В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ) - Бушмин Виктор - Страница 318

Глостер нахмурился, но ничего не сказал, встал, подошел к столу и стал разливать вино по кубкам. Какой-то шум, доносившийся из-за закрытой двери, привлек его внимание. Робер направился к двери и, приоткрыв ее, выглянул из комнаты.

– Вы приехали за мной?.. – едва слышно произнес герцог. Филипп молча покачал головой в ответ. Куртгёз натужно улыбнулся, грустно вздохнул. – Зачем вам я? Я уже старик, ходячая развалина и живая легенда…

– Сир, я дал слово… – де Леви сжал пальцы старого герцога своей рукой. – Дал слово, стоя над телом вашего умирающего сына. – Старик с теплотой и влажными от набегающих слез глазами посмотрел на рыцаря. – Он меня попросил об этом…

– Вы, тот самый де Леви?.. – тихо спросил его герцог.

– Да, сир. – Кивнул Филипп. – И я прибыл, чтобы даровать вам свободу и корону.

– Пустое. – Герцог закрыл глаза. Его лицо, покрытое глубокими складками морщин, немного разгладилось. Он снова открыл глаза, тепло и по-отечески посмотрел на Филиппа. – У меня нет наследников. Одни бастарды…

– Мы напишем петицию Святому Престолу. – Филипп крепко сжимал руку герцога. – Вы, герцог Робер, истинный наследник короны своего великого родителя…

– А я знал вашего отца… – тихо произнес герцог. – Святой Годфруа… – он грустно улыбнулся. – И хотя мой братец, которого наверняка науськал прохиндей де Биго, как-то поведал мне, что именно он стоял за смертями моего среднего брата Гийома Рыжего и моих племянников… – герцог бросил пронзительный взгляд на де Леви. – Только я не верю ему…

– Ваше право, сир… – Филипп опустил глаза.

– А я сразу догадался, что именно вы и прибыли сюда, чтобы меня спасти… – старик блеснул глазами.

– Но, как, сир?..

– Я немного понимаю по-арабски. – Ответил герцог. – Совсем крохи, но мне хватило, чтобы услышать, как мои стражники-сарацины поминали родной Таррагон. А когда я от рыцарей охраны, – старик немного посуровел, – и моего тюремщиков по совместительству услышал, что в Кардифф прибыл какой-то важный заморский гость из Испании…

– Ваш ум также свеж и гибок, сир… – ответил Филипп.

– Когда?.. – Робер Куртгёз посмотрел на него.

– Бог даст, завтра или послезавтра, сир…

– Черт знает что твориться! – Глостер шумно влетел в комнату и захлопнул за собой дверь. – Ваши викинги, раздери их на части, только что разделали под орех в борделе дюжину моих воинов!.. – Робер также внезапно успокоился, как и начал, разлил вино, разнес кубки, мирно присел в кресло между Филиппом и герцогом, посмотрел на них и спросил. – О чем, коли не секрет, изволили беседовать?..

– Не секрет, племянничек… – герцог улыбнулся. – Граф в двух словах рассказал мне о своих владениях. Они почти с Нормандию… – наугад прибавил он.

– А я, признаться, думал, что Таррагонское графство размером с Гин или Булонь…

Герцог понял, что немного насторожил Глостера, поднял тост за своего брата-короля, после чего, обращаясь к де Леви, сказал:

– А поведайте-ка нам, граф, как вы умудрились покорить сарацин и завладеть дальними землями…

Филипп улыбнулся, выпил вино, вытер рукавом губы и начал свой рассказ…

Странный и спешный вызов графа де Блуа немного удивил Гийома де Ипра, посыльный графа буквально снял его с проститутки в одном из дорогих лондонских борделей, приютившихся возле восточной стены и рва Тауэра.

Не менее странный приказ, услышанный им из уст графа Тибо, еще больше удивил и, на этот раз, немного насторожил молодого рыцаря.

Граф Тибо как-то странно посмотрел на него – де Ипру показалось, что в глазах графа промелькнули дьявольские искры.

– Чуть не забыл, мой верный де Ипр. – Тибо со странною улыбкой снял с себя походную графскую цепь, дающую ему просто неограниченные права во время войны, и протянул ее рыцарю. – Вверяю тебе неограниченные права на время похода. Моим правом и от моего имени ты можешь карать всех моих вассалов, вздумавших не исполнять твои приказы или ослушаться тебя. Коли понадобится – можешь снимать с них пояса и шпоры, равно как и вручать тем, кого ты определишь сам!..

Это уже было серьезно! Гильом с удивлением и недоверием покосился на де Блуа.

– Сир! Мне – бастарду, вы дозволяете такое?!

Тибо пожал плечами, неуместно к сему моменту натянуто улыбнулся:

– Дело будет серьезное. Я и особый Ордонанс повелел написать… – он взял со стола пергамент, свернутый в рулон и скрепленный его большой печатью на синей ленте, и протянул его де Ипру. – Коли что – смотри и решай сам. – Он тяжело вздохнул. – Отряд должен дойти с минимальными, по возможности, потерями в срок и к месту, которые тебе обозначит мессир де Биго. Есть веревка и твой верный меч. Чуть что – руби головы ослушникам и вешай лентяев. Все рыцари, что поедут с тобой, мои вассалы. Я им все уже сказал… – Он протянул руку, унизанную перстнями, для поцелуя.

Гийом склонил голову и с достоинством изобразил целование руки, лишь обозначив касание губами.

Он молча поклонился, принял большой кошель серебра из рук Тибо, и направился в Тауэр, где на втором этаже донжона ярко горело окно, где его дожидался Гуго де Биго.

С равнодушным и напускным спокойствием Гийом выслушал совершенно идиотский по смыслу приказ де Биго убыть в спешке и тайне в Кардифф, привести в место, обозначенное на грубо нарисованной карте крестом, пару сотен всадников, где передать секретное (запечатанное тремя печатями!!!) письмо графу Роберу Глостеру и дальше действовать строго по его указаниям. Почему пару сотен? Да только потому, что каждый из полусотни рыцарей, порученных его командованию графом де Блуа, имел оруженосца и конюшего. Гуго де Биго вручил еще пару увесистых кошелей с серебром, несколько особых подорожных, скрепленных большими печатями короля Генриха и Палаты Шахматной Доски, что придавало еще более внушительный вид тайной экспедиции.

– Не волнуйтесь, мессир Гуго. – с усмешкой ответил де Ипр. – Гийом де Ипр еще никого и никогда не подводил…

– Я и не сомневаюсь, мессир де Ипр. – С какой-то подозрительной миной на лице ответил ему де Биго, снял со стены большое бронзовое распятие и, протянув его Гийому, произнес. – Поклянитесь на распятии, что свято, неукоснительно и точно исполните приказы мессира Робера Глостера, какими бы странными и невыполнимыми они не показались вам!..

– Клянусь, мессир де Биго. – Гильом с равнодушной и спокойной улыбкой прикоснулся губами к распятию. – Я, Гийом де Ипр, рыцарь, свято, неукоснительно и точно исполню все приказы мессира графа Робера Глостера, кроме тех, что затронут мою честь и честь моего сюзерена – его светлость графа Тибо де Блуа и его рода!

– Вот, и славно… – Гуго почесал нос, посмотрел на де Ипра. – Заберете в Тауэре лошадей для смены. Пусть каждый, кто причислен к вашему отряду, поведет за собой по три лошади. Если что – смело реквизируйте в замках, бургах и на станциях…

Гийом де Ипр умудрился довести отряд почти без потерь за десять дней. К несчастью, ему пришлось вздернуть на дереве одного оруженосца благородных кровей, вздумавшего стонать и баламутить воинов, требуя постоев и привалов так часто, словно он был не воин, а сахарная фигурка. Еще одного рыцаря, двух конюших и около дюжины конных арбалетчиков он потерял в засадах, устроенных неуловимыми валлийцами по ходу движения колонны. 18 ноября 1133 года Гийом де Ипр отдал приказ на обустройство походного лагеря, разбив его на лесистом холме, располагавшемся менее чем в лье к востоку от Кардиффа. В месте, которое ему указал крестом на грубой карте Гуго де Биго…

– Однако… – ошеломленный рассказом де Леви, произнес Глостер. – Это почти сказка… – Он зевнул, перекрестил рот, посмотрел узкое окно донжона, за которым только начинал розоветь горизонт на востоке. – Удивительный рассказ, мессир граф.