Принцесса Торн - Шэн Л. Дж. - Страница 15

– Не знаю его финансового положения, и, честно говоря, мне без разницы, – сказала я, поддерживая разговор, несмотря на металлический привкус во рту. – Мы не настолько близки. И не обсуждаем наши финансы.

– Эй! Йу-ху! Чувак-телохранитель! – НеНе наклонилась над соломенным стулом, неистово махая ему. На ней было крошечное, невероятно цветастое платье, и она улыбалась ярко-розовыми губами. – У тебя есть имя, или как?

Рэнсом полностью проигнорировал ее. Он просто продолжал работать на своем ноутбуке, не обращая внимания на наш столик. Идиот.

– Он что, глухой? – НеНе повернулась ко мне, скривив рот.

– Он не может быть глухим, глупенькая. – Тара закатила глаза. – Как бы он понял, если бы кто-то напал на нее? Он просто выдрессирован. Как… ну, знаешь, сторожевые псы.

Я закрыла глаза, опустив лицо в ладони.

Владелица пекарни, бывшая звезда реалити-шоу, дошедшая до полуфинала, вышла в зал, стаскивая фартук.

– Может, вы не будете так сильно интересоваться красавчиком за пятым столиком и больше внимания уделите моей выпечке? – Она указала на все еще не тронутую аппетитную корзинку, которую поставила перед нами. – За что я вообще вам плачу?

– Вопрос гребаного тысячелетия, – пробормотал Рэнсом себе под нос, продолжая печатать.

– Мне нравится этот парень. – Тара усмехнулась, ткнув пальцем в его сторону. – Он дерзкий. У тебя есть кто-нибудь?

– Неважно, – ответил Рэнсом, не отрывая взгляда от экрана. – У меня есть стандарты.

– Как грубо. – Тара сморщила нос.

– Честно, – возразил он.

– Как ты вообще можешь позволять ему так с нами разговаривать? – выпалила НеНе в мою сторону, обидевшись за Тару.

– Технически вас полностью игнорировали, пока вы не стали мне мешать, так что вы не в том положении, чтобы жаловаться. – Рэнсом захлопнул ноутбук, встал и повернулся ко мне. От его взгляда у меня по спине пробежал холодок. – Спектакль окончен. Собирайся.

Гнев закипал в крови. Рэнсом не мог указывать, как распоряжаться моим временем. Он мой телохранитель, а не нянька. К тому же, как я уже сказала… я работала.

– Прости, ты хочешь, чтобы я ушла, потому что..? – Я скрестила руки на груди, откинувшись на стуле.

– Ты здесь уже больше часа, а значит, выполнила свой профессиональный долг, и люди, вероятно, уже знают о твоем местонахождении.

Его объяснение имело смысл. К несчастью для нас обоих, разум в данный момент подчинился потребности бунтовать против этого парня. Что я могу сказать? Женщины в шестидесятые годы заявляли о своих правах не для того, чтобы я выполняла приказы какого-то придурка с раздутым самомнением.

– Не-а. Думаю, я останусь здесь.

– Как показывает история, твое мышление никогда не приводило ни к чему хорошему, – цокнул Рэнсом. Он достал из кармана телефон и начал что-то печатать. Я напряглась. За неполные сутки он успел испортить мне жизнь, и непохоже, что у него иссякли идеи.

Несмотря на все старания выглядеть перед своими так называемыми друзьями непринужденно, я сдалась.

– Что ты делаешь? – наконец поинтересовалась я.

– Отменяю все твои профессиональные обязательства на неделю. Я получил доступ к твоему Google-календарю вчера, пока ты была занята тем, что кричала в подушку. – Он не поднимал глаз от экрана.

Тара зажала себе рот. НеНе округлила глаза, притворившись, что ее тошнит.

– Ты не можешь этого сделать. – Я вскочила на ноги, сжав кулаки.

– Уже сделал. – Рэнсом убрал телефон в передний карман. – Дамы. – Он кивнул им. – Не могу сказать, что рад знакомству, скорее это был полный кошмар.

Тара и НеНе не издали ни звука. Не могла припомнить ни одного случая, когда они сталкивались с кем-то настолько грубым и не впечатленным самим фактом их существования.

Вместо того чтобы стоять и уговаривать меня по-ехать с ним, Рэнсом направился к моему «Ниссан ЛИФ». И тогда я вспомнила, что у него есть ключи от моей машины – он настоял на том, чтобы вести самому, потому что, цитирую: «Я не доверю тебе и ватную палочку, что уж говорить об автомобиле».

Рэнсом оставил меня здесь на произвол судьбы. После того как заморозил кредитки и отправил Денниса в оплачиваемый отпуск.

Оглядевшись, я увидела, что Тара и Нектарина смотрят на меня со смесью шока и ужаса.

– Я… мне пора. – Я последовала за Рэнсомом, который уже завернул за угол улицы и направился на парковку. Коснулась его плеча, чтобы попытаться замедлить, но он не сбавлял темп.

– В чем твоя проблема? – прорычала я.

Он ответил с каменным выражением лица и напряженной линией челюсти:

– Некоторые проблемы с комплексом брошенного ребенка, щепотка с управлением гневом и врожденная нетерпеливость. Все диагностировал самостоятельно. Твоя очередь.

– Моя проблема – это ты! – Я задыхалась, пытаясь поспевать за ним.

– Какая жалость. – Его тон окрасился легким весельем. – Ведь твое мнение так много для меня значит.

– Ты правда отменил все мои договоренности на неделю? – требовательно спросила я.

– Да. – Рэнсом открыл мой черный «Ниссан» и сел на водительское сиденье. – Ты задержалась в кафе, нарушив договорные обязательства, хотя не прошло и двух часов с момента их подписания. Если не умеешь играть по правилам, тогда и вовсе не будешь вступать в игру.

Он завел двигатель, прежде чем я успела сесть. Мне пришлось быстро прыгнуть внутрь, опасаясь, что Рэнсом оставит меня там.

Черт. Если бы я только прочитала проклятый контракт, то знала бы, о чем он говорит. На что еще я подписалась?

– Ты садист, – заметила я.

Рэнсом выехал с парковки и рванул с места, как профессиональный гонщик.

– Благодарю.

– Это не комплимент.

– Комплимент. Особенно от человека со способностью изъясняться на уровне детского сада. Отличная у тебя работа. И подруги классные.

НеНе и Тара мне не подруги, но я не хотела отстраняться от них лишь потому, что этот человек оказался самым снисходительным существом на планете.

– Мои подруги не идиотки. Они просто… – Я попыталась придумать лестный способ описать Тару и Нектарину.

– Безмозглые? – бесполезно предположил Рэнсом.

– Отстраненные.

– От чего? От библиотеки? – выплюнул он. – Твои подруги – отражение тебя. И сейчас оно выглядит чертовски поверхностным, Соплячка. У тебя слишком заниженная планка.

– Мы ведем совместный бизнес, что не делает нас родственными душами, – коротко пояснила я.

– Эти девчонки не смогут выговорить слово «бизнес», даже если объединят мозги. – Рэнсом пробирался сквозь плотное движение Лос-Анджелеса. На улице стояла такая жара, что пальмы выглядели так, словно пытались сгорбиться, дабы избежать солнца.

– Никогда не встречала более осуждающего человека, чем ты! – Я вскинула руки.

– Попробуй выехать за пределы Лос-Анджелеса. В мире полно людей, которые действительно ценят суть.

Нет смысла спорить с этим парнем. Остаток пути мы провели в напряженном молчании. Мне было страшно представить, что сейчас говорят Тара и НеНе за моей спиной. Сцена с Рэнсомом была просто унизительной. Я не могла позволить себе пререкаться с ним на людях. Он способен разрушить то небольшое уважение, которое я завоевала в Голливуде.

Но и уступать его тираническим замашкам нельзя. Мне нужно избавиться от него, причем быстро.

Когда мы вернулись домой, Рэнсом сообщил, что отправляется по делам. Он сделал это в своей фирменной, несносной манере. Распахнул дверь моей спальни без стука и бросил на меня взгляд «не-потрачу-на-тебя-последнюю-спичку».

Несмотря на его грубость, я испытала восторг. Наконец-то у меня будет время побыть одной, чтобы запустить план «избавиться-от-Рэнсома».

– Постараюсь не скучать по тебе слишком сильно. – Я вскочила с кровати, собираясь захлопнуть дверь у него перед носом. Я разговаривала по телефону, обзванивая людей, с которыми он отменил встречи: промоутеров, пиар-менеджеров и даже Келлера, – извиняясь за то, что отказала им в последнюю минуту.