ту сторону Столпа, — призрак махнул рукой в направлении бордового сияния. — Небольшой отряд обычных магов против группы молодцов в кожаных куртках и с автоматами. Казалось бы, справиться с такими будет легче легкого, но… С молодцами был человек, способный призвать тварь из Столпа. И он призвал. Такую же мелкую и слабую, как и та, с которой пришлось сражаться тебе…

— Это была мелкая и слабая? — прищурился я.

— К сожалению. Есть куда более сильные, крупные и жуткие обитатели Столпов. Но даже с мелкой тварью магам пришлось повозиться. Не знаю почему, но оружие и заклинания на чудовищ влияют очень незначительно.

— А вот тут не могу согласиться. Несмотря на эффект неожиданности и все такое прочее, я справился с уродом довольно легко.

— Я видел, — кивнул призрак. — И это удивительно. Обычно такая тварь умирает и возвращается в Преисподнюю лишь после того, как в нее выпустят несколько десятков пуль или заклинаний. А ты… Ты сделал невероятное.

Вот почему Игнатий так таращился на меня и называл мою легкую победу над тварью нереальной. Выходит, я поступил очень правильно, когда решил использовать ауру, которая служит мне «фильтром». Что же, с сегодняшнего дня это полноценное оружие.