В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ) - Бушмин Виктор - Страница 478

Шарль оживился, услышав приятные слова. Он поднял голову и посмотрел на Гоше:

– Врешь, небось? Хочешь успокоить меня, разбойник?..

– Вот тебе крест, сеньор! – Гоше перекрестился. – У одного рыцаря, так вообще, люди имеют опыт осады и штурма горных замков!..

– Иди ты! – Шарль чуть не вскочил со стула. Сердце его вздрогнуло и сжалось. – Горных замков, говоришь?..

– Да, сир. Он и его люди осаждали Монсегюр!.. – гордо ответил Гоше, понимая, что сейчас он так обрадовал своего хозяина, что просто слов нет.

– Монсегюр?! Последний оплот катарской ереси?! Насколько я помню, осадой командовал мессир Гуго де Арси – королевский сенешаль Каркассона. Уж не он ли встал из могилы, чтобы придти мне на помощь?.. – Шарль перекрестился, хотя и с улыбкой на губах.

– Нет, сир, к счастью, это не он. Это, прошу прощения, нынешний сеньор этого замка и окружающих земель…

– Граф де Фуа? Не поверю никогда… – Шарль снова становился грустным и задумчивым.

– Нет, сир. Это не граф де Фуа. Это мессир Ги де Леви… – Гоше запнулся и для верности заглянул в свою шпаргалку, где были записаны имена и титулы знатных сеньоров, прибывших в армию графа Шарля. – Это мессир де…

– Мирпуа, Монсегюр и де Ла Гард! – Громко перебил его Шарль, вскакивая со стула. – Матерь Божья! Счастье то, какое! Зови его немедленно! Предоставить ему самое лучшее место, лучше всего, если оно будет рядом со мной!..

Гоше виновато пожал плечами и ответил:

– Сир, вышеназванный сеньор уже поставил палатки на холме к югу от вашей палатки. Это, если не ошибаюсь, около пятисот туазов от нас. Я хотел, было, предложить ему место поближе к центру армии, но мессир Ги отказался, сославшись на чрезмерную грязь и вонь, что стоит в лагере. Так и сказал: Неровен час, начнется зараза какая-нибудь…

– Узнаю «Грушу», он, разбойник, совсем не изменяет своим привычкам! – Шарль поднял голову и, улыбаясь своей редкой искренней улыбкой, сказал. – Что ты стоишь? Беги за ним! Тащи его ко мне, только, вежливо!..

– Не понял, сир. – Гоше переспросил у графа. – Мессир «Груша» в моем списке не значится…

– Ох, Господи… – вздохнул Шарль. – Грушей я зову мессира Ги де Леви. Это мой старинный приятель и побратим…

– Простите, не знал… – де Белло поклонился. – Я бешу за ним…

– Как стрела… – подвел итог Шарль и довольно потер руки. – Захвати по дороге мессира вице-маршала и коннетабля Адама де Фурра, а также не забудь о мессире Анри де Бар и Филиппе де Кастр…

– Вы имеете в виду Филиппа де Монфор-Кастр? – Поправил, для порядка, Гоше.

– Да, его самого! – Шарль укоризненно посмотрел на него. – Наш старый Филипп не любит, когда вспоминают его фамилию. Лишние напоминания о том, как его семья владела всем югом Франции и сама же просрала все земли, оставив лишь жалкие крохи, очень раздражают старика Филиппа. Зови его де Кастр, понял?..

– Отчего же не понять, сир…

– Да! Чуть не забыл, пригласи-ка еще сеньоров де Сен-Мара, де Три, де Бриенна, де Шамбли и моих анжуйцев де Монморанси-Лаваля и Бушара де Вандома, сеньора де Лаварден…

– Понял, сир…

– Беги, понятливый ты мой… – Шарль зевнул. – Постой-ка! Пригласи братьев де Бомонов и графов Вандомских! Короче, всех зови!

Встревоженный Гоше де Белло успел оповестить всех командующих и побежал к самому краю огромного лагеря. Он застал Ги де Леви сидящим возле своей палатки. Рыцарь успел разоружиться, и был в гамбезоне, расшитом желто-черными полосами цвета своего герба, длинной меховой накидке и плотном кожаном чепце, прикрывавшим голову от ветра. Гоше передал просьбу графа де Анжу. Ги улыбнулся и пошел за ним, на ходу перепрыгивая через грязные зловонные лужи и ноги воинов, торчащие из-под шалашей и навесов. Когда он вошел в палатку графа, там уже собрались все предводители армии, которой предстояло вскорости выдвигаться к Риму и южной Италии.

– Матерь Божья! Ги! Ты совсем не изменился!.. – Шарль вскочил со стула и, широко расставив руки, бросился к вошедшему рыцарю.

Они обнялись, после чего Ги встал на одно колено и произнес:

– Ваша светлость! Я, Ги де Леви де Мирпуа де Монсегюр и де Ла Гард, прибыл по приказу его величества в ваше полное распоряжение! Со мной полное рыцарское копье, каждый кутилье которого обеспечен двумя парами коней, амуницией и провизией на сорок дней службы! – Ги встал с колена и поклонился графу.

– Вот! Все бы так, как он! – Шарль с нескрываемой гордостью кивнул на рыцаря, пеняя своим командирам. – А то его святейшество прислал мне письмо, где имел наглость указать мне о количестве коней, должных быть у каждого сеньора… – Адам де Фур смущенно опустил глаза и стал тихо перешептываться с Монморанси-Лавалем. – Граф удовлетворенно кивнул головой и, указав Ги де Леви место за общим столом, сел на стул.

Он расправил плечи, покрутил головой, хрустя шейными позвонками, развернул самодельную карту и заговорил:

– Полагаю, сеньоры, что вы уже в курсе нашей кампании. Тем же, кто еще не знает, я сообщу, что мы направляемся в Рим, где меня ожидает папа Римский Климент и… – он замолчал и с гордостью окинул собравшихся сеньоров. – Корона Неаполя!..

Советники зашумели, оживленно обсуждая эту неслыханную новость. Ги, признаться, тоже был шокирован услышанным известием.

«Вот это новость… – подумал он. – Шарль, наконец-то, станет королем. Как же он мечтал в детстве о короне и с грустью говорил, что ему, как самому младшему в семье, не светит ничего кроме графской короны. А тут, поди-ка, настоящее королевство…»

ГЛАВА V.Военный совет.

Граф Шарль наслаждался минутой торжества. Ах, как же долго он ждал ее! Советники и сеньоры возбужденно галдели, шумели, сравнивая его с великим Гильомом Завоевателем, а себя с его спутниками, которые, вот так же, по настоянию и с разрешения папы Римского переплыли море и покорили Англию. Теперь, к счастью, никакого моря, вроде бы, переплывать не требовалось, а надо было просто перейти горы и захватить страну, раздираемую анархией и гражданской войной.

Ги де Леви увидел, как граф кивнул ему, указывая на стул, и присел. Он был и сам под впечатлением от услышанного. Место, предназначенное для него графом, располагалось между Филиппом де Монфор-Кастр и Ги де Монморанси-Лаваль. Они приветливо поздоровались с ним, причем, к радости Ги де Леви, Филипп де Монфор-Кастр, которому недавно исполнилось шестьдесят лет, сам заговорил с ним и напомнил о том, что их предки бились плечом к плечу под знаменами его славного дяди и отца. Ги ответил тем же, ответив, что именно благодаря его великому дяде его семья и стала владелицей богатой и обширной сеньории Мирпуа. Тут, правда, де Леви пришлось напрячься, чтобы подобрать слова, но такие мягкие и расплывчатые – он прекрасно понимал деликатность общения с племянником великого полководца, лишившимся всего из-за бестолковости прямых наследников Симона де Монфора.

Шарль тем временем дождался, пока оруженосцы не развернут карту и пока сеньоры успокоятся, деликатно прокашлялся, давая понять, что пора заканчивать болтовню и сосредотачиваться на делах. Военный совет притих и с интересом уставился на графа, приготовившись слушать.

– Мессиры, я пригласил вас, – он окинул взглядом сеньоров, – на наш первый военный совет, если так можно назвать сегодняшнее собрание. Суть дел такова: новый папа Римский Климент, многие его отлично знают под именем Ги де Фуко – исповедника короля Людовика и моего брата, – Шарль не упустил момента снова показать всем, что он королевский брат и принц крови, пусть и младший в семье. – Так вот, сеньоры, его святейшество Климент предложил мне принять корону Неаполя и вернуть мятежные земли под сень нашей святой католической церкви. Многие из вас были со мной в Риме на этой торжественной церемонии и знаете, насколько я серьезно отношусь к этому делу. Манфред, этот наглый бастард покойного императора Фридриха, так разошелся в своих «целованиях» с остатками мусульман, что совсем потерял стыд, совесть и, я не побоюсь этого слова, Господа в своем сердце! – Советники притихли, внимательно вслушиваясь в слова графа, которого все считали немногословным и, по большей части, молчуном. А тут, такая речь!.. Граф Шарль едва заметно улыбнулся и подмигнул Ги де Леви, который немного растерялся, находясь в компании таких известных и знатных сеньоров королевства. Например, мессир Ланселот де Сен-Мар был маршалом Франции, Пьер де Шамбли был шамбелланом королевства, а граф Жан де Бриенн, сверстник Шарля, к моменту похода три года как был бутелье короны. Чего уж было говорить о самом Жиле де Лебрене – коннетабле Франции! От имен, титулов и должностей сеньоров голова могла почти кругом! Волей-неволей, а растеряешься в такой компании. – Наша задача, для начала, проста. – Шарль немного понизил голос, заставляя сеньоров прислушиваться к его речи. – Мы проходим северные земли Италии, по возможности, сильно не безобразничаем, нанимаем во Флоренции рыцарскую конницу, я знаю, что у них прекрасные наемники, которые, к тому же, с молоком матери впитали ненависть к гибеллинам и Фридриху с его потомством, заходим в Рим, немного приводим его жителей в сознание… – Дальше нет смысла пересказывать всю длинную речь графа. Замечу лишь, что многие сеньоры согласно кивали головами, но у некоторых из советников возникали вопросы, на которые графу предстояло ответить. – Самое проблемное место нашей кампании – это преодоление срединного горного хребта, прикрывающего Апулию и Неаполь от севера. Там всего дна дорога, более или менее приличная для быстрого прохода большой армии, но ее прикрывает мощный замок Арче…