"Фантастика 2024-81". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Григорьянц Георгий Рубенович - Страница 364

Последний выкрик предназначался уроду. Вновь рыкнув и нелепо дернувшись, он ломанулся ко мне, но был встречен выпадом магической алебарды. Копейное острие угодило точно в усеянную мерзкими буграми шею, и я усилил контратаку импульсом, который разворотил рану.

Тварь захрипела, отшатнулась и стала беспорядочно размахивать верхними конечностями, которые Барби превратил в длинные лезвия с зазубринами. Я же решил взять инициативу в свои руки и нанес противнику еще несколько ударов в глотку, а затем, использовав телекинез, просто оторвал ему башку.

— Неплохо, — оценил страшномордый. Каким-то образом он видел происходящее. Впрочем, это его дом, так что неудивительно, сюрпризов тут наверняка множество, а потому нужно быть очень осторожным. — Но для такого бойца потеря головы не проблема. Управляет-то им… — он хохотнул, — другая голова.

— Ничего страшного, — усмехнулся я в ответ. — Доберусь и до твоей безобразной тыквы.

В ответ Барби лишь злобно прорычал что-то неразборчивое и заставил тварь вновь пойти в атаку.

Некоторое время она просто перла вперед, не обращая внимания на новые раны, которые я наносил практически каждую секунду. Помимо контратак алебардой я при помощи магии дробил уроду кости, рвал мышцы, но… Тот был марионеткой, подчиненной воле страшномордого.

Который по-прежнему прятался, восстанавливался и наверняка изучал мои возможности. А раскрывать перед противником карты — дело очень хреновое. Именно поэтому сейчас, как, впрочем, и в бою со зверями, я ограничивал спектр собственных атак. Нечего уроду знать, на что я способен на самом деле. Удивлять будем позже, когда превратим вот это вот безголовое чудо в фарш.

Каким бы нечувствительным к боли ни был управляемый страшномордым монстр, повреждения он залечивать не мог. И когда их количество достигло критической массы, он действительно просто развалился.

— Ну что? — крикнул я в полутемный коридор. — Сам выйдешь или предлагаешь мне тебя найти? Так-то нетрудно, но… Негоже такому крутому и красивому от какого-то недоросля прятаться, согласен?

Ответа не последовало. Что же, умно. Значит, будем искать.

Медленно, каждую секунду ожидая какой-нибудь гадости, я двинулся вперед. Дошел до того места под разверзнутой задницей олгой-хорхоя, где начинался кровавый след, и сотворил еще одного говорящего фантома. Он-то и отправился дальше, намеренно шагая так, чтобы было слышно.

— Ба-арби?.. — пропел он, метр за метром отдаляясь от меня, поворачивая голову вправо-влево. — Где ты, красотка моя шрамированная?

Двери одна за другой оставались за спиной фантома. Сам он приближался к тому месту, где коридор сворачивал влево. Но добраться до поворота ему была не судьба — именно оттуда вынырнул Барби и одним ударом заставил мою копию исчезнуть.

Ублюдок действительно успел неплохо восстановиться. Твердо стоял на ногах, но неестественно клонился вперед и дергал башкой. С ним далеко не все в порядке, и это хорошо…

— Наконец-то, — я расплылся в улыбке. — А то уже прям соскучился.

— Скука — хреновое дело. Сейчас я тебя развеселю, — Барби наконец решил, что время прелюдий прошло, и начал действовать.

Подавшись вперед, он разинул рот и выдохнул бурое облако, которое с мерзким жужжанием устремилось ко мне. Расстояние было велико, поэтому я без труда выстроил защиту, о которую атака страшномордого и разбилась. Облако рассеялось, однако исходившая от него едкая вонь затопила коридор, и я на всякий случай применил немного магии, чтобы защитить дыхательные пути.

Спустя мгновение мне пришлось обороняться уже от целого шквала атак. Барби метал в меня одно заклинание за другим, отчего пространство между нами рябило, преломлялось, наливалось то чернотой, то алым, то… В общем, ублюдок отрывался на полную катушку, демонстрируя весь свой арсенал, так что мне приходилось весьма и весьма херово.

Часть ударов я пропускал мимо себя, когда просто уворачиваясь, когда перескакивая на стены или потолок. Другую часть блокировал и каждый раз удивлялся, насколько мощно бьет противник. И это лишь полбеды: атаки следовали одна за другой, а самые большие перерывы между ними составляли не более двух секунд.

— Что, сопляк? — прохрипел Барби, с выставленной ладони которого сорвались три огромных призрачных черепа с клыками и рогами. — Осознаешь потихоньку?

— Что именно? — черепа я уничтожил, однако все тело пронзила боль, а к горлу подкатила тошнота.

— Что нужно слегка подрасти, прежде чем тягаться со взрослыми и опытными магами. Хотя… шанс самому стать взрослым ты уже просрал. Нечего было высовываться, а тем более лезть сюда. Чего ты вообще ожидал? — последнее слово он произносил, вновь атаковав призрачными черепами.

На сей раз защититься от них оказалось куда легче. А затем я нашел-таки мгновение, чтобы атаковать самому.

К Барби устремилось пять миражей-файерболов. Однако разбились они рядом с ним: пара на полу, по одному на каждой стене и один на потолке. Ненастоящее пламя тут же объяло доски.

— Кретин! — рявкнул страшномордый, отшатываясь и закрываясь руками. Это его и погубило.

Следующие три заклинания продырявили ему бедра и брюхо, заставив рухнуть на колени. Барби хотел было метнуться к ближайшей двери, но я уже скользнул к нему и двинул ногой в голову, усилив удар магией. А затем сделал то, с чего следовало начинать наше знакомство еще там, наверху.

Полный разрыв одного из энергоканалов. Затем еще один. И еще.

Барби зарычал от боли и вновь хотел шарахнуть меня чем-нибудь помощнее, но…

Нет ничего проще, чем отразить заклинание, которое даже не успело толком сформироваться.

— Чего такое? — ухмыльнулся я. — Устал что ли? Переутомился?

Еще разрыв. Еще. Третий, пятый, десятый… Сейчас я даже не пытался действовать аккуратно. Наоборот: трудился безжалостно, калеча один энергоканал за другим.

Страшномордый выл и выгибался, глядя на меня с ненавистью и непониманием. Затем еще раз попытался ударить магией — и вновь тщетно.

— Все, — с гаденькой улыбочкой объявил я и при помощи телекинеза ухватил урода за глотку, чтобы слегка придушить, — больше ты не страшный монгольский колдун.

— Что ты сделал? — просипел Барби, тщетно пытаясь освободиться, а заодно использовать-таки заклинание. Тоже тщетно.

— Считай, что обезвредил. На мой взгляд, магия в руках такого отбитого на всю голову страшилища — худшее, что можно представить. Поэтому я решил забрать у тебя силу.

— К-как? — даже тот глаз Барби, который открывался едва-едва, сейчас расширился от страха.

— Есть способы, — я равнодушно пожал плечами, продолжая уничтожать то, что позволяло страшномордому быть магом. — Но сейчас не об этом. Как ты понимаешь, явился я для того, чтобы понять, какого хрена ты пытался меня убить. И без ответа я уходить не намерен.

Ублюдок в ответ странно захрипел. Я даже не сразу сообразил, что он хохочет.

— Тогда начинай обустраиваться, — выдавил Барби, успокоившись. — Хотя, если честно, так себе ты местечко выбрал, чтобы провести лучшие годы своей жизни.

— А-а, это ты намекаешь, что ничего я от тебя не добьюсь, — я понимающе кивнул. Затем ухмыльнулся. — Ну а если так?

На уродливой морде противника проступило смятение. Он не отрывал от меня взгляда и явно не верил тому, что видел. Только что перед ним лыбился взмокший после яростной битвы шестнадцатилетний пацан, и вот теперь…

Я использовал морок, чтобы превратиться в Линду. И плевать, что она оставалась в мужской одежде, вдобавок грязной и изодранной. Для Барби главным было лицо. Он вглядывался в идеальные черты и постепенно терял рассудок.

— Ну и ну… — произнес я бархатным женским голосом, качая головой и презрительно кривя губы. — Господи, что это за урод?..

Страшномордого затрясло. Похоже, мой расчет был верен.

— Я… я… — просипел он, разевая кривую пасть так, словно задыхался. Впрочем, все может быть, учитывая, сколько дерьма находилось в этой лобастой башке… — Я… не урод… Не урод…