"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гостева Ирина - Страница 493

  -- Какой же он федерал? - усомнился я.

  -- Пожарник... -- пожал плечами сержант.

  -- Это не власть, -- сказал я.

  Сержант засомневался. Белый рядовой сказал:

  -- У меня брат тоже пожарник...

  -- Ну ладно, черт с ним. Остальных выводи.

  -- Меня-то за что? - спрашивал человек, который в одинаковой мере походил и на чиновника, и на бизнесмена. - Я только бумажки подписываю.

  Его ударили прикладом что есть силы. На стену брызнула кровь. Росс заворчал. Он вообще не любил резких движений.

  В числе несчастных оказалась женщина с властными чертами лица. Она сказала:

  -- Я всю жизнь их презирала... Почему меня в одну компанию?!

  -- Молчи, стерва! - крикнул белый рядовой, замахиваясь на нее. И тут же, наклонившись, пояснил шепотом: -- Моя училка... в школе кровь портила... заставляла учить правильные и неправильные дроби... -- и улыбнулся точно также, как улыбался до этого, когда целился в Росса.

  Они заставили женщину тащить чиновника. Его лаковые туфли прочертили в пыли две борозды.

  Один судья ничего не говорил. Он словно находился в прострации. Похоже было, он не понимал, что происходит. У меня же за плечами было восстание хлыстов в земном Санкт-Петербурге, и я знал, чем сопровождаются подобные игры.

  Сержант, глядя на нас, с улыбкой поднял палец, прислушиваясь к тому, что должно произойти. Наверное, он хотел сказать этим: то же самое может быть и с любым из вас. Снаружи раздались автоматные очереди, потом два или три одиночных выстрела. Камены вошли, закидывая автоматы на плечо. Негр улыбался.

  -- Остальные за мной шагом марш! - насмешливо скомандовал сержант и распахнул дверь.

  Как только мы очутились на улице, я отпустил Росса. Он хорошо знал город и окрестности. И я надеялся, что с его нюхом и охотничьими навыками он не пропадет, а будет крутиться возле нашего дома, поджидая меня.

  -- Домой!.. Домой!.. - приказал я.

  Росс все понял. Напоследок он оглянулся и скрылся за углом, направляясь на запад.

  Убитые лежали рядом с подъездом. Кровь уже пропитала толстый слой рыжей марсианской пыли. Почему-то все отворачивались, когда проходили мимо, словно презирая мертвых. Кто-то из женщин запричитал.

  Воздух был насыщен резкими запахами. Когда мы пересекали Яузские ворота, то попали в химическое облако - где-то горел медицинский склад. На Устьименском мосту меня едва не вывернуло от густого запах сгоревшей плоти.

  Совсем рядом били пушки, и сквозь мглу я разглядел, как по Раушской, словно жуки, ползаю черные танки. Иногда один из них останавливался, делал: "Пуф-ф-ф..." -- из длинного ствола вырывалось пламя, и, урча, полз дальше, чтобы снова сделать: "Пуф-ф-ф..." Несколько раз над рекой пролетали армейские "титаны", разбрасывая тепловые ловушки и поливая из пулеметов невидимого противника.

  Дальше мы плутали, то приближаясь, то удаляясь от набережной. Мойка-Москва-река горела. Или мне показалось, что она горит, потому что кварталы за ней были в огне и свет с той стороны набережной, пробиваясь сквозь завесу пыли и дыма, падал на воду. А может быть, действительно, горела сама река? Я не успел разглядеть. На тротуаре темнели трупы. Со стороны Адмиралтейства стреляли. Пули летели слишком высоко. Некоторые из них рикошетили от стен зданий и волчком вертелись на брусчатке. Одна очередь прошла так низко, что мы попадали на землю. Камены тоже. Потом они опомнились и погнали нас прикладами.

  Штаб Гвардейского корпуса лежал в руинах. В окнах Старого Эрмитажа плясали огни. Мы едва проскочили по краю набережной и побежали к Неве-Москве-реке. Как только мы миновали Первый Зимний мост и спрятались за Старый Эрмитаж, стрелять перестали.

  Вначале я думал, что мы повернем к Троицкому мосту, но, похоже, у каменов был другой план. Мы быстро миновали арку Зимней канавки и свернули к Эрмитажному театру, напротив которого стоял плавучий ресторан "Петровский". В этом ресторане мы часто бывали с Россом. У нас даже был свой столик с видом на реку, за которой находилась Петропавловская крепость, и знакомый официант всегда приносил Россу говяжью вырезку.

  Через минуту нас разделили на две группы: меня, врача и пожарника заперли в буфете ресторана, а остальных загнали в трюм. И, кажется, это было лучшим исходом, потому что в какой-то момент мне показалось, что каменам надоело возиться с нами и они были готовый нас расстрелять.

  Как только нас втолкнули в буфетную, пожилой врач устало опустился в кресло времен Людовика Пятнадцатого. Оно даже не скрипнуло. Дело в том, что марсиане, то бишь бывшие земляне, скопировали не только здания, но и их содержимое. Единственного они не могли скопировать - действия времени. Поэтому вся начинка, а ресторан был сделан под Эрмитаж, была вечно новенькой и блестящей.

  -- Вы действительно их союзник? - спросил врач.

  -- Сам не знаю, -- пожал я плечами, выглядывая в иллюминатор. - Пока сижу с вами.

  Кажется, это его не убедило.

  -- Вот как!.. - неопределенно высказался он.

  Меня не покидала мысль о побеге. Окна ресторана выходили на Зимний. Заметно посветлело. Воздух стал прозрачнее. Зато в крыши домов - как следствие сухой бури - с треском били молнии. Вдалеке были видны Дворцовый мост и Ростральные колонны Васильевского, на которых мерцали тревожные огни. В отличие от других районов, Васильевский остров не горел. Порой на его берегу вырастали и медленно опадали столбы взрывов - работала тяжелая артиллерия.

  На первом этаже ресторана располагалась кухня. Вначале надо было спрыгнуть на палубу, где торчали камены в черных плащах, а только оттуда - или на набережную, или в воду. Камены действительно походили на черных ангелов. Наверное, они сделали это специально, чтобы не отличаться от союзников.

  -- Но если вы их союзник, то можете объяснить, пожалуйста, что происходит?

  -- Очень похоже, что над городом сбили базу астросов, -- сказал я, обнаруживая на стойке початую бутылку водки. - Но как и зачем, не знаю.

  Я налил себе рюмку и выпил, не почувствовав вкуса. Такое было со мной второй раз в жизни. Впервые я не ощутил вкуса алкоголя на Земле, когда обнаружил, что Леха -- хлыст и у него выросли клыки. Теперь все мои опасения показались мне смешными, а воспоминания -- самыми родными. Я едва не прослезился. Оказывается, я любил Землю не меньше, чем Марс, может быть, даже больше, но никогда не признавался себе в этом.

  -- Какой же вы тогда союзник, -- рассмеялся пожарник, присоединяясь ко мне.

  Он поступил проще: опрокинул бутылку донышком вверх и влил себе в горло водку, как в воронку.

  -- Вот так! - сказал он поставив бутылку на стойку.

  Наверное, он пытался удивить меня.

  Я и сам ломал голову. Интересно, за кого меня принимают и кем был комиссар Ё-моё? Большой шишкой у каменов? Недаром у него такой чудесный пропуск. Сбить же базу астросов - это все равно что сбить солнце или ткнуть в него ракетой. Оба варианта исключались по определению. Правда, Кагалма существовала реально. И бог его знает, чего еще я не знал в этом мире. Вдруг земляне обладают супероружием? А мне и в невдомек. Да и кому надо сбивать базы астросов -- астросы нейтральны тысячи лет. Надо быть полным идиотом, чтобы с ними ссориться. Правда, с другой стороны, если до восстания в земном Санкт-Петербурге астросы избегали контактов с землянами и марсианами, то теперь они, хотя явно и не выступили на стороне каменов, то по крайней мере демонстрировали свое присутствие в виде гигантского салюта.

  Я свернул пробку другой бутылке и подергал окно. Оно было плотно закрыто. Из нас троих врач явно не сможет выбраться наружу.

  -- Так это мы по астросам лупанули! - воскликнул пожарник. - То-то я гляжу жарко горит.

  -- А эти?.. - врач кивнул на дверь.

  -- Камены? Черт их знает... -- сказал я, делая большой глоток. - Я с ними знаком лишь по газетам.