Лучше, чем навсегда (ЛП) - Брайар Селеста - Страница 37

— Сомневаюсь, что это произойдет.

Когда я не тянусь за лакрицей, она хватает конфету с моих колен и откусывает кончик.

— Никогда не знаешь. У меня есть опыт разбивания сердец и создания монстров.

Я вспоминаю длинный список бывших Лайлы и четырнадцать из них, которых ей пришлось заблокировать, потому что они устраивали лагерь на лужайке перед её общежитием.

— Ладно, может, ты и права, — соглашаюсь я.

Надув щеки, я мысленно вычеркиваю двух новичков из группы.

— Это Кит?

— Серьезно? — обиженно восклицает Лайла.

— Он в твоем вкусе.

— Он самый самовлюбленный парень, которого я когда-либо встречала. И это о многом говорит, учитывая, что я переспала со всем студенческим братством.

Боже, не думала, что я настолько плоха в догадках. Мой взгляд пробежал по Лайле, когда она потянулась за своей баночкой Доктора Пеппера. Не представляю, как этой девушке удается оставаться в такой форме с таким количеством сахара, который она потребляет.

Это не Гейдж, не Фостер и не Кит. Это не может быть Кейсен, потому что он помолвлен. А это значит…

Я вскакиваю на ноги с дивана и с визгом бросаюсь на Лайлу.

— Тебе нравится Бристол!

Я не уверена, задыхается ли Лайла от турбулентности, как в самолете, или от его имени, но струйки коричневой жидкости вырываются у нее из носа, и она сгибается пополам в приступе кашля.

Я указываю на нее, слегка пританцовывая.

— Это «да»! Я так и знала!

— Ты не знала, — насмехается она, вытирая рот.

— Боже мой, Ли. Вам двоим было бы так хорошо вместе. Не говоря уже о том, что у вас получились бы безумно симпатичные дети.

— Не-а. Никаких разговоров о детях не будет. Я даже не знаю, нравлюсь ли я ему.

— Было бы глупо, если бы ты ему не нравилась, — говорю я ей.

Она поджимает губы цвета сангрии, переключая нашу программу реалити-шоу на YouTube.

— Спасибо, Айри-Бейри, но я бы предпочла сосредоточиться на твоем аппетитном парне, а не на моей печальной ситуации.

Именно так. Интервью Хейза состоится сегодня. Я сказала ему, что буду смотреть его в прямом эфире. Нас уже много раз фотографировали вместе, но это первый раз, когда Хейз рассказывает о наших отношениях прессе.

Я опускаюсь на задницу.

— Хорошо, но мы к этому еще вернемся.

Хейз сидит в просторном кабинете напротив двух ведущих интервью, перед ним установлен микрофон, а позади него красуется неоновая вывеска «Рыцари звуковой будки». По словам Лайлы, это самый крупный подкаст на платформе.

— Спасибо, что присоединились к нам сегодня, Хейз, — говорит ведущий в очках с квадратной оправой. Его зовут Дикон, судя по бейджику на рубашке.

— Спасибо, что пригласили меня.

Он выглядит намного лучше. Прошла неделя. Рана на губе затянулась, а синяки на лице пожелтели.

— Вы попали в довольно затруднительное положение в прошлой игре. Не хотите прокомментировать?

— Квентин Кадье нес всякую чушь, и я поставил его на место, — спокойно отвечает он, хотя в его словах слышится раздражение, а в его глазах есть что-то хищное, от чего у меня кровь стынет в жилах.

— И что же он такого сказал, что разозлило печально известного вспыльчивого Жнеца? — спрашивает другой ведущий, вскинув одну бровь. Его зовут Оливер.

— Скажем так, он оскорбил того, кто мне очень дорог.

— Угу. И этот «кто-то», случайно, не ваша новая девушка?

Хейз сверкнул ухмылкой, прежде чем ответить:

— Айрис Релера — моя лучшая половина.

Моя лучшая половина.

Мой пульс участился, а в животе запорхал калейдоскоп бабочек.

Лайла вскакивает с дивана, и от ее пронзительного визга у меня зазвенели барабанные перепонки. Кранч вскакивает со своего места на кошачьей башне и бежит в мою спальню.

— Боже мой! Айрис, ты это слышала? Посмотри, какой у него довольный вид!

Я правильно расслышала?

— И что же такого особенного в этой девушке?

Хейз проводит рукой по волосам.

— Все. В мире не хватит слов, чтобы описать, насколько она невероятна. Я почти уверен, что смеялся с ней больше, чем за все предыдущие годы. В ней есть та мягкость, на которую, я не думаю, способны многие люди, но она в равной степени такая же сильная.

Да, я определенно все правильно расслышала. Мне кажется, что я могу заплакать. Возможно, если он и дальше будет говорить обо мне в таком тоне. Нет, Айрис. Возьми себя в руки.

Оливер кладет скрещенные руки на стол.

— А как вы познакомились?

— Мы познакомились в баре. Однажды вечером она пила в одиночестве и привлекла мое внимание с другого конца зала. Я спросил, могу ли я присоединиться к ней, и мне повезло, что она не выплеснула свой напиток мне в лицо.

Взрыв смеха наполняет студию.

— Ты хочешь сказать, что у такого красавчика, как ты, проблемы с поисками девушек?

Хейз сморщился, но вполне добродушно.

— О, определенно. Это может быть пугающе — быть первым, кто делает шаг. Никогда не знаешь, как человек отреагирует. До Айрис я никогда не нервничал при общении с женщинами, но и по сей день, когда я рядом с ней, у меня появляются бабочки.

Подкаст продолжается еще немного, Дикон и Оливер расспрашивают его обо всем, начиная с тренировок и заканчивая его запретными удовольствиями, но я все еще зацикливаюсь на каждом слове, которое он сказал обо мне.

Мне нужно увидеться с Хейзом. Сейчас.

ГЛАВА 29

Кто сказал, что мечты не сбываются?

Хейз

Интервью прошло гораздо лучше, чем ожидалось. Я не чувствовал необходимости кого-либо душить, так что это уже хорошо. Я планировал пригласить ребят выпить, но с удивлением обнаружил, что Айрис ждет меня в спальне.

Я вешаю куртку на дверь.

— Эй, что ты здесь делаешь?

Айрис сложила руки на коленях.

— Я посмотрела твое интервью.

— Посмотрела?

— Да.

Она подходит ко мне и слегка касается моей руки. По моей обнаженной плоти пробегают мурашки, призывая ее тело слиться с моим — до такой степени, что мы не сможем определить, где кончается один из нас и начинается другой.

— Это было прекрасно, Хейз, — говорит она.

Не знаю, осознает ли она это, но сейчас она смотрит на меня неотразимыми глазами.

— Я просто хотел, чтобы все было идеально, — поддразниваю я, мое сердце стучит так же громко, как взорвавшаяся мина.

Не говоря больше ни слова, она набрасывается на меня с сокрушительным поцелуем, впиваясь зубами в мою нижнюю губу. Она вытягивает из меня дыхание, и когда я снова набираю воздух, вожделение переполняет меня, как мука в мерном стакане.

Я не видел ее неделю, но мне показалось, что прошла целая жизнь. Вы были бы удивлены, сколько сексуальной неудовлетворенности может накопиться всего за семь дней.

Я не теряю времени даром, разрывая полоску посередине ее рубашки с такой силой, что это заставляет ее шикарную грудь покачиваться. Я хочу собрать румянец с ее щек и пометить им каждый изгиб ее тела; хочу заставить ее увидеть каждый из возможных цветов блаженства, когда она будет кончать.

Мои губы касаются ее шеи, потом ключицы, затем я захватываю между зубами верхнюю часть ее груди. Пурпурная капля расцветает на ее плоти, и я смягчаю укус нежным облизыванием.

Она трется об меня передней частью своего тела, стремясь создать трение. Айрис наклоняется так, чтобы мне было удобно вжиматься в ее бедра, и то, как она двигает бедрами по моему члену, заставляет мои яйца напрячься.

Я быстро раздеваюсь сам, но не тороплюсь помочь ей снять штаны. Приспускаю с одной ноги, затем снимаю с другой. На ней простое хлопчатобумажное белье, которое уже блестит от ее возбуждения, и когда я снимаю его, меня встречает блестящий вид ее розовой киски.

Мой член почти болезненно напрягается, и как бы сильно мне ни хотелось погладить его, я держу руки на изгибе талии Айрис.

— Айрис, после того как мы закончим, ты не вспомнишь, как ощущала в себе других мужчин, — говорю я.

Мое обещание, похоже, раззадоривает ее, и она прижимается грудью к моей груди, ее красивые соски умоляют меня взять их в рот, словно я пирую в своем личном раю.