"Фантастика 2024-81". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Григорьянц Георгий Рубенович - Страница 650

Подхватив с пола саквояж, где содержалось все необходимое для межмирового путешествия, я первым покинул кабинет Константина Ильича.

Глава 2

Московская академия магических наук располагалась почти в центре столицы и очень умело маскировалась под многоэтажный бизнес-центр. Этакий огромный улей из стекла, металла и бетона, со всех четырех сторон ловящий размытые отражения близлежащих домов. Изнутри же учебное заведение для юных магов было совершенно иным.

Наполненным волшебством…

Пять лет назад я вместе с мамой и папой впервые вошел сюда. И не меньше минуты стоял на входе с открытым ртом, скользя взглядом по огромному круглому вестибюлю. Отделанный черным мрамором и малахитом, он не уступал размерами футбольному полю и был наполнен странным гулом, который я не столько слышал, сколько ощущал внутри себя.

Вдоль стен неподвижными стражами-великанами замерли статуи знаменитых магов, причем не только людей, но и представителей других цивилизаций. Помню, больше всего мое внимание тогда привлекли четырехрукий рогатый толстяк с третьим глазом в центре выпуклого лба, получеловек-полукрокодил с внушительным шипастым гребнем вдоль спины и двухголовая женщина с острыми эльфийскими ушами. Уже позже, поступив и начав учиться, я узнал об этой троице и множестве других существ, как разумных, так и не очень, немало интересного.

Весь пол вестибюля был покрыт одинаковыми круглыми узорами, заключавшими в себе сложную вязь магических символов. То и дело кто-нибудь из учеников или преподавателей вставал в такой круг, тот разгорался ярче и попросту поднимал человека — к одному из множества балконов, что опоясывали вестибюль, начинаясь в паре десятков метров от пола и образуя череду колец до самого верха этого невероятного здания. И именно там, за балконами, начиналось самое интересное…

Десятки залов и лабораторий, наполненных артефактами и работающей на магии аппаратурой. Длинные, украшенные гобеленами, статуями, барельефами и вазонами коридоры, образующие настоящий лабиринт. Аудитории-амфитеатры. Оранжереи с редчайшими растениями. Специальные помещения, в которых содержались всевозможные существа. Книгохранилища — царства фолиантов, хрестоматий, свитков. Обеденные залы. Полигоны, предназначенные для отработки боевых заклинаний. Помещения для медитации. Комнаты с Кристаллами-Накопителями — там мы, ученики, напитывали наши Ореолы.

Я никогда не воспринимал Московскую академию магических наук как здание, где мне помогают овладевать силой. Для меня она была настоящим волшебным городом, в котором непрерывно кипела жизнь. Тут и там носились и гомонили ученики, причем не только люди, но и разумные существа из других миров. Так, в друзьях у меня были всем известные благодаря сказкам гномы, гоблины и эльфы, а еще — акваантропы, карлеморры, веджиссы… Среди преподавателей тоже оказалось большое количество не-людей. Со многими у меня сложились прекрасные отношения, однако любимым преподавателем все же оставался профессор Громов.

Сейчас мы с ним шли по широкой галерее, протянувшейся над одним из книгохранилищ. По левую руку тянулась череда эдикул — ниш с колоннами, по правую — окна, в которые было хорошо видно множество книжных полок. Я держался чуть позади профессора и… пытался не волноваться. Получалось, на самом деле, плохо: как-никак я впервые попаду в Зал Телепортов, да не просто так, посмотреть, что к чему, а чтобы самому переместиться в другой мир. Пускай и похожий на наш, но все же чужой, — и опять-таки, далеко не на экскурсию. В Янтарном Яблоке мне предстоит проявить себя с наилучшей стороны, показать, что я умею, и узнать немало нового.

«Все будет хорошо, — мысленно твердил я себе. — Целых три месяца я ждал этого дня. И вот наконец дождался».

— Я уверен, что ты справишься, Артем, — Константин Ильич чуть замедлился, чтобы я мог поравняться с ним. — Ты ведь лучший ученик курса. Седьмой Прорыв в пятнадцать лет — это потрясающий показатель.

Тут я поспорить не мог. Лишь трое моих однокурсников достигли шестого Прорыва, остальные пока держались на пятом. И это считалось нормой. Я же… Сам не знаю, как получилось выбиться далеко вперед. Возможно, дело в наследственности — все же Древо Волковых считается одним из самых сильных. А может быть всему «виной» мой собственный энтузиазм: я очень хотел стать сильным магом, причем как можно скорее.

Мы уже подходили к Залу Телепортов, я видел в конце коридора массивные двустворчатые двери с вырезанными и охваченными свечением рунами. Но тут дверь ближайшей аудитории открылась, и оттуда вышел высокий и болезненно худой человек с длинными черными волосами, собранными в хвост. Горбатый нос его был по обыкновению красен, взгляд маленьких темным глаз под густыми сросшимися бровями сразу же сфокусировался на мне.

Мы с Константином Ильичем остановились.

— Артем Волков, рад приветствовать тебя, — немного гнусаво произнес черноволосый, попутно кивая профессору Громову.

— Я тоже рад вас видеть, господин Альгенштейн, — с легким поклоном ответил я.

На самом деле встреча с давним бизнес-партнером отца особой радости мне не доставила. И дело было не только в задержке практически у самых дверей Зала Телепортов. Просто… Не нравился мне этот тип. Скользкий он какой-то, и после общения с ним в душе всегда оставался неприятный осадок. Причем не только у меня — отец не раз жаловался на то же самое.

Эраст Альгенштейн, глава своего Древа, владел крупнейшим предприятием по изготовлению боевых и защитных артефактов. А мой папа, Игнат Волков, занимался добычей энигмара — минерала, обладающего внушительным набором магических свойств, без которого все, что производил Альгенштейн, было бы просто красивыми игрушками. Вроде бы ничего необычного: один добывает, другой покупает и пускает в дело. Обычное бизнес-партнерство. Но я знал, что между отцом и Альгенштейном постоянно возникают споры. То по поводу сроков поставок энигмара, то по его стоимости, то… Причин была масса, и, как говорил мне папа, под ними кроется одно — желание Альгенштейна самому добывать минерал, что избавило бы его от многих расходов. Однако о продаже бизнеса не могло идти и речи: Древо Волковых разрабатывало рудники с энигмаром сразу в четырех мирах уже не одно поколение. Это было нашим семейным делом и главным источником дохода.

— Как я понимаю, Артем, ты отправляешься туда? — Эраст Альгенштейн обернулся и кивнул на двери в Зал Телепортов. — Пора немного попутешествовать, да? Слышал, учителя подобрали тебе для практики очень интересный мир…

— Да, господин Альгенштейн, так и есть. Я отправляюсь в Янтарное Яблоко.

— Во-от даже как, — удивленно протянул мой неприятный собеседник. — Тогда действительно, тебе предстоит очень нелегкий, но увлекательный месяц. Кстати говоря, час назад я проводил на практику Тимура. Так что сегодня важный день у вас обоих.

Тимур был сыном Эраста Альгенштейна и моим однокурсником. Внешне похожим на отца, необщительным, малость высокомерным. Мы с ним общались лишь на уровне «привет-пока».

— Я желаю ему удачи, господин Альгенштейн, — произнес я, надеясь как можно скорее закончить разговор. — Надеюсь, практика Тимура будет очень успешной.

— Спасибо тебе, Артем, — глава Древа Альгенштейнов улыбнулся, показав желтые кривоватые зубы и обдав меня несвежим дыханием. — Я также желаю, чтобы ты удачно прошел первую практику.

К счастью, на этом наша беседа завершилась. Кивнув мне и профессору Громову, Эраст Альгенштейн отправился дальше по коридору. А я уперся взглядом в массивные двери Зала Телепортов, глубоко вдохнул и двинулся вперед.

Помещение, из которого мне предстояло отправиться в Янтарное Яблоко, было просторным и ярко освещенным залом овальной формы. Повсюду на приземистых гранитных постаментах с пятью ступенями высились большие клетки из серебра с голубоватыми вкраплениями энигмара. Возле одной, ближе к центру, стояли мои родители, и, увидев их, я в очередной раз подумал, как прекрасно они смотрятся вместе.