Скромная королева (ЛП) - Кент Кайли - Страница 35

Я просыпаюсь от какого-то звука. Что это было, черт возьми? В комнате темно, но немного света проникает из прилегающей ванной. Я встаю и вскрикиваю, когда снова слышу этот звук. Это безошибочный звук выстрела.

— Сонни? — зову я. Мое сердце замирает, когда дверь открывается, и тело Сонни падает на пол, кровь растекается лужей вокруг его головы. Я слышу крик, который вырывается из моих легких, прежде чем понимаю, что он исходит от меня.

Я смотрю на пожилого мужчину, стоящего в дверном проеме, его белая рубашка испачкана красным. Он направляет пистолет в мою сторону, шагая ко мне. Я застываю на месте. Не могу пошевелиться.

— Кто вы? — успеваю спросить я, прежде чем он протягивает руку и бьет меня по лицу. От удара меня отбрасывает, и я падаю на кровать.

— Гребаная шлюха, ты думаешь, что можешь меня допрашивать? Так дело не пойдет. — Он подходит ближе, и меня отталкивает мерзкий запах алкоголя у него изо рта, когда он наклоняется ко мне. — Ты можешь поблагодарить своего мужа за то, что с тобой сейчас произойдет. Ему следовало оставить все как есть. Ему следовало не лезть в мои гребаные дела. Что ж, посмотрим, как ему понравится, когда я влезу в его.

Он начинает расстегивать штаны, и я понимаю, что мне нужно действовать, бежать, пока не случилось то, от чего я никогда не смогу оправиться. Я пинаю его ногами, попадая ему в живот, и бегу к двери. Но спотыкаюсь о тело Сонни и падаю в лужу его крови.

Меня оттаскивают назад за волосы, пока я пытаюсь прийти в себя.

— Сучка, теперь я буду наслаждаться этим еще больше. Я сниму это на камеру и прослежу, чтобы твой тупой муж не упустил ни минуты.

— Нет, не трогай меня! — кричу я, начиная отчаянно бороться. Я бью и пинаю все, что попадается под руку. Я не позволю этому ублюдку изнасиловать меня и показать это Тео. Это, бл*дь, уничтожит нас. Уничтожит его. Я кусаю его за руку, достаточно сильно, до крови, но получаю удар в висок. Мое зрение затуманивается, комната кружится, и меня бросают на кровать. — Нет! — снова кричу я.

«Вставай, Холли. Вставай и беги!» — мой внутренний голос заставляет меня двигаться. Но я не могу заставить свои конечности подчиниться. Он достает нож, и мое тело застывает. Все, о чем я могу думать, это: «Пожалуйста, Боже, не дай Тео увидеть это. Пожалуйста, Боже, не дай этому случиться». Он проводит лезвием по моей футболке и разрезает ткань, обнажая мою грудь.

— Нет, пошел ты! — кричу я, пытаясь выбраться из-под него. Он протягивает руку и сжимает мою грудь, его пальцы грубо впиваются в мою плоть. Затем его рука опускается ниже и касается моей киски. О боже, это конец… Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти что-нибудь, что я могла бы использовать в качестве оружия, чтобы оттолкнуть его от себя. Но его вес прижимает меня к кровати. Я чувствую, как его пальцы проникают внутрь меня, и вскрикиваю от боли, агония и унижение от нежелательного проникновения сравнимы с ударом ножа в сердце.

— Остановись! Пожалуйста, остановись! — прибегаю я к мольбе.

Я закрываю глаза, решив, что будет лучше, если я не буду видеть, как это происходит, если я представлю, что нахожусь в другом месте. Я могу притвориться, что это всего лишь ужасный кошмар, и скоро я проснусь, и все закончится, вот только это — воплощение моего самого большого страха. Но потом… все останавливается. Невыносимый груз сваливается с моего тела, я открываю глаза и вижу перед собой разъяренного Донателло, приставившего пистолет к голове напавшего мужчины.

— Тридцать лет, бл*дь, и вот как ты мне отплатил? Ты гребаный сукин сын. Это моя невестка, придурок. Неужели ты думал, что тебе сойдет с рук прикосновение к ней? Я должен, бл*дь, посадить тебя на цепь в подвале, чтобы ты ждал расправы от Тео. Я слышал, у него есть такие методы, что то, что мы делали, покажется тебе детской забавой. — Донателло улыбается. Как будто он… гордится?

Но у меня нет времени или сил, чтобы продолжать расшифровывать его мимику. Мне нужно выбраться отсюда. Я стягиваю остатки футболки на груди и сползаю с кровати. Только встав на ноги, я вижу на полу брошенный пистолет. Я поднимаю его. Мой разум проясняется, и я сосредотачиваюсь на одной вещи. На одном человеке. Я нацеливаю ствол на мудака, корчащегося на полу, пока он что-то отвечает Донателло по-итальянски.

— Я, бл*дь, сказала — нет! — шиплю я и нажимаю на курок. Три раза. Я наблюдаю, как его тело содрогается от каждого удара металла о плоть, а красный цвет окрашивает его белую рубашку. Однако я не опускаю оружие. Вместо этого я нацеливаю его на Донателло. Я не могу доверять никому в этом доме. — Где мой муж? — спрашиваю я.

Донателло опускает свой пистолет и убирает его за пояс. Затем он поднимает руки.

— Я не причиню тебе вреда, bella.

— Где Тео?

— Его здесь нет. Пойдем, я выведу тебя из этой комнаты. Я отведу тебя к Глории, она в конце коридора. Просто опусти его и иди за мной, — говорит он.

Я не двигаюсь. Я никуда с ним не пойду. Я понятия не имею, был ли он в курсе всего этого или нет.

— Позвони Тео. Сейчас же. Скажи ему, что он должен вернуться.

— Хорошо, я позвоню ему. — Я смотрю, как он достает из кармана телефон. Но прежде чем он успевает набрать номер, в комнату вбегают несколько мужчин с оружием на изготовку, каждый из стволов направлен в мою сторону. — Опустите свои гребаные пушки. Вы не тронете ни одного волоса на голове этой девочки. Она моя семья. — Они делают, что им говорят, опускают пистолеты, но никто из них не выходит из комнаты. Неужели они боятся того, что я могу сделать с их боссом?

Раздаются гудки, и Тео отвечает.

— Донателло?

— Мне нужно, чтобы ты вернулся домой, Ти. Ты должен бросить все свои дела и немедленно вернуться сюда!

— Почему? Что случилось?

— Где Нео? Дай ему трубку, — приказывает Донателло.

— Нет, бл*дь, скажи мне, что происходит. Или, да поможет мне Бог, я сделаю так, что ты пожалеешь о том дне, когда пригласил меня в свой гребаный дом.

— Это Холли. С ней все в порядке. Я добрался до комнаты раньше… Я успел вовремя. Но тебе нужно вернуться сюда сейчас же.

— Холли? — Тео начинает говорить по-итальянски. Он говорит слишком быстро, и я не понимаю, что он говорит. Но я знаю, что он напуган. Это слышно по тону его голоса.

— Tи? Я в порядке. Мне просто нужно, чтобы ты приехал и забрал меня сейчас, пожалуйста. — Я пытаюсь сохранить самообладание.

— Dolcezza, поговори со мной. Что случилось? Я уже еду, хорошо? Я буду очень скоро.

— Спасибо, — говорю я.

— Не вешай трубку, Холли. Что, бл*дь, происходит?

— Мне просто нужно… Мне нужно, чтобы ты… — Что мне нужно? Я даже не знаю. Мне нужен душ. Мне нужно смыть грязь этого человека с моего тела. И мне нужен мой муж.

— Я еду так быстро, как только могу, Dolcezza.

— Я прослежу, чтобы ворота были открыты. Мы в твоей комнате. — Донателло кладет трубку, убирая телефон обратно в карман.

И тут меня осеняет мысль. Я могу завести их прямо в чертову ловушку.

— Погоди, откуда мне знать, что ты не собираешься сделать что-нибудь с Ти, как только он войдет в эту дверь? — спрашиваю я Донателло, все еще нацеливая на него пистолет.

— Потому что я даю тебе слово. Никому из вас не причинят вреда в этом доме… больше.

— Ну, по понятным причинам твое слово сейчас ничего не значит. Я должна была быть здесь в безопасности, и посмотри, что произошло. — Я смотрю ему за спину, туда, где неподвижно лежит тело Сонни. Я даже не могу осознать, что он мертв… что он умер из-за меня.

— Я знаю, что у тебя нет причин мне верить, но я никогда бы не причинил тебе вреда, Холли. Я никогда не смогу причинить боль никому из вас. — Нам больше нечего сказать или сделать, кроме как ждать, когда Тео приедет.

Глава двадцать шестая

Тео

Я выпрыгиваю из машины еще до того, как она останавливается, взбегаю по лестнице и вхожу в парадный вход, а Нео сразу за мной, выкрикивая… что-то. Я не слышу, что бы это ни было. У меня на уме только одно: Холли. И да поможет Бог любому, кто встанет у меня на пути…