"Фантастика 2024-81". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Григорьянц Георгий Рубенович - Страница 676

— Сейчас объясню… — я глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. — Итак… Я отправляюсь на фабрику ядов, ты остаешься здесь. Один. Не знаю, сколько мне предстоит пробыть вдалеке отсюда, но все это время ты должен практиковаться в магии. Отрабатывать заклинания, стараться снижать их энергозатратность, избавляться от последствий болезни… В общем, работы много.

— Да, Арт, я понимаю. Но не волнуйся, я буду трудиться так же усердно, как и сейчас. Твое отсутствие никак на меня не повлияет.

— Ошибаешься, Фукс, — я печально посмотрел на ученика. — Скажи-ка, что нужно, чтобы творить заклинания?

— Быть магом, иметь Ореол, заполненный силой.

— Вот именно, Фукс. Нужно иметь Ореол, заполненный силой. Сейчас он напитывается энергией благодаря мне. Я делюсь с тобой тем, что забрал у ядра Аве-Ллара.

— Я понимаю, к чему ты клонишь, Арт, — кивнул Фукс. — Без тебя мой Ореол быстро опустеет, и тогда я не смогу использовать магию. И чтобы избежать этого, мне нужно научиться самостоятельно наполнять свою вторую ауру.

— Вот именно, Фукс, — ответил я. Мой ученик озвучил то, что должен был сказать я, и внутри всколыхнулось чувство вины. — Тебе предстоит добраться до ядра Аве-Ллара, коснуться его и напитать свой Ореол силой.

— Хорошо, — просто произнес он, задумчиво прищурившись и поводя плечами, как делал всякий раз перед новым заданием. — Но я не понимаю, почему это вызывает у тебя такую тревогу…

— Просто, — я грустно улыбнулся, — мы с тобой мало говорили о самостоятельной напитке Ореола. Это очень сложное дело — и смертельно опасное. Ты не представляешь, как я рисковал, когда впервые прокладывал себе путь к ядру Аве-Ллара. И особенно — когда добрался до него и вступил в контакт. Я мог погибнуть, даже несмотря на то, что практикуюсь в магии большую часть жизни, а пять последних лет — под надзором и руководством лучших магов Земли. Ты же… — я покачал головой, — всего три недели как узнал, что являешься чародеем. Да, твои успехи прекрасны, но… Опыта для самостоятельной напитки Ореола у тебя катастрофически мало. Да и я отнюдь не мастер, чтобы контролировать тебя в самые ответственные моменты. В общем, ты очень рискуешь, Фукс.

— Однако иного выхода, судя по всему, нет, — задумчиво добавил мой ученик. Видно было, что мои слова всерьез его встревожили, однако отступать Фукс, похоже, не собирался. — С пустым Ореолом я не смогу использовать магию и потеряю кучу времени, пока буду ждать твоего возвращения. А это никуда не годится.

— Ты прав, Фукс, но потеря времени — только полбеды. Есть кое-что еще, гораздо хуже. Энергия для Ореола — все равно что вода и пища для человека. Не получая ее, твоя вторая аура попросту умрет, причем в очень короткие сроки. Пять-шесть дней максимум.

— Умрет?.. — переспросил Фукс. — Это значит, что я больше…

— Именно. Ты перестанешь быть магом, Фукс. Физически, раз и навсегда, — сказал я и сглотнул, чувствуя тошноту.

Мысли вернули меня в грязную подворотню, заставленную бочками. То самое место, где я первый раз в жизни самостоятельно наполнил свой Ореол силой. Тогда я убеждал себя, что это необходимо, потому что нужно овладеть языком местных жителей, выяснить, где я вообще нахожусь, защититься в случае чего. Но также не забывалась еще одна важная причина: без напитки энергией моя вторая аура очень скоро не сможет существовать. А значит, я погибну как чародей.

Ореол сопровождает мага с первых дней жизни, однако сам «рождается» в тот момент, когда его впервые наполняют силой. С моим это случилось, когда мне было пять лет: я уже рассказывал про дом дяди в лесу, озорных и надменных кузенов, домик на дереве, куда можно забраться только по канату… И про то, как папа взял меня за руку…

— Раз так, — голос Фукса отвлек от воспоминаний, — то я готов. Если я умру как маг, то… умру и сам. Слишком многое я потерял в последнее время. И еще одного лишения просто не переживу.

— Я знаю, Фукс. Прости, что вынужден подвергнуть тебя такому испытанию. Но без него никак, и сегодня после отбоя мы должны сделать несколько первых попыток. Постепенно, очень осторожно, но добьемся успеха. Иначе и быть не может.

Несмотря на сказанное, уверенности я не чувствовал. И весь день только и думал об испытании, уготованном моему первому ученику. Я занимался обычными делами: чистил и доил животных, убирался в стойлах, закладывал корма… Но при этом раз за разом прокручивал в памяти свою первую самостоятельную напитку Ореола. От и до, обращая внимание на каждую деталь.

Страх за Фукса креп с каждым часом. Успокаивало одно: он взрослый разумный человек, к тому же, чего греха таить, многого боится. Значит, будет осторожен.

День пролетел незаметно, и как только скотники разбрелись по баракам, мы с Фуксом встретились на нашей «тренировочной базе» — в недостроенном коровнике. Ореол моего ученика был пуст, сам он пытался изобразить стопроцентную готовность действовать, тщательно скрывая волнение. Я тоже волновался — и не подавать виду было очень сложно.

— Ну что, Фукс, — спросил я, зажигая пару световых сфер, — ты готов?

Скотник кивнул с сосредоточенным видом. Мы присели на пол, и я стал объяснять, что и как ему следует делать. Спустя десять минут Фукс заверил, что все понял, и закрыл глаза.

«Начали…» — я сжал зубы до боли в желваках, наблюдая за ним.

Хуже всего было то, что и «путь» к ядру, и все остальное требовали от Фукса предельной концентрации. В итоге мне оставалось лишь гадать: получается ли у него? что он чувствует? на каком этапе находится? И так далее. Отвлекать его я не мог — иначе все пойдет насмарку. Оставалось лишь наблюдать за его лицом, используя скупую мимику Фукса в качестве единственного ориентира.

Тот старался. Изо всех сил. Я видел это по крупным каплям пота, по вздрагивающим бровям и губам, неровному дыханию с хрипотцой. Глаза под сомкнутыми веками беспрестанно двигались. Сейчас мой первый ученик боролся с самим Аве-Лларом…

«Давай, Фукс, — мысленно повторял я, чувствуя, что тоже потею, напряженный до предела. — Ты сможешь».

Неожиданно Фукс вздрогнул. Сморщился от боли. Из левой ноздри потекла кровь.

— Фукс? — осторожно произнес я, понимая: что-то идет не так.

Скотник тем временем затрясся и засопел. Тяжело, с присвистом. Кровотечение усиливалось, темные капли срывались с дрожащего подбородка.

— Фукс, возвращайся!.. — как можно тверже произнес я и дотронулся до плеча скотника.

Тот выгнулся до хруста в спине. Захрипел и забился, плюясь розовой пеной. Понимая, что паниковать нельзя, я обхватил Фукса за плечи и повалил на грязные доски. Тот ударился затылком, приоткрыл глаза и завыл. Аура его стала темно-красной. Дурной знак…

— Фукс… — я отпустил плечи своего ученика и приготовился применить магию.

Фукс продолжал выть и дергаться. Лицо его побледнело. Вены на висках взбухли настолько, что, казалось, могли лопнуть в любое мгновение. Кровь продолжала хлестать из носа. Хлопья пены разлетались во все стороны. Скрюченные пальцы яростно скребли доски, загоняя под ногти занозы. В воздухе разливалась вонь мочи и испражнений.

Закончилось все так же внезапно, как и началось. Фукс просто замер, перестав дышать. До смерти напуганный, я приложил ладонь груди скотника и обнаружил, что его сердце не бьется.

Глава 22

Той страшной ночью я тысячи раз поблагодарил профессора Громова за то, что он пару лет назад надоумил меня отучиться на курсах оказания первой медицинской помощи с использованием магии. Именно это и помогло мне вытащить Фукса.

Первым делом я «завел» его сердце. Далеко не сразу — для этого понадобилось пять магических импульсов. И когда я наконец почувствовал под ладонью слабые толчки в груди Фукса, то едва не расплакался.

Но поддаваться эмоциям было рано: я сделал лишь первый необходимый шаг к спасению ученика. При этом я не знал, что именно произошло с Фуксом, какие повреждения тот получил. Он вполне мог сжечь собственную нервную систему или Ореол, потерять память, погибнуть в самом скором времени из-за внезапно загустевшей крови или лопнувшего сосуда…