В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ) - Бушмин Виктор - Страница 658

– Мессир комендант, простите – не знаю вашего титула и полного имени! Я, от лица короля Филиппа Французского, предлагаю вам почетную сдачу замка! От себя лично, я гарантирую вам и вашим людям почет и уважение! Вы сможете, безо всякого выкупа покинуть осажденный замок! Вам предоставляется почетное право покинуть замок с распущенным знаменами, и с оружием, только личным! При этом, никакого вреда и ущерба замку вы не должны причинить, сдав его в целости и сохранности. Вооружениям и механизмам замка не должно создаваться поломок и вреда!

– Я подумаю над вашим щедрым и, без сомнения, благородным предложением!

Ги всмотрелся наверх. В темноте, среди бойниц он увидел изможденное лицо рыцаря. Он узнал его и вскрикнул от неожиданности:

– Жильбер! Мессир Жильбер де Клэр? Это вы?

– Да! Это я, мессир Ги де Леви… – послышался грустный ответ.

Ги обрадовался. Он был знаком с этим рыцарем, несколько раз сталкиваясь с ним в схватках на полях Нормандии.

Жильбер был сильным, но, и это самое главное, благородным воином, свято чтившим рыцарские обычаи.

– Мессир Жильбер! Не тяни с ответом! Прошу тебя! Ты знаешь, что можешь верить моим словам!

– Послезавтра я дам тебе ответ! – Раздался голос Жильбера. – Ты сам знаешь правила осады и капитуляции! Два дня на раздумья! Таков закон! Шателен Роже де Ласи совсем ослаб, но настырен и непреклонен, так что, увы, и не обессудь, ежели отказ получите.

– Хорошо! Послезавтра, после утренней службы, я приеду за ответом! До свидания, мессир Жильбер де Клэр!

Ги развернул коня и поскакал назад…

Еще одна пара глаз наблюдала за переговорщиками и уши слышали все слова, сказанные рыцарями. Это был один фламандский наемник, слуга Ламбера Кадока.

Он немедленно, по прибытию своего хозяина, пересказал ему подслушанный разговор. Глаза Кадока сузились.

– Вот гад! Решил все лавры победителя Шато-Гайяра себе захватить! Сделаем, вот что…

Он стал что-то нашептывать слуге, кивавшему ему в ответ…

На следующее утро в палатку к Ги де Леви вошел Кадок и, поприветствовав, предложил поучаствовать в новой охоте:

– Мои ребята обложили стаю волков! Матерые гады! Загонщики уже окружили флажками их стаю! Ждут только нас!

Ги де Леви и его рыцари, не ожидая подвоха, согласились…

Когда они удалились от замка на приличное расстояние, наемники Кадока незаметно приблизились к замку…

Изголодавшийся и ослабевший часовой Седрик из Йорка задремал на своем посту. Место было тихое и спокойное. Комната с люками отхожих отверстий посещалась сейчас редко, хотя и примыкала к замковой часовне.

Он мог спокойно вздремнуть часик-другой.

Седрик не услышал характерные щелчки арбалетов. Не услышал он и скрежет металлических кошек, зацепившихся за выступы люков отхожих мест.

Он спал. Ему снился родной Йорк и богатый стол, накрытый его матерью и родичами, празднующих возвращение с войны живого и богатого Седрика…

Крепкие руки показались из люков, за ними появились тела наемников, бесшумно вылезавших из отхожих мест…

Седрик даже не успел вскрикнуть, когда его рот зажала одна рука наемника. Вторая рука быстрым и умелым движением перерезало Седрику горло…

Послышался набат тревожного колокола, раздавшийся с верхушки одной из башен Шато-Гайяра. Часовой, сраженный метким арбалетным выстрелом, падая, зацепился ногой за веревку тревожного колокола…

Ги развернул своего коня:

– Что это? Набат? Откуда? Что-то случилось в замке!

– Случилось… – Кадок схватил повод его коня. – Замок уже взят! Заметьте, захвачен моими людьми, а не вашей болтовней!

– Ах, ты…

– Не кипятитесь, мессир Ги. Успокойтесь и… оглядитесь по сторонам. – С неприятной улыбкой произнес Кадок. – Вокруг нас несколько моих стрелков, спрятавшихся за деревьями. А, вот, и тело волка! Боже, их несколько!

Кадок указал на трупы убитых волков.

– Может так случиться, что стрелок промахнется… и ранит не того! А может, Боже упаси, и убить! Даже мессир Ришар не выжил после умелого выстрела из арбалета…

Ги понял, что Кадок его обыграл.

– Хорошо. Я успокоился, только прошу – не трогай коменданта и благородных английских сеньоров!

– Это еще, почему? – Поинтересовался Кадок.

– Я с одним из них знаком…

– Здорово! Теперь и я познакомлюсь! – Засмеялся своим ртом, полным гнилых зубов, Кадок.

– Я ему…

– Я знаю. Мне еще вчера доложили…

За этих двух рыцарей Ги заплатил выкуп Кадоку из своих денег.

Роже де Ласи, Жильбер де Клэр и те немногие, кто остался в живых, были отпущены домой в Англию.

Жильбер де Клэр попрощался с Ги:

– Прощай, де Леви. Видишь, как судьба повернулась… – грустно улыбнулся он.

– Этот мерзавец Кадок ее так повернул! Скоро и ему «зачтется» …

Нормандия сопротивлялась силам короля Филиппа с упорностью обреченного. Осажденный Руан держался из последних сил, сжатый тисками осады армии Филиппа Французского.

Гуго де Биго, граф и виконт Мортимеры, младший де Клэр, граф Годфруа де Мандевиль, граф Гильом де Моубрэй и еще несколько знатных сеньоров руководили обороной города, все еще надеясь на помощь их короля Жана.

Множество гонцов, отправленных ими к королю Англии, засевшему в Анжере, были перехвачены рыцарями Филиппа.

Одному из них, каким-то чудом, удалось добраться до короля…

Молодой гонец оруженосец Готье де Кутанс был ранен стрелой в спину. Арбалетный болт раздробил ему лопатку, причиняя мучительную боль при скачке…

– Доставь послание Его величеству, и я сделаю тебя рыцарем! – Приказал Готье Гильом де Моубрэй, знатный нормандец сорока четырех лет.

– Будет исполнено, мессир граф, – склонив колено, ответил молодой оруженосец.

Готье де Кутанс принадлежал знатному нормандскому роду де Кутанс. Его предок прибыл в Нормандию еще с Роллоном, помогая тому отвоевать себе Нормандию.

В свои шестнадцать лет Готье был костлявым и щуплым юношей, но, при этом отличался удивительной выносливостью.

Его юное веснушчатое лицо было открыто и, по-детски, наивно. Мягкие светлые волосы легкими волнами спадали на пурпуэн оруженосца.

Он ночью спустился со стены, вплавь преодолел широкой ров и выбрался на берег. Готье затаился, выждав паузу между французскими патрулями. Незаметно, легкой тенью, он добрался до конюшен и тихонько увел одну из лошадей, мирно жевавшую овес.

Все было бы прекрасно, если бы один из коней французов не встрепенулся и не заржал, привлекая внимание врагов. Готье быстро запрыгнул в седло и, поддав шенкелей, выскочил в ночь…

В след ему раздались крики часовых, и просвистело несколько арбалетных болтов. Вдруг, сильнейший удар буквально бросил Готье на круп коня.

В его лопатку вонзился арбалетный болт. Готье на мгновение почти потерял сознание, но, чудом удержался в седле набиравшего темп коня…

Король Жан Сантерр и его верный слуга Гильом де Бриуз сидели и играли в шахматы в каминном зале дворца анжуйских графов в замке города Анжер, когда к ним вошел камергер и произнес:

– Сир! Прибыл гонец со срочными известиями из осажденного Руана.

Король оторвался от партии в шахматы, крайне неудачно складывающейся для него. Он с раздражением и, какой-то неуверенностью во взгляде, посмотрел на камергера:

– Не видишь, я занят! – Бросил он.

Камергер ушел. Король попытался снова сосредоточиться на шахматах…

Прошел час. Раненый Готье сидел на стуле, услужливо предложенный ему кем-то из слуг. Он был бледен и ослабел, вымотанный бешеной скачкой и потерей крови.

Готье собрался с силами, встал и, оттолкнув кого-то из слуг короля, стоявших возле закрытых дверей, вошел в каминный зал.

– Сир! Ваше величество! Осажденный Руан молит о помощи… – крикнул Готье и потерял сознание.

– Какое дикое нахальство! Полнейшее отсутствие такта и уважения! – Крикнул король, злясь. Он, не глядя на раненого Готье, приказал слугам. – Уберите его и не отвлекайте меня больше такими мелочами! Не видите – Я ИГРАЮ В ШАХМАТЫ!