"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гостева Ирина - Страница 614

— Витя, ты просто передай по цепи, — ласково сказала она.

«Телохранитель» кивнул и отошел, а она мысленно вздохнула и отметила — не соответствует. Друг детства, и бесстрашен, и предан лично ей — но что из того? В преемники — не годится. Не дотягивает по личным качествам, и сильно не дотягивает. После одного очень важного разговора с майором Каллистратовым она начала целенаправленно оглядываться вокруг себя. Если с ней что-то случится — кто поведет штурмовиков? И пока что кандидатур не нашлось. Все старшие возраста смёл призыв, и Алексея, да и ее, по факту заменить некем. Не успели подготовить смену. Еще бы года два — но где их взять, если и сама Зита стоит перед военным поездом?

Штурмовики грузились в двухуровневые вагоны, так называемые «казармы». Раскладные сиденья по четыре в ряд, минимум удобств. Можно сидеть, лежать, разместить еду на крохотном выкидном столике. Вагон — сто человек. Два вагона — тактическая рота с группой управления. Столько их и призвалось с Копейки. Следующую пару занимали штурмовики из Тройки, а за ними еще кто-то. По закону должны попасть на фронт в дивизию народного ополчения одним подразделением. Как на самом деле? Она предполагала худшее.

— Успел, — сообщил Давид, остановившись рядом, и аккуратно похлопал по коробке в руке.

Она благодарно кивнула. По распоряжению военкомата штурмовики обязаны были оставить свои телефоны дома. Режим секретности, и вроде как противник отслеживает перемещения войск по телефонным переговорам. Но кто бы из штурмовиков слушал военкомат? Так что она, наоборот, приказала взять телефоны в обязательном порядке, а Давид в последний момент догадался сбегать в штаб и скрутить там автономный модуль синхронизации. Он, оказывается, и такое умеет. И теперь «Спартак» располагал собственной телефонной сетью. Действующей на малых расстояниях, сильно зависимой от рельефа и окружающих конструкционных элементов — но своей, надежно шифрованной, защищенной.

Кстати, Давид. Ее друг, учитель — и второй заместитель майора Каллистратова. Вот он смог бы заменить ее. Всего одно, но непреодолимое препятствие: Давид — из тбилисских армян. На Южном фронте ему не занять никакой руководящей должности, имелся на эту тему соответствующий приказ. И в руководстве штурмовых отрядов — тоже. Просто чудо, что он вообще стал своим среди штурмовиков, поголовных шовинистов, отморозков и громил. Чудо, вызванное к жизни гением майора и уникальной личностью самого Давида. Среди спартаковцев он был не просто своим — лучшим. А в других штурмовых отрядах просто не выжил бы.

— Давити! — озабоченно сказала она. — Надо довести ребятам ситуацию. Выбор они должны сделать сами и сейчас, потом будет поздно. В первом вагоне я сообщу, возьми на себя второй, а?

— Ты, Зита, то поразительно умна, то… — флегматично отозвался Давид. — Командир «Спартака» — ты. Тебе и говорить. Я сеть включу, все услышат.

Она подумала и вынужденно признала, что да, дура. Хотя воспитанный Давид и не сказал вслух.

На командира штурмовых отрядов Виктор не тянул, но на своем месте справлялся на все сто, поэтому, когда Зита вошла в вагон, там уже стоял на входе патруль, а перед патрулем — раздраженный лейтенант сопровождения.

— Извините, господин лейтенант, «Спартак» проводит совещание, посторонние нежелательны, — вежливо сообщила ему Зита. — Если у вас посадочное место в нашем вагоне, вас пропустят через полчаса, подождите. И в любом случае ваши приказы здесь исполняться не будут. Только через меня. По закону «Спартак» идет на фронт отдельным подразделением со своим руководством.

— Доедешь до части — отдам под трибунал за неподчинение! — пообещал белый от злости лейтенант.

— Пока не приняли присягу — вы нам никто, — напомнила Зита. — Когда примем присягу — вы будете выполнять мои приказы как младший по званию.

— Посмотрим, кто будет младшим! — посулил лейтенант и отошел в сторону.

Она удовлетворенно кивнула. Вменяемый, за оружие не схватился, взаимопонимание возможно.

Вагон-казарма оказался плотно забит штурмовиками. «Спартак» поместился в вагон весь, все две сотни бойцов.

Качнулся и поплыл назад знакомый до каждой выщербинки перрон. Пора. Она охватила взглядом штурмовиков, словно притянула и вобрала их спокойные, внимательные взгляды.

— Мы призваны в боевые части, ребята, — сказала она четко. — Там — свое начальство. Которое за неисполнение приказа имеет право отдавать под трибунал и расстреливать на месте. Сейчас каждый из вас должен решить, идет со «Спартаком» — или самостоятельно.

По лицам пробежали волны недоумения. Разом поднялось множество ладоней. Можно гордиться, дисциплину общих советов они с майором Каллистратовым поставили надежно — ни выкрика, ни попытки перебить. Она кивнула одному из штурмовиков. Саша Орлов, «Орел», из закрытого списка кадрового резерва штурмовых отрядов. Регулярный командир боевой пятерки, по самым ответственным заданиям работают именно его ребята. Очень разумный, ответственный парень. То, что скажет он, окажется наверняка мнением большинства штурмовиков.

— По закону мы идем на фронт готовым подразделением, — напомнил штурмовик. — Какой может быть выбор?

Молодец, Саша. Правильно подвел к нужной теме.

— По закону мы вообще не должны идти на фронт. Никому из нас не исполнилось восемнадцати. Мы — вторая очередь народного ополчения, исключительный случай. Нас могли мобилизовать, только если враг стоит под стенами Копейки. Только в этом случае.

Она оглядела штурмовиков. Большинство рук опустилось. Думают, осмысливают информацию.

— Приказ майора Каллистратова на случай чрезвычайной ситуации! — звонко сказала она. — Довести до личного состава «Спартака» следующую информацию: штурмовые отряды являются молодежным крылом политических войск! «Спартак» в первую очередь — солдаты партии! Потому в случае призыва на военную службу решение о принадлежности принимать лично, до принятия присяги! Заявление о выходе из рядов штурмовых отрядов передать по защищенной линии связи до окончания текущих суток!

Она включила гарнитуру и резко понизила голос. Лейтенанту у входа незачем слышать закрытую информацию.

— При решении пусть каждый учитывает, что бойцам политических войск следует опасаться удара в спину. Мы — в политике, а она всегда была очень грязным делом. Есть вероятность, что нас попытаются убить еще до фронта. Штурмовики номерных городов прошли специальную подготовку для ведения боевых действий в условиях Крайнего Севера, и наше место по призыву — в Особом Заполярном военном округе. Но руководство Особого Заполярного — с нами. Итог: мы едем на Южный фронт. Вопреки закону, мобилизационным предписаниям и здравому смыслу. Нас попытаются убить свои. А вне штурмовых отрядов есть шанс послужить родине. Нашим противникам опасна организованная сила, отдельных штурмовиков никто преследовать не станет. Принять решение вы должны до двенадцати ночи. У меня всё. Вопросы?

К ее огромному удивлению, поднялась всего одна рука.

— Там лейтенант прыгает у входа в вагон, — сказал штурмовик. — Он причастен?

Зита усмехнулась. Знал бы лейтенант, что сейчас реально решается вопрос его жизни — наверно, выпрыгнул бы на ходу.

— Вероятно, — сказала она и поставила одним словом над судьбой лейтенанта жирный вопросительный знак.

Штурмовики разошлись по вагонам и уровням, начали кучковаться, чтоб обсудить в дружеском кругу новую информацию.

— Жестокая девушка, — заметил Давид, имея в виду лейтенанта.

Она пожала плечами. Жестокая? А если лейтенант подведет штурмовиков под удар, что тогда? Плакать и каяться, что не предупредила о вероятности предательства? Так плачем ребят не вернешь.

— Значит, поймешь, почему твое место в середине вагона, под защитой штурмовиков, — спокойно заключил Давид. — Я рядом с тобой?

По приказу майора они уже больше года изображали влюбленных, но парень до сих пор спрашивал у нее на все разрешение. Удивительно деликатный товарищ для той работы, о которой она только подозревала.