Принцесса Торн - Шэн Л. Дж. - Страница 6

– Запрягаем телегу впереди лошади, да? – Я расстегнул запонки, закатав рукава до локтей. – Мы еще не получили работу, не говоря уже о связях.

– Торн нацелился на нас. Если конкретно, то на тебя. Рэнсома Локвуда. Робота, у которого нет ни сердца, ни чувств, ни обязательств. Ему известно, что ты имел дело с каким-то сверхсекретным дерьмом. Знает, что ты несколько раз спасал принца Пьера от смерти. Твой послужной список безупречен, и у тебя не возникнет соблазна трахнуть его дочь.

– Вот уж точно.

Обычный секс вызывал у меня скуку и раздражение, а большинство женщин были… ну, обычными. Я предпочитал грубый и нетрадиционный трах с теми, кто был готов подписать длинный контракт с правилами. Мне больше по вкусу темная сторона. В частности, принудительное доминирование по обоюдному согласию. Иными словами, фантазии об изнасиловании.

Моим сексуальным партнершам нравилось, когда их брали силой, а мне нравилось принуждать. Этот вид игры – первобытный – связан с проявлением власти. Для полной ясности, я не хотел никого насиловать. Мне по душе острые ощущения от погони, предвкушение, которое сопровождалось опасностью от расширения границ и барьеров. Все мои любовницы были умными и влиятельными женщинами, которые давали согласие, разделяя мои сексуальные пристрастия.

Мне нравились искушенные. Остроумные женщины, которые, подобно мне, мечтали поиграть со своими демонами.

Ни одна частичка меня не жаждала засунуть член в ванильную, выискивающую внимания девочку-подростка.

– Торн поможет нам добиться успеха. – Том сжал губы в тонкую линию.

– Нет, – категорично отрезал я.

– У тебя нет выбора! – Он хлопнул раскрытой ладонью по столу.

– Вот так новость. – Я изогнул бровь. – Наблюдай, как я завершу нашу беседу прямо сейчас.

Я взял телефон со стола и неторопливо направился к двери. Том схватил меня за руку.

– Рэн, пожалуйста.

Повернувшись к нему, я протянул:

– Сказал же, больше никаких подростков. Последняя пыталась привязать меня к кровати посреди ночи и изнасиловать.

Мне тогда пришлось сломать изголовье, чтобы ослабить кожаные ремни, которыми она воспользовалась. Единственная причина, по которой я не выдвинул обвинения, заключалась в том, что ее отец занимает третье место среди самых богатых людей планеты и мне хорошо заплатили за молчание.

Том нервно рассмеялся.

– Внешность красавчика подразумевает профессиональный риск, с которым я бы не отказался иметь дело.

– Ты забыл, что случилось в прошлый раз, когда я был в Лос-Анджелесе?

Я стиснул зубы так, что едва не сточил их в пыль. Том не ведал всей истории, но знал достаточно, чтобы догадаться: это место не входит в список городов, куда я мечтал вернуться.

– Там произошло немало дерьма. – Том прочистил горло. – Но минуло много лет. Ты не можешь избегать этот город вечно.

Конечно могу. Лос-Анджелесу нечего мне предложить, кроме загрязненной окружающей среды, плохих голливудских фильмов и завышенных цен на изысканную еду.

– Ты сам этим займешься. – Я ткнул пальцем в грудь Тома.

– Я бы согласился. Без раздумий. Но на следующей неделе приступаю к работе с мэром Фернс.

Том получил местную должность у мэра Чикаго.

– Если только не желаешь поменяться? Я поеду в Лос-Анджелес. Соберу Лизу и детей и поселюсь в огромном особняке.

На миг я задумался. У мэра Фернс достаточно врагов, чтобы заполнить стадион Риглифилд, но меня волновало не это.

Меня заботил тот факт, что не прошло и двух месяцев, как я – одновременно – трахнул обеих ее дочерей. В свою защиту – не то чтобы она мне требовалась – поясню, что был не в курсе их родственной связи, когда одна из них сосала мои яйца, а другая, перегнувшись через барную стойку, позволяла засовывать в себя пальцы.

Мы расстались по-хорошему, но я знал, что лучше не испытывать судьбу. Вновь оказаться в ситуации с ними обеими – значит не просто напроситься на неприятности, а умолять о них.

По крайней мере, отсутствовал риск, что я стану резвиться с девчонкой Торна.

Я не трахался с подопечными. Таково правило.

К тому же она не в моем вкусе.

Кроме всего прочего, ей… сколько? Семнадцать?

Вдобавок Том прав. Я предоставил Лос-Анджелесу власть над собой, которую тот не заслуживал. Это просто город. Уродливый, грязный, дорогой, но все же город.

Я не жаждал работать на красноволосую вертихвостку, не желал переезжать в Лос-Анджелес и не хотел разговаривать с людьми без крайней необходимости.

Но я еще никогда не встречал непосильного вызова, и этот ребенок не доставит мне неприятностей.

Том моргнул, ожидая ответа.

– С чем мы имеем дело? – Я прислонился плечом к стене.

Он облегченно выдохнул и отпустил мою руку.

– Работа с минимальным уровнем риска. Девушка очень активна в социальных сетях. Часто информирует людей о своем местонахождении. Но, в конце концов, она просто чья-то дочь. Не обладает таким уж значимым влиянием без своего отца. Основные опасения Торна в отношении ее безопасности – нападения и ограбления. Девчонка кажется особенно легкой мишенью после того, как ее, настолько пьяную и сбитую с толку, облапал придурок из реалити-шоу.

Я вздохнул, прижав пальцы к уголкам глаз. Лучше бы ей не привязывать меня к кровати кожаными ремнями.

– Если соглашусь, хочу иметь возможность связываться с Торном напрямую.

– Он уже согласился на это, – произнес Том, удивив меня.

Вот черт.

Энтони Торн действительно недоволен своим легкомысленным отпрыском.

– И когда завершу задание, этот парень МакАфи проведет с нами встречу по поводу запуска киберподразделения. Он должен будет взять на себя некоторые обязательства.

– Опередил тебя, Рэн. Я уже сказал ему. – Том с энтузиазмом кивнул.

– И это последний раз, когда я буду нянчиться с клиентом, – прошипел я.

– Клятва на мизинчиках. – Том протянул мне мизинец. Я перехватил его и согнул, чуть не сломав, когда притянул к себе. Грудь коллеги ударилась о мою.

– Последний. Чертов. Раз. – Я наблюдал, как он корчится от боли.

– Ай.

Я отпустил палец. Затем, задев его плечом, вышел из кабинета.

– Куда ты идешь? – крикнул Том мне вслед.

– Воткнуть нож себе в шею.

Глава 2

Рэнсом

Я не стал вонзать нож себе в шею.

Что весьма печально, как я понял спустя двадцать четыре часа после разговора с Томом, пробираясь по переполненному и грязному аэропорту Лос-Анджелеса.

В последний раз я был здесь несколько лет назад в качестве агента контрразведки, и тогда пролилось много крови. И я имею в виду уровень «Игры в кальмара». В этом заключалась одна из причин моего увольнения. Мне стало ясно, что если не уйду, то рискую потерять ту малую крупицу человечности, что еще осталась.

На самом деле мне плевать на гуманность. Главным стимулом было не сорваться и не превратиться в бесчинствующего убийцу с мачете.

Тюремная жизнь не казалась вдохновляющей, да и питание, как я слышал, оставляло желать лучшего.

Помогло и то, что зарплата в частной практике в два раза превышала доход агента разведки. И не сопровождалась выносом мозга.

Кстати, об отсутствии мозга: мне нужно добраться до дома этой Хэлли, пока она не решила задокументировать свой поход к гинекологу в «ТикТок». Поскольку у соплячки не менее четырех машин в шестиместном гараже ее особняка на Голливудских холмах, да еще и личный водитель, я, последовав совету МакАфи, взял такси.

Разместив спортивную сумку на коленях, я глядел в окно, в очередной раз поражаясь, насколько потрясающе уродлив Лос-Анджелес. Ветхие здания, грязные забегаловки, замусоренные тротуары, мосты с граффити, а тележек на улицах больше, чем в «Костко»[9].

Ко всему прочему, воздух настолько загрязнен, что жизнь в этой дыре равносильна выкуриванию двух пачек сигарет в день. Нужно быть очень глупым, чтобы добровольно переехать сюда.