Тайны исчезнувших цивилизаций - Зданович Леонид Иванович - Страница 44

Положение осложняется из-за отсутствия у скифов письменности. Взять вавилонян: чуть потоп, или просто дождик зарядил — тут же соответствующую запись. Ассирийцы, шумеры — всякое лыко в строку. В Древнем Египте любой мало-мальски вставший на ноги резчик по камню сделает себе гробницу и на стенах распишет, какое он, резчик, значение имел при таком-то фараоне. А воинственные кочевники-скифы в своих могилах под курганами оставили только золото да оружие. Кто он такой, как его при жизни звали, из какой династии — курган молчит.

Основным источником информации для историка стали беседы с местными жителями, преимущественно греками. В частности, последние рассказали ему легенду о происхождении скифов и некоторых соседних с ними народов.

Поскольку она имеет прямое отношение к проблеме возникновения города Гелона, обратимся к Геродотовой «Истории».

«Геракл, гоня быков Гериона, прибыл в эту тогда еще необитаемую страну (теперь ее занимают скифы). Герион же жил далеко от Понта, на острове Гадир в Океане, за Геракловыми Столпами (остров этот эллины зовут Эрифией). Океан, по утверждению эллинов, течет, начиная от восхода солнца, вокруг всей земли, но доказать этого они не могут. Оттуда-то Геракл и прибыл в так называемую теперь страну скифов. Там его застали непогода и холод. Закутавшись в свиную шкуру, он заснул, а в это время его упряжные кони (он пустил их пастись) чудесным образом исчезли.

Пробудившись, Геракл исходил всю страну в поисках коней и наконец прибыл в землю по имени Гилея. Там в пещере он нашел некое существо смешанной природы — полудеву, полузмею. Верхняя часть туловища до ягодиц у нее была женская, а нижняя — змеиной. Увидав ее, Геракл с удивлением спросил, не видала ли она где-нибудь его заблудившихся коней. В ответ женщина-змея сказала, что кони у нее, но она не отдаст их, пока Геракл не вступит с ней в любовную связь. Тогда Геракл ради такой награды соединился с этой женщиной, однако она медлила отдавать коней, желая как можно дольше удержать у себя Геракла, а он с удовольствием бы удалился с конями. Наконец женщина отдала коней со словами: «Коней этих, пришедших ко мне, я сохранила для тебя, ты отдал теперь за них выкуп. Ведь у меня трое сыновей от тебя. Скажи же, что мне с ними делать, когда они подрастут? Оставить ли их здесь (ведь я одна владею этой страной) или же отослать к тебе?» Так она спрашивала. Геракл же ответил на это: «Когда увидишь, что сыновья возмужали, то лучше всего тебе поступить так: посмотри, кто из них сможет вот так натянуть мой лук и опоясаться этим поясом, как я тебе указываю, того оставь жить здесь. Того же, кто не выполнит моих указаний, отошли на чужбину. Если ты так поступишь, то и сама останешься довольна и выполнишь мое желание»».

С этими словами Геракл натянул один из своих луков (до тех пор Геракл носил два лука). Затем, показав, как он опоясываться, передал лук и пояс (на конце застежки пояса висела золотая чаша) и уехал. Когда дети выросли, мать дала им имена. Одного назвала Агафирсом, другого Гелоном, а младшего Скифом. Затем, помня совет Геракла, она поступила, как велел Геракл. Двое сыновей — Агафирс и Гелон не могли справиться с задачей, и мать изгнала их из страны. Младшему же, Скифу, удалось выполнить задачу, и он остался в стране. От этого Скифа, сына Геракла, произошли все скифские цари. И в память о той золотой чаше еще и до сего дня скифы носят чаши на поясе (это только и сделала мать на благо Скифу).

Таким образом, греческая легенда говорит о том, что гелоны — это как минимум родичи скифов. В любом случае одни ученые отождествляют их с одним из скифских племен, другие резко отличают как самостоятельный народ, третьи полагают, что речь идет о смешении в гелонах скифской и будинской крови, принимая во внимание указание Геродота, что «будины — большое и многочисленное племя; у всех у них светло-голубые глаза и рыжие волосы». Другими словами, в них видят отдаленных предков либо славянских, либо финно-угорских племен.

Далее Геродот пишет: «В их (будинов. — Прим. автора) земле находится деревянный город под названием Гелон.

Каждая сторона городской стены длиной в 30 стадий. Городская стена высокая и вся деревянная. Из дерева построены также дома и святилища. Ибо там есть святилища эллинских богов со статуями, алтарями и храмовыми зданиями из дерева, сооруженными по эллинскому образцу. Каждые три года будины справляют празднество в честь Диониса и приходят в вакхическое исступление. Жители Гелона издревле были эллинами. После изгнания из торговых поселений они осели среди будинов. Говорят они частью на скифском языке, а частично на эллинском. Однако у буди-нов другой язык, чем у гелонов, образ жизни их также иной.

Будины — коренные жители страны — кочевники. Это единственная народность в этой стране, которая питается сосновыми шишками. Гелоны же, напротив, занимаются земледелием, садоводством и едят хлеб. По внешнему виду и цвету кожи они вовсе не похожи на будинов. Впрочем, эллины и будинов зовут гелонами, хотя и неправильно. Вся земля их покрыта густыми лесами разной породы. Среди лесной чащи находится огромное озеро, окруженное болотами и зарослями тростника. В этом озере ловят выдру, бобров и других зверей с четырехугольной мордой (лоси. — Прим. автора). Мехом этих зверей будины оторачивают свои шубы, а яички бобров применяют как лечебное средство против болезней матки».

Рассказ Геродота о Гелоне стал толчком для археологических поисков города. Но в отличие от той же самой Трои область поиска оказалась столь обширной, что надежд на положительные результаты практически не было. Почему?

Дело в том, что географические познания древних о нашей стране не отличались ни точностью, ни полнотой.

Колонизовавшие северное побережье Черного моря, греки не проникали вглубь страны, на север, и довольствовались теми сведениями о ней, которые стекались в греческие города вместе с варварами, являвшимися сюда для торгового обмена. Такого рода сведения не могли быть точны ми и относились прежде всего к той или другой греческой колонии. Как говорят историки, живи Геродот в Пантикопее, наши представления об истории южной России были бы коренным образом иными.

По мнению Геродота, обитаемые земли к северу от Ольвии простирались всего на двадцать дней пешего пути.

Далее было царство холода и непроходимых снегов, жить там, считал историк, невозможно. Он подтверждал это мнение словами: «Я не могу найти никого, кто бы сказал, что знает эти страны, как очевидец».

Геродот видел Скифию, как четырехугольник, почти квадрат. Если определить каждую его сторону в двадцатидневный пеший путь, то получатся следующие границы: на юге — побережье Черного моря, прямо на этой границе лежит город Ольвия; на западе — река Дунай; на востоке — вытянутые к северу берега Азовского моря; на севере — неведомые страны. Вот в этом четырехугольнике и следует искать земли будинов и местоположение легендарного города Гелона. Версий было много. В основном они сводились к тому, что город следует искать либо на Волге, либо на Среднем Дону. Первым начал поиски Гелона известный историк И. Е. Забелин. Именно он высказал предположение, что Гелон — это городище Укек (или Увек), лежащее на берегу Волги немногим ниже Саратова. Эту точку зрения поддержала саратовская археологическая комиссия во главе с С. С. Краснодубровским. Продержалась она в течение всей второй половины XIX — начала XX веков. Однако затем была отвергнута.

На местоположение Гелона Геродот косвенно указывает еще в одном месте своей книги. Когда он описывает поход Дария на скифов, то говорит и о следующем.

Военные планы скифов были составлены весьма хитро. Войско царя Скопаса должно было завлекать персов вдоль Меотиды. Два других царства — великое царство под властью Иданфирса и царство, где царем был Таксакис, соединившись в одно войско вместе с гелонами и будинами, — должны были медленно отступать, заманивая врага в пустынные местности.

Персы упорно преследовали хитрецов и проникли в землю будинов. Здесь они нашли большой город, окруженный деревянной стеной. Жители его не оказали персам сопротивления, но заранее бежали, так что город был пуст. Персы предали его огню.