"Фантастика 2024-81". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Григорьянц Георгий Рубенович - Страница 350

— Почему?

— Как мне кажется, тут две причины. Во-первых, магическая сила Преисподней сказывается на рассудке не лучшим образом. Ну а во-вторых… Множество изуродованных страдающих безумцев, из которых сделали одно целое… Представь, что к тебе присобачили физрука и еще целую кучу народу. Тело одно, а разумов много.

— Я тебя понял, — по голосу Огурца было слышно, что ему очень не по себе. — Жуть какая-то…

— Так что все эти раскаленные сковородки, черти с вилами и котлы, в которых кипит сера, — не более чем детские сказочки, — продолжал я, щурясь от начавшегося снегопада. — А в действительности попавшая в ад душа вновь обретает тело, и с ним делают что хотят. Ломают, выворачивают наизнанку, лепят к другим таким же уродам… В общем, санаторий для мазохистов.

— Жуть, — повторил препод.

— Но меня больше другое заботит. Для чего вообще было запускать тварей в торговый центр? Людей поубивать? Так в метро их куда больше. Плюс оттуда свалить сложнее, соответственно, и число жертв увеличивается.

— Ну, тут масса вариантов, — задумчиво ответил Огурец. — Самым жизнеспособным мне кажется связанный с конкуренцией в бизнесе. У того торгового центра есть хозяин. Он бизнесмен, а значит, имеет множество конкурентов. Вот кто-то из них и решил ему подгадить. Нанял призывателей, заплатил им кругленькую сумму…

— И те отправили зверушек на выгул, а сами свалили. Выглядит логично. Знавал я одного, — усмехнулся, вспоминая Орлеца, — бизнесмена, в свите которого был призыватель. Неприятные, скажу тебе, личности. Что первый, что второй.

— Ну вот, — препод кивнул. — Но есть еще вариант с террористами. В последнее время призыватели сбиваются в стаи. Многие из них поняли, что обладают оружием, с которым магам и военным очень сложно справиться. А это повод заявить о себе в борьбе за власть.

— Озорники какие, — пробормотал я и замолчал, обдумывая услышанное.

Некоторое время шли молча. Затем Огурец осторожно спросил:

— Что будем делать дальше? Вернемся в гостиницу?

— Вот еще, — я строго посмотрел на препода. — Шопинг никто не отменял. Сейчас найдем другой торговый центр и прибарахлим тебя как следует. В Министерство ты должен попасть в лучшем виде.

Последние слова я договаривал, сдерживая ухмылку. Ну вот что я за человек? Только подумал о мести — и сразу настроение замечательное.

— Не боись, — ободряюще хлопнул Огурца по плечу. — Уверен, тебе все понравится. Во всяком случае это будет одно из самых необычных приключений в твоей жизни.

— Но почему именно этот образ?! — Огурец негодовал. Учитывая, что он уже был под мороком, смотрелось превосходно. Все-таки есть тип женщин, которым возмущение очень к лицу. — Неужели нельзя было подобрать… мужской?!

— Объясню, — ответил я, старательно сохраняя на физиономии доброжелательное выражение. При этом мне очень хотелось позубоскалить. — Чтобы упростить задачу тебе же. Глядя на такую цацу, министерские чиновники начнут думать немного не тем местом. Ты можешь втирать им что угодно, а они будут лишь кивать и соглашаться. А мысли унесут их домой, на кроватку, где они тебя… В общем, по-всякому, по-разному.

— Великолепно… — Огурец всплеснул руками, и получилось это очень даже возбуждающе.

Облик я ему создал нереальный. Сейчас передо мной стояла супруга Орлеца. Та самая златокудрая мадам, смотреть на которую без твердейшего восхищения в штанах было просто невозможно. Длинные ноги, округлая задница, изящная талия и, конечно же, грудь. Высокая и минимум третьего размера.

И одежду я подобрал соответствующую. Сапоги на шпильке, красную юбку-карандаш и того же цвета блузку, которые подчеркивали все, что необходимо было подчеркнуть.

— Ты зря сопишь так возмущенно, — сказал я, взглядом скульптора оглядывая свою работу. — Получилось действительно великолепно. За исключением одного момента.

— Какого еще момента? — в голосе Огурца чувствовалось напряжение. Молодец, уже понимает, что ничего хорошего от меня не жди.

— Голос, моя хорошая, голос. Будет очень странно, если такая красотка заявится в Министерство и начнет басить по-мужски.

— И что делать?

— Задействовать еще немного магии. Есть специальные голосовые мороки, и я умею их использовать. Так что сейчас организуем тебе что-нибудь, соответствующее образу. Чтоб еще больше будоражило. Давай-ка скажи что-нибудь, — велел я, готовясь применить магию.

— Что? — пробасила эта нахмуренная сердцеедка.

— Ну, например… Сегодня все мужики Министерства будут у моих ног, но чпокнет меня достойнейший.

— А что-нибудь более адекватное ты не мог приду… — Огурец оборвал себя на полуслове, обнаружив, что его голос заметно изменился.

Стал женским, мелодичным, с той самой бархатцой, которая навсегда западет в сердце каждому уважающему себя любителю прекрасного пола.

— Вот теперь ты в полном порядке, — улыбнулся я. — Можем ехать.

На сей раз вызвали такси. И водитель — пожилой мужичок восточной внешности — стал первой жертвой фейковой секси-герл. С самого начала поездки он то и дело поглядывал в зеркало заднего вида, жевал губами, ерзал и покачивал головой. Держался бедняга достойно, но по глазам было видно, что внутри у него бушует настоящая буря.

Министерство магических отношений занимало старинное здание в центре столицы. Затемненные окна, флаг над входом, куча дорогущих тачек на парковке. Да, это было настоящее осиное гнездо, и мне предстояло его разворошить. Ну ничего, не впервой…

— Ну что? — произнесла стоявшая рядом со мной «красотка». — Идем?

Прищурившись и ухмыльнувшись, я ответил:

— Разумеется.

Том 1. Глава 25

— Итак… — председатель комиссии, по виду — типичный кабинетный хмырь, круглый и сытый, с трудом отвлекся от созерцания моей «спутницы» и глянул на меня. — Молодой человек, насколько мне известно, вы явились сюда, чтобы сделать заявление. Верно?

— Вернее не бывает, — улыбнулся я, предвкушая, как вытянутся физиономии собравшихся, стоит мне перейти к сути.

— Что же, — равнодушным тоном ответил председатель, — мы вас слушаем.

— Я принадлежу к уничтоженному роду Дьяковых. Мои родители Мирон и Анастасия.

Как и ожидалось, повисла пауза, а члены комиссии замерли. На лицах удивление, неверие, кое у кого даже испуг. И последние товарищи наверняка замешаны в том, что произошло пятнадцать лет назад, так что запомню-ка я, пожалуй, их физиономии. Молчание затягивалось, и Огурец понял, что пора брать инициативу в свои руки.

— Да, господа, вы не ослышались, — бархатным голосом произнес он, шагнув вперед. — Юноша, стоящий сейчас перед вами, действительно один из рода Дьяковых. Последний его представитель, которому чудом удалось выжить.

Сборище магов-чинуш постепенно приходило в себя. Кто-то откашлялся, другие зашептались, а председатель подался вперед, глядя на Огурца и явно не зная, что ему делать: тупо пялиться и наслаждаться, пребывать в дальнейшем удивлении от услышанного или заняться-таки делом. К счастью, служебный долг все же перевесил, и он пробубнил:

— Откуда у вас такая информация? Согласно официальным данным, в том конфликте не выжил никто из Дьяковых.

— Официальные данные не всегда точны, — «красотка» рядом со мной обезоруживающе улыбнулась. — А что касается источника информации… Согласно Пункту тринадцатому сто сорок четвертого Федерального Закона «О магах» мы с моим клиентом имеем право умолчать о том, от кого получили сведения.

Председатель в ответ лишь согласно промычал, а вот сидевший рядом с ним сухой и скуластый старичок с очень неприятным взглядом прищурился и обратился к Огурцу:

— На вас ведь сейчас морок, верно?

— Абсолютно. И это также не запрещено законом. Пункт седьмой шестнадцатого Федерального Закона «О магах» допускает такую меру безопасности для официальных представителей члена магического рода.

— То, что этот молодой человек член магического рода, — старикашка мерзко улыбнулся, — нужно еще доказать.