Проклятие бескрылых драконов (СИ) - Эл Лана - Страница 41

Мы с ящером молча уставились друг на друга. Он, кажется, был удивлён нашей встрече не меньше моего. Однако удивление быстро прошло, и дракон заинтересовано принюхался.

— Может, сделаем вид, что мы друг друга не заметили? — предложила я, не в силах больше выносить эту тишину.

Ящер в ответ запрокинул вверх голову и неожиданно дохнул огнём. Поток обжигающего пламени пронёсся над моей головой, закрутился в кольцо и завис. Тьма вокруг расступилась, но за пределами огненного светильника оставался непроглядный мрак. И зачем нам такая иллюминация, если всё равно ни черта не вид…

Ой, кажется, вот зачем. Огонь, видимо, был нужен не для того, чтобы осветить пространства, а чтобы показать самого дракона. Во всей, так сказать, красе. Он был огромный, с роговыми выступами на спине, и хвостом, украшенным чем-то вроде костяной булавы, но «краса» была не в этом. У дракона не было крыльев. На их месте виднелись ярко-красные полосы, из которых до сих пор сочилась кровь.

Чёрный дракон! Самый настоящий, из древних сказок!

Зачем извечному врагу серых понадобилась истинная их наследного принца я думать не стала, просто развернулась и побежала. Прямо во тьму, которая уже не казалась такой пугающей.

Ящер промедлил пару секунд и бросился следом. По неведомой пустоте прокатился рёв, который послужил отличным стимулом для ускорения.

Впереди летел пульсар, освещая путь — случайно свалиться в какую-нибудь яму или споткнуться очень не хотелось.

Однако все предосторожности оказались напрасны. Ещё секунду назад вокруг царил мрак, а через мгновение я оказалась бегущей по ристалищу, причём прямо к обрыву. До края оставалось меньше метра. Резко остановиться на такой скорости я попросту не смогла. По инерции сделала несколько шагов, и с отчаянным криком полетела вниз. Прямо в бушующее море, ощерившееся острыми скалами.

Сердце судорожно сжалось, дыхание от ужаса перехватило, в ушах свистел ветер, перекрывающий даже шум воды и нескончаемый гомон чаек. Ледяные капли кнутом секли лицо и голые руки.

Наверное, надо было закрыть глаза, но я не смогла. Скалы приближались, одежда и волосы намокли от брызг, поднимавшихся на несколько метров ввысь. Ну вот и всё.

Но прежде чем я достигла мокрых камней, из воды, прямо подо мной, появилась исполинская чешуйчатая голова, цветом сливавшаяся с морской водой. Зелёные глаза непонятного чудища посмотрели на меня, и пасть распахнулась, ощерившись острыми зубищами. То есть я ещё и кормом для кого-то должна стать?! Вы издеваетесь!

Проснувшееся возмущение придало сил и вместо того, чтобы спокойно сдохнуть, я собрала остатки магии и послала прямо в пасть прожорливой твари огненный ураган.

Крик, последовавший за этим, был настолько силён, что мозг, казалось, плавится под его воздействием. И почему-то этот же крик сдавливал лёгкие и мешал сделать вдох. На меня накатила очередная волна паники. Я не могла ни дышать, ни видеть, ни слышать. Я даже не чувствовала стука собственного сердца, если оно ещё бьётся, конечно.

17.3

***

— Мы проследили за ним до южной границы, потом снова началась гроза, и он пропал, — Гьер докладывал, не поднимая глаз, и это раздражало до одури.

— Значит, отравленный дракон, который может сдохнуть в любую секунду, утащил непойми куда мою элеру? А до этого твои идиоты пытались его убить, при том, что Дана в это время находилась рядом? Я ничего не забыл?

— Тэар[1], - Гьер сглотнул и вжал голову в плечи, — девушка не пострадала.

— Да неужели?! — Рэй сам не заметил, как перешёл на рык.

— Что здесь происходит? — в приоткрытую дверь его комнаты заглянул Тар. Только этого нытика здесь не хватало.

— Не твоё дело.

— Дана моя подруга, — упрямо заявил брат и встал на пороге, за его спиной виднелась троица так называемых «друзей» — болтливая дриада, человек и заносчивый светлый, чей интерес к Дане последнее время раздражал Арэиена всё сильнее.

— Уйди, — приказал дроу Гьеру и недовольно посмотрел на брата.

— Да, тэар, — ещё один поклон, и младший поспешно удалился.

— «Тэар»? — удивлённо поднял брови Тар. — Когда ты успел стать главой дома? Что тут вообще творится? И куда пропали Дана с Ворном?

— Дела семьи тебя не касаются, ты сам отказался быть частью дома, — отмахнулся Рэй и повернулся лицом к окну, за которым из-за проливного дождя ничего не было видно.

Ему хотелось действовать, но что делать он не знал. Его элера, его любимая была неизвестно где, в невероятной опасности. И он был виноват в этом. Если с ней что-то случится, других виновников не будет. Только он. Осознание этого было страшнее любой раны или проклятия.

Дроу сглотнул, чувствуя, как внутри него ворочается страшная тёмная тварь, пробудившаяся из-за анкара. Он тратил огромное количество сил, чтобы не дать этому снова вырваться. Не стать одержимым. Но чем дольше от неё нет вестей, тем сложнее держаться.

— Хорошо, дела семьи меня действительно не касаются, — откуда-то издалека донёсся упрямый голос брата. — Но про Дану ты мне расскажешь.

— Собрался отдавать мне приказы? — тихо спросил Рэй и повернулся к Тару лицом.

Брат отшатнулся, но быстро взял себя в руки и снова спросил:

— Где Дана?

— Не знаю! — по кабинету прокатился отчаянный рык, и Рэй внезапно замер.

Татуировки, которые появились после обручения с Даной, мгновенно раскалились и также стремительно остыли. На Арэиена дохнуло морозом, по позвоночнику пробежал противный холодок и… она пропала.

Он больше не чувствовал её. Совсем. Даже на границе сознания. Она словно исчезла из этого мира. Тьма, таящаяся в сердце, хлынула наружу, сметая всё на своём пути. Он найдёт её во что бы то ни стало! Найдёт!

— Арэиен! — холодный, властный голос вырвал его из тёмного водоворота.

Рэй зажмурился, помотал головой и посмотрел в спокойное лицо светлого.

— Скажи только одно — она с Ворном?

— Да, — с трудом ответил дроу. Складывалось ощущение, что за эти несколько секунд он утратил способность не только ясно мыслить, но и говорить.

— Значит, он её защитит, — спокойно отозвался Нирэл.

— Её? Он себя защитить не в состоянии! — рявкнул Рэй, чувствуя, как татуировки исчезают, и рвутся последние ниточки, которые связывали его с девушкой.

Нет! Этого не могло произойти. Только не с ней!

[1]Тэар, тэари (женский вариант) — обращение к главе дома дроу.

Глава 18

— Даша! — Ворн держал в руках безжизненное тело девушки и не мог поверить в случившееся.

Пару минут назад она безмятежно спала, а потом что-то произошло. Неужели её задело отравленным оружием?

Дракон обхватил худенькое тельце сильнее, коснулся губами холодной щеки и зашептал на салари.

— Я люблю тебя. Люблю больше всего в этом мире. Больше жизни. Очнись, пожалуйста, слышишь? Ты меня слышишь? Даша. Я клянусь, я не трону тебя, не прикоснусь без согласия… только вернись. Прошу… Даша, пожалуйста. Ты можешь остаться с дроу, да делай, что хочешь, только живи. Живи, умоляю тебя!

Он шептал, не останавливаясь, взывал к давно ушедшим богам и проклинал чёрных драконов. Клялся, молил, угрожал, но ничего не происходило. Ворн говорил и говорил, покрывая холодное лицо поцелуями. Говорил до тех пор, пока его не прервали.

В пещеру, перепрыгнув бушующее у входа пламя, ворвался мантикор.

— Быстрее! Ей нужен драконий огонь! — фамильяр беспокойно закрутился на месте.

Ворн, одержимый внезапной надеждой, ничего не спрашивая, провёл над телом истинной трясущейся ладонью. В воздухе заплясала огненная дорожка. Заплясала и тут же исчезла. Дракон нахмурился и быстро повторил тот же трюк. Но и в этот раз пламя продержалось не больше секунды. Ничего не понимая, он в третий раз призвал стихию, и на этот раз заметил, как Даша с жадностью «выпивает» драконий огонь.

Если она ещё способна поглощать магию, значит, надежда есть. Ослеплённый этой мыслью, Ворн, отдавая последнее, создал вокруг тела истинной огненный кокон.