"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович - Страница 887

— Как это? — он сам понизил голос.

— Мне сказали, он приказал вкопать в землю деревянные колья, — развёл руками вождь, — и всех от младенцев до стариков насадили на них сверху грудью, оставив так умирать. Воин сказал, что когда они уходили от этого города, крики боли тысяч людей разносились на километры вокруг, пугая даже собственных солдат этим зрелищем. После этого, все остальные непокорные города прислали послов с согласием присягнуть царю Египта.

Хоремхеб покачал головой, только пять минут назад он сомневался в том, что ему говорили про молодого царя, но новые слухи были ещё страшнее тех, что были раньше.

— Позови остальных вождей, нам нужно встретить царя Менхеперра, — помотав головой Хоремхеб постарался отогнать от себя мрачные мысли, — он всё ещё мой царь, кем бы он там ни стал в походе.

Вождь хабиру усмехнулся и кивнул, отъезжая дальше. Ему лично этот царь нравился безмерно: всегда держит слово, хорошо платит, а большего для хабиру и не требовалось.

— Хоремхеб, рад тебя видеть, — я спустился с колесницы, приветствуя старого воина, который встречал меня на коленях, как и всё оставшееся у него войско, вместе с хабиру. Окинув взглядом эти остатки, я понял, почему он тут так сильно завяз, от былых пяти тысяч хорошо, если осталось две. Противостоять большому количеству кочевников, которых мы только что разбили, он, разумеется, не мог.

— Мой царь, это чувство взаимно, — как-то не особо весело он улыбнулся мне, вставая по моему жесту, — боюсь только я не выполнил приказ Его величества и подвёл его.

Я был с ним согласен, но унижать командира в присутствии всего войска и главное его боевых товарищей было очень глупо, потому я отмахнулся.

— Прекрати, я вижу, сколько осталось людей у тебя и сколько было у кочевников, — я снял с себя серебряный браслет и вручил его ему, — ты молодец, что смог хотя бы устоять с нынешними силами.

— Это только благодаря помощи хабиру, которых прислал мой царь, — он недоумённо принял от меня награду, хотя было видно, что ожидал от меня разноса или наказания.

— Идём, мой шатёр поставили первым, — пригласил его я к колесницам, с которыми я прибыл, — хочу услышать от тебя рассказ из первых рук.

Он поднялся на ноги, отдал пару приказов своим командирам и только после этого пошёл за мной, встав на одну из колесниц. Мы довольно быстро доехали до строящегося лагеря, в котором единственным установленным пока строением по центру был мой шатёр. И то, внутри ещё не всё было готово, но я движением руки выгнал всех легионеров, занимающихся расстиланием циновок и установкой мебели, оставив только близкий круг военачальников. Вежливая улыбка мгновенно слетела с моих губ и я сев на кресло, сказал холодным голосом, обращаясь к нему.

— Где второй глава и как так получилось, что у тебя не осталось войска? Я требую объяснений!

Военачальники, которые до этого стояли расслабленные по изменившейся интонации голоса тут же подобрались, замолчав, а сам Хоремхеб, опустился на колени. Он понял, что я специально не стал задавать эти вопросы в присутствии всех.

— Мой царь, — побледнел он, — я не пытаюсь обелить себя, но второй глава, как я и говорил Его величеству ещё тогда, когда принимал командование — был глуп и самонадеян. Ещё тогда, когда набатеи не собрались вместе, он, не уведомив меня, предпринял попытку напасть на них, выведя всё войско в атаку, но колесницы кочевников на открытой местности быстро показали кто сильнее. Я с огромным трудом смог спасти хотя бы эти остатки.

Я погладил подбородок.

— Мы проведём расследование и опросим твоих воинов, — смягчил я голос, — пока же ты побудешь гостем в моём лагере. Остановишься у своих друзей, только не выходи из шатра.

— Слушаюсь мой царь, — склонил он голову.

— Поднимись, если всё будет так, как ты рассказал, то тебя ждёт награда, — приказал я и военачальник поднялся, внимательно смотря на меня, — перенесём нашу встречу на более позднее время.

Он поклонился и вместе со всеми военачальниками вышел наружу.

— Я понял мой царь, — без лишних слов сказал Хопи, когда тканевой полог перестал трепыхаться.

— Поторопись, нужно прямо сегодня опросить сначала командиров, потом спускаясь всё ниже, выборочно не только солдат, но и рабочих.

— Всё сделаю мой царь, — поклонился примипил и пошёл собирать своих легионеров.

Расследование не продлилось долго, поскольку все как один говорили одно и то же, так что уже вечером следующего дня Хоремхеб снова предстал передо мной.

— Люди подтвердили твою правоту, все подозрения с тебя сняты Хоремхеб, — объявил я своё решение, — ты можешь вернуться к занимаемой тобой должности с осознанием правильности своего поступка и того, что царь это оценил.

Военачальник низко мне поклонился.

— Ты слишком спокоен для человека, которого обвиняли в плохом командовании, — заметил я.

Взрослый мужчина развёл руками.

— Мой царь, справедливость Его величества всем общеизвестна. Зачем я буду волноваться за то, чего не совершал, если я уверен в том, что Его величество во всём разберётся, прежде чем принять своё решение.

Я хмыкнул.

— Тебя могли оговорить, в конце концом я мог принять решение исходя из личных чувств к тебе. Ведь не буду скрывать, до сегодняшнего дня я был тобой недоволен, когда думал, что ты специально затягиваешь выполнение моего приказа по добыче меди.

Хоремхеб мне низко поклонился.

— Пока не было случаев, когда Его величество принимал решения, не основанные на справедливости.

— Что же будем надеяться, что так будет и дальше, — вздохнул я, поднимаясь с кресла, — завтра будет ужин в честь нашего прибытия и победы, ты и те достойные командиры, которых ты выберешь сам в числе приглашённых на него.

— Благодарю Его величество за такую честь, — склонил он голову.

— Завтра же утром покажешь мне своё хозяйство, а также место, где идёт добыча меди. На этом всё, ты свободен.

— Благодарю Его величество, я буду готов, — с низким поклоном он в сопровождении своих друзей покинули мой шатёр.

Когда Хоремхеб вышел из шатра царя и прошёл дальше, чтобы его слова не слышали легионеры личной гвардии царя, он задумчиво сказал, обращаясь к другим всадникам.

— Царь сильно изменился за то время, пока я его не видел.

Ментуиуи став серьёзным, покачал головой.

— Ты даже не представляешь себе насколько Хоремхеб, но об этом не стоит говорить здесь и сейчас.

Военачальник согласно кивнул.

— И всё же, он успешен. За восемь месяцев захватить весь Ханаан, привести к миру Митанни и сбить спесь с финикийцев. Деяния, достойные любого из Великих царей прошлого.

— При этом он якшается с иудеями, разговаривает с финикийцами так, словно они равны нам, — поморщился от отвращения Менхеперресенеб, — и очень много времени проводит со своими безродными, которые получили от него власти больше, чем мы! Теми, кто поддержал его тогда, когда он был никем!

— Это всё так Менхеперресенеб, — Ментуиуи поднял руку, останавливая разгорячённого главу разведки, так и не простившего царю убийство своего племянника, — но как я уже сказал, для этих разговоров не время и не место. Сначала вернёмся домой, тем более что поход и правда закончен и по возвращении нас ждут награды. Вы знаете, как он наградил своего личного пса-нубийца, думаю нам достанется что-то такое же существенное.

— Меня интересует только земля и освобождение от налогов, — проворчал Иамунеджех, — всё остальное он может оставить своим козопасам.

Молчаливые кивки остальных, были согласием на слова трибуна лагеря.

— Идём друзья, — Ментуиуи легко улыбнулся, — я об этом уже намекнул Его величеству, думаю скажу ему об этом прямо, когда мы повернём назад.

Воины гурьбой отправились в лагерь к Хоремхебу, чтобы убедится в том, что завтра царю Менхеперра всё понравится при осмотре. Они не были идиотами, чтобы не понимать, что все их нынешние огромные доходы, которые текли золотыми реками в их Рода, происходят только благодаря воинственному царю Менхеперра. При царе Хатшепсут они не имели и десятой части того, что обрушилось на них сейчас и это нужно было дальше лишь укреплять и расширять, верно служа царю и дальше делая вид, что воинские сословия Египта преданы ему всем сердцем и душой.