В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ) - Бушмин Виктор - Страница 504

– Как дела, мой верный «Груша»? Ты не заскучал тут без дела?.. – он пытался острить и шутить.

– Так себе, Шарло, – Ги снова смутился и покраснел, ощущая неловкость присутствия дамы. – В Риме что-то тоскливо…

– Да, что ты говоришь?! – засмеялся Шарль де Анжу, хлопая себя по бокам своего блио, расшитого лилиями Капетингов и львами Анжу. – Неужели, в своем глухом замке Портобаджо тебе веселее, чем в матери городов Европы?..

– Признаться, да. – Ответил Ги и покраснел, перехватив взгляд Шарля, буквально пожиравший Беатрис. – Там хотя бы, какое-никакое дело было, а тут… – он в сердцах махнул рукой.

Шарль перевел взгляд на девушку и спросил:

– А что вы скажете, синьорина Беатрис?..

– Признаться, ваше величество, – она присел в низком книксене, демонстрируя точеную фигуру и изумительные груди, едва прикрытые глубоким вырезом декольте платья, – в замке было куда веселее, чем здесь, в Риме…

– Это еще почему?.. – Шарль был и, правда, удивлен ее неожиданным ответом.

Беатрис изобразила смущение и, опустив глаза, произнесла:

– Могу ли я, сир, говорить с вами, искренне и открыто?..

– Естественно, синьорина Беатрис! – Шарль развел руками и широко улыбнулся.

– Вот вы, сир, часто сравниваете себя и свою экспедицию в Неаполь с походом великого Гильома Завоевателя, – она грустно вздохнула, – но это, простите, не так…

– Почему?.. – Шарль разыгрывал наивную обиду на своем лице.

– Очень даже просто, ваше величество! – Беатрис опустила глаза и незаметно улыбнулась, полагая, что ее уловка прошла удачно, и граф клюнул. – Герцогу Гильому приходилось ждать у моря погоды и попутного ветра, а вам… – она замялась, – даже не знаю, что мешает забрать Неаполь…

– Вот как! – Удивился и, одновременно, смутился Шарль. – Благодарю вас за честность, синьорина. Признаться, не вы первая твердите мне о моей же нерешительности. Но, поверьте мне, синьорина Беатрис, что я бы с превеликим удовольствием отправился в Неаполь, только жду схода снегов на перевалах и пополнений…

– И все? – Беатрис посмотрела на него так пристально, что Шарль даже повел плечами от неожиданности. – Такая малость? Хотите, я сама проведу вас хорошей дорогой?..

– Так, Беатрис, ты уже перешла все рамки дозволенного приличия! – Ги решил урезонить девушку, полагая, что она докучает графу.

– Нет-нет, Ги, все хорошо! Эта девушка говорит со мной от лица Италии! Я соглашусь, пожалуй, если такая красавица будет моим личным проводником… – Шарль натянуто улыбнулся, хотя у него на душе скребли кошки от множества нерешенных дел и вопросов, отложенных на потом. – Так значит, прекрасная Беатрис, что вы, помимо своих удивительных чар, коими вы умудрились покорить сердце одного из моих самых проверенных друзей, еще и обладаете навыками проводника и сведущи в географии?! Матерь Божья! – Граф был загнан в тупик, многие из гостей, синьоров и советников его армии стали прислушиваться к оживленному разговору, который он вел с красавицей-итальянкой. Шарль, как и любой гордец, высоко задрал голову и, словно лев перед прыжком, тряхнул волосами. – Я готов выступить на Неаполь хоть завтра! – Он окинул ошеломленный зал надменным взглядом, теряя рассудительность. – Да! Завтра же назначаю выход на Неаполь! Мессиры! – Он обратился к командующим армией. – Соблаговолите срочно собрать свои части и не позднее третьего дня прибыть к местечку Фрезолоне, где я завтра же выставляю свой королевский штандарт и вексиллум, врученный мне нашей Матерью католической церковью и его святейшеством Климентом…

Напряженная тишина повисла в большом зале. Ги онемел, он поискал глазами Филиппа де Кастр. Старый воин недоуменно пожал плечами и кивнул в сторону Адама де Фурра. Ги незаметно подошел к нему и, дотронувшись до его руки, прошептал:

– Что это с Шарлем?..

– Один Господь ведает… – вице-маршал королевской армии графа де Анжу и де Провена был шокирован не меньше остальных. – Или, что вернее, черт его знает…

Они подошли к Гоше де Белло. Адам посмотрел ему в глаза и прямо спросил, откинув все уловки и манеры:

– Это ты, щипаный козел, надоумил Шарля лезть с головой в петлю?..

Гоше возмутился и покраснел. Он набрал воздуха и раскрыл, было, рот, чтобы ответить чем-нибудь резким, но сдержался и тихо ответил:

– Друзья мои, я и саам ни ухом, ни рылом… – Гоше говорил искренне, это было видно по его открытому взгляду и трясущимся от волнения рукам. – Как раз, когда пехота начала разбегаться, а рыцарство еще не пришло… – он развел руками. – Бред, да и только…

– Ну, бред, не бред, а нам осталось лишь молча исполнить приказ сюзерена… – подвел итог этого экстренного совещания Ги де Леви. – Лично я ручаюсь за свой резерв. Четыреста прекрасно вооруженных и подготовленных всадников.

– Капля в море… – раздался за их спинами голос Луки де Сент-Эньяна. – Капля в море. У Манфреда одних легких всадников и лучников более десяти тысяч… – Рыцари повернулись на его голос. Лука, еще не совсем оправился от ранения, он был бледен, а худоба на его лице была очень заметна, прорисовывая резкие контуры скул и ввалившиеся глаза, окруженные темными кругами. Лука опирал на большую трость, служащую ему дополнительной опорой, рука была перебинтована и висела на перевязи. – Они перестреляют вас, прежде чем последние из ваших рыцарей достигнут их рядов…

– А как же, простите, пехота? Арбалетчики навяжут им дуэль, а пикинеры удержат строй… – пролепетал Гоше де Белло.

– Бред сивой кобылы. – Отрезал Лука де Сент-Эньян. – Для начала, сеньоры, мы увязнем возле замка Арче, где от нас сбежит добрая половина и без того немногочисленной пехоты. Затем, когда мы, наконец-то, спустимся на равнины Апулии, нас перестреляют, как куропаток, мусульмане-лучники из армии, созданной еще покойным Фридрихом…

– Лука, не надо сгущать краски. Прорвемся… – ответил ему Ги де Леви. – Прорвемся! Еще, слава Богу, и не из таких передряг выбирались…

– Ага! – Лука грустно покачал головой. – Прорвемся, вот только куда? То-то… – он тяжело вздохнул и прикрыл глаза. – Куда бы мы ни прорвались, сеньоры, везде нас будут убивать и охотиться на нас, словно мы стадо кабанов, забредших в огороды рачительных хозяев…

– Значит, нам надо, как кабанам, нестись только вперед! На Неаполь! – Отреагировал Ги де Леви.

– Молодец, Груша! – За их спинами стоял Шарль, который внимательно прислушивался к обмену мнениями своих командиров. – Именно! Как кабанам! Прямо и безостановочно! Кстати, ты там как-то хвалился, что, мол, у тебя есть непревзойденные спецы по осадным машинам?..

– Я так не говорил… – Ги немного смутился, оказавшись снова в центре всеобщего внимания. – Просто я сказал, что у моих воинов есть опыт взятия Монсегюра. А он, как я понимаю, куда крепче, чем Арче…

– Вот-вот. Они-то мне и понадобятся… – Шарль хитро подмигнул ему. – Мне кровь из носу надо взять Арче сходу… – граф напрягся, его лицо сделалось лиловым от волнения. – Иначе. Иначе по нам пропоет похоронная труба…

– Да ладно тебе, Шарло… – Ги приобнял его за плечи. – Рано еще нас хоронить…

– Спасибо, Груша, что хотя бы ты веришь в меня… – Шарль грустно улыбнулся и, сняв с пояса богато украшенный кинжал-мизерикордия, протянул ему. – Возьми обо мне на память. Когда-нибудь, если правда мы живые вернемся из этой идиотской авантюры, в которую я же и сам влез по доброй совести… – граф поправил себя, – или по глупости, ты будешь сидеть возле пылающего камина и показывать внукам этот кинжал, рассказывая им и челяди о нашем славном походе за короной Неаполя…

– Давненько я не слышал от тебя таких похоронных глупостей. – Ги крепко обнял Шарля и, приподняв от пола, начал трясти. – Мы еще будем смеяться, вспоминая о сегодняшней беседе! – Шарль смутился и вырвался из его крепких объятий. – Да ладно тебе, Шарло! Все ведь хорошо! Да и поверь мне на слово, что я все мои люди скорее костьми ляжем, нежели позволим упасть с твоей головы хотя бы одному волоску… – он отпустил графа и, смотря в его глаза, добавил. – Тебе еще надо быть крестным отцом для моей дочки. Я так решил…