"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович - Страница 685

— А как мой царь вы узнаете, что вас не обманули? — удивлённо спросил меня, стоящий рядом Ментуиуи.

— Это просто, — я широко улыбнулся, — если я посчитаю, что его количества будет недостаточно, то сам подсчитаю все имеющиеся ценности в городе.

— А-а-а, — на лице главы моей небольшой армии расцвела широкая улыбка, — то есть перероем все склады, взломаем все дома до последнего и сожжём всё до чего дотянемся?

— Ловишь на лету Ментуиуи, — с улыбкой ответил я, вызвав тем самым дрожь у сидящих на земле нубийцев.

— А что нам делать с наместниками, переписчиками и сборщиками налогов, которые вернутся после твоего ухода Твоё величество? — решил уточнить главный.

— Спросите, а есть ли у них мандат, чтобы представлять царя, — немного подумав, придумал я, — нет мандата, значит до свиданья.

— Мой царь, — ко мне обратился второй нубиец, — а что это такое мандат? Мы никогда о такой вещи не слышали.

— А вам и не нужно об этом знать, главное, что и сборщики налогов тоже не знают, что это такое, — улыбнулся я.

Лица нубийцев просветлели, они переглянулись.

— А если они вернутся с армией, мой царь?

— Подержите её в поле, как меня сегодня. Пусть немного позагорают на солнышке, а гонцов о том, что у вас появились гости, сразу ко мне, — я пожал плечами, — я люблю знаете прогулки на свежем воздухе, за которые вы мне ещё потом и заплатите. Вот ты, например, Ментуиуи, любишь прогулки за золотом?

С этими словами я повернулся я к своему военачальнику. Он не колебался ни секунды.

— Я обожаю всё, что нравится моему царю.

— Вот! Учитесь, — я показал нубийцам на него рукой.

Они поняли мои недоговорки и то, что я не говорил прямо, а предлагал я им оставить всё как есть сейчас, кроме одного момента. Они по-прежнему будут сами по себе, только будут платить мне тогда, когда я буду защищать их от нападения войск царя Хатшепсут. Такой себе рэкет — уровня царь.

— Мы согласны, — быстро ответил главный.

— Тогда даю вам весь сегодняшний день, чтобы подготовить город к приёму своего истинного царя, — распорядился я, — со мной войдёт только часть войска, чтобы обеспечить мою безопасность. Вся остальная встанет перед городом. Думаю не нужно намекать, что её нужно будет накормить и напоить?

— Конечно нет, мой царь, — мгновенно ответил он.

— Тогда завтра утром, здесь же, я хочу видеть как город Шеллал показывает, как он любит своего царя, — закончил я речь и махнув рукой свернул спектакль, уходя с воинами к колесницам.

Нубийцы поднялись с земли, поспешив в город с хорошими новостями, а идущий рядом со мной Ментуиуи, всё время улыбался.

— Что? — я не смог это долго терпеть, спросив его о причине хорошего настроения.

— Представляю рожу некоторых лизоблюдов, когда объявят о том, что мой царь усмирил восстание, вот только города принесли личную присягу царю Менхеперре, — ответил он, ещё шире улыбнувшись, — и что с этим будет делать царь Хатшепсут?

— Понятия не имею, — хмыкнул я, — но мне не сильно хочется сейчас воевать с городами, терять людей, чтобы затем всеми нашими успехами воспользовалась Хатшепсут. Поэтому пусть лучше всё остаётся в подвисшем состоянии, но я при этом получу средства на содержание армии, не всё же свои тратить.

Военачальники рассмеялись и в таком бодром настроении мы прибыли в лагерь. Они пошли рассказывать своим близким о наших договорённостях, а я только Меримаату и Бенермеруту. У парня от удивления открылся рот, а более опытный Бенермерут расстроенно покачал головой.

— Непростое решение мой царь и думаю нас ждут неприятности из-за него. Жрецы и чиновники царя Хатшепсут, не оставят это без внимания. В Нижней Нубии каменоломни аметиста, а также многочисленные золотые рудники. Никто в здравом уме не выпустит это богатство из рук.

— Но ты хотя бы согласен со мной, что приводить их к полной покорности сейчас, просто бессмысленно? Этим я только укреплю власть Хатшепсут, — решил я уточнить у него.

— Да мой царь, — низко склонился он, — пролилось бы много крови, как их, так и нашей, а результатами твоей победы воспользовались бы другие. Впрочем, в этом ведь и была их задумка, посылая тебя сюда.

— Я тоже так думаю, — согласился я с ним, — в отправке меня со сбежавшей частью войска в Нубию куча плюсов, думали они. Многие умрут, я ослабею из-за этого, ну и потом не смогу препятствовать их беспределу.

— Всё так, мой царь, — вздохнул Бенермерут, — но всё равно мне не по себе оттого, что предпримут они в ответ.

— Пока наше дело усмирить остальные города, — напомнил я ему, — поэтому будем есть слона по кусочку: завтра праздник, думаю задержимся в городе на три дня, чтобы отпраздновать победу и наградить тех, кто достоин, затем набрать пополнение и двинуться дальше.

Оба согласились, что действительно нам остаётся только ждать.

Глава 28

Утром громко зазвучали горны и я вышел из шатра посмотреть в чём причина сигнала общего сбора. Огромная толпа людей вливалась в лагерь, неся огромный паланкин на плечах сразу у двадцати человек. Рядом с ними шли более сотни музыкантов, которые играли на флейтах, полуарфах, а также лютнях, медных тарелках, а некоторые женщины задавали общий ритм игры хлопками рук. В общем процессия была весьма представительной и впечатляющей.

— Эх, жаль нет царских регалий, — вздохнул я, смотря на толпу мужчин и женщин нарядно одетых и приветствующих своего царя, то есть меня.

— Это не совсем так, мой царь, — хитро улыбнулся Бенермерут подходя ко мне с небольшой шкатулкой, — визирь, когда узнал о том, что Твоему величеству пришлось продать всё, чтобы обеспечить едой людей, просил меня передать тебе новые регалии, которые он попросил сделать для тебя.

— Чего же ты не отдал мне их раньше? Когда мы отправились в поход? — удивился я.

— Отец волновался, что этот комплект постигнет судьба первого, — помог с ответом воспитателю Меримаат и я хмыкнув, подставил себя под их заботливые руки. Сначала на шею мне надели золотой воротник — усех, затем на голову полосатый — немес и поверх него закрепили обруч — урей. Париком, в отличие от остальных египтян, кроме разумеется рабов и жрецов, я не пользовался, так что мой образ дополнила удлинённая бородка из шерсти, туго сплетённая в клин — постишь, а также золотой пояс поверх набедренной повязки — схенти. Так, готовый принимать почести, я вышел из шатра, где меня уже все ждали. Нубийцы сразу массово опустились на колени, кланяясь мне.

— Встаньте мой народ, — с улыбкой обратился я к ним, — ваш царь снова с вами.

Вперёд вышли те, с кем я разговаривал вчера и снова встав на колени, принесли мне клятву верности, тоже повторили все, кто прибыл за мной в лагерь.

— Ментуиуи, — тихо обратился я к военачальнику, когда передо мной поставили паланкин, — в город войдёт только первая когорта и выбранные тобой отличившиеся в бою люди, в честь своих заслуг. Только предупреди всех о том, что если по их причине слетит хоть волос с головы нубийцев, пока я в городе, то вне зависимости от звания и сословия я повешу его на городских воротах. Доведи до всех, серьёзность моих слов.

— Слушаюсь мой царь, — кивнул он, поскольку оставался в лагере следить за порядком, а со мной отправились все остальные, кому повезло больше.

Сев в паланкин, я быстро вознёсся над остальной толпой и процессия пошла к городу. Снова зазвучала музыка, красивые темнокожие девушки танцевали, в общем старейшины и правда постарались организовать для меня праздник. Вскоре мы вошли в город, где нас ждали остальные жители, которые вначале немного волновались когда перед пятистами воинами открылись ворота, но затем видя, что они просто следуют за мной, успокоились и веселье продолжилось с новой силой. Когда меня донесли до дворца наместника, старейшины предложили мне распределить на три дня принесение присяги жителями, поскольку людей в городе было почти пятьдесят тысяч и моё требование, чтобы это сделали все, было слегка проблематичным. Я тогда предложил собирать на главной площади людей столько, сколько там поместится и все произнесут клятву мне разом. Это было принято с энтузиазмом, так что меня с охраной повели в большой зал, где были только избранные влиятельные жители города, а также очень много вина и еды.