"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Джордж Маргарет - Страница 742

Даже ее титул в его устах звучал как оскорбление.

– Мы, – он кивнул в сторону Дарнли и Керра, – мы думаем, что теперь вам лучше отдохнуть. В конце концов, уже поздно.

– Не так уж поздно, если вспомнить все, что вы совершили, – сказала Мария. – Когда мы сели ужинать, было семь часов. А сейчас…

– Половина десятого, – подсказал Дарнли.

– Прошло лишь два с половиной часа, и сейчас еще не так поздно.

– Может быть, для тебя! – мрачно произнес Дарнли. – Ведь ты, наверное, собиралась остаться наедине с синьором Дэви до двух часов ночи?

– Риччио уже спит глубоким сном в своей постели, – осклабился Дуглас. – Его нельзя беспокоить. Теперь мы считаем, что вам тоже пора поспать.

– Где мои женщины? Мне нужна прислуга.

– Они находятся под стражей.

– Неужели никто не останется со мной в эту ужасную ночь?! – воскликнула она. – Мой муж…

– Нет, только не ваш муж, – твердо заявил Дуглас. – Он нам понадобится. Нужно еще многое обсудить.

– Прошу вас, не оставляйте меня здесь одну… – она встала и указала на пятна крови, расплывавшиеся на полу. – Имейте милосердие! – Она приказала голосу жалобно задрожать, и тот подчинился, хотя в ее крови бушевал гнев.

– Пожалуй, одна найдется, – решил Дарнли. – Пожилая леди Хантли, вдова графа.

Дуглас приподнял брови:

– Очень разумно. Да, эта пожилая дама, которую королева сделала вдовой. Идите и найдите ее.

«Он приказывает королю, как слуге, – подумала Мария. – В самом деле, скоро Дарнли станет их слугой».

Пока Дарнли отсутствовал, она почувствовала тупую боль в животе, то накатывавшую, то отступавшую.

«Матерь Божья, не дай мне потерять ребенка! Еще слишком рано, и он не выживет».

Боль немного успокоилась, когда Дарнли вернулся вместе с леди Хантли.

– Я готова служить вам, Ваше Величество, – поклонившись, сказала она и, подобрав юбки, нервно осмотрела комнату. Повсюду была кровь и царил беспорядок.

– Уложите королеву в постель, – распорядился Дуглас. – Не разрешайте никому входить или выходить отсюда. Если случится что-то неожиданное, я буду недалеко, на площадке парадной лестницы. Пойдемте, – он сделал жест Дарнли, и они вышли из комнаты. Дарнли бросил на нее последний взгляд.

– Что случилось? – прошептала леди Хантли, выждав несколько секунд после того, как за ними закрылась дверь.

– Группа вооруженных лордов у меня на глазах убила моего секретаря Риччио. Но это не самое главное. Речь идет о мятежных лордах, которых по решению парламента должны были лишить земель и титулов. Король каким-то образом договорился с ними и поставил под угрозу трон и мою собственную жизнь. Я еще не разобралась во всем, но со временем дело должно проясниться. Я знаю лишь, что они угрожали моей жизни, и только Бог спас меня сегодня вечером.

– Матерь Божья! – леди Хантли перекрестилась.

В животе Марии снова всколыхнулась боль.

– Мне нужно отдохнуть, – произнесла она. – Наверное, мне лучше лечь, – она попыталась встать, но у нее закружилась голова.

– Сидите, Ваше Величество, – сказала леди Хантли. Она опустилась на колени и сняла с Марии туфли, а потом зашла сзади и расстегнула ее платье.

– Поднимите руки, – попросила она и сняла платье. Когда леди Хантли ушла в маленькую гардеробную, Мария заметила пятна крови на желтом шелке.

Леди Хантли нашла сундук, где хранились ночные рубашки, и достала шерстяную сорочку жемчужно-серого цвета. Мария встала на нетвердых ногах и зашла за ширму, где неуклюже сняла белье и надела ночную рубашку.

Леди Хантли ждала ее с другой стороны и мягкими движениями направила к кровати. Она уже откинула одеяло.

– Вы жена графа, знатная леди… Откуда вы знаете, как это делается?

– Я женщина, Ваше Величество, а вы потрясены случившимся и к тому же беременны. Здесь не нужно знать ничего особенного. Скажите, где ваши четки?

Мария указала на свой сундук, на котором стояла шкатулка из слоновой кости. Леди Хантли принесла ее и вложила ей в руки, как ребенку.

– Когда я задерну занавеску, помолитесь Деве Марии. Она поможет вам. Она поймет.

Круглое лицо леди Хантли было спокойным, как ясный июльский вечер.

Неужели эта женщина действительно так добра? Может быть, это обман? Может быть, ночью она заколет ее кинжалом?

– Ваш муж погиб из-за меня, – сказала Мария.

– Он умер от апоплексического удара, – ответила леди Хантли. – Думаю, таким образом Бог показывает свое недовольство теми, кто бунтует против своего монарха.

– Ваш сын Джон…

– Настоящая любовь не приводит к вероломству, Ваше Величество. Святой Павел сказал: «Любовь долготерпствует и милосердствует». А святой Иоанн написал: «Тот, кто говорит, что любит Меня, и ненавидит брата своего, – лжец перед Богом». Нет, мой сын погиб не из-за любви, а из-за сластолюбия и мятежного духа.

Неужели она в самом деле так думает? Можно ли доверять ей?

– Вы добры, королева Мария. Вы осыпали почестями моего старшего сына Джорджа и вернули ему титул и поместье Хантли. Мы всецело преданы вам.

Значит, эта удивительная женщина так твердо следует заповедям Божьим, что стала ее союзницей?

– Думаю, я могу послужить вам, – продолжала леди Хантли. – Например, я могу передавать сообщения от вас. Они меня не заподозрят. Граф Босуэлл и мой сын ожидают вашего приказа. Им удалось бежать из Холируда после схватки с Дугласами во дворе, и они находятся наготове со всадниками и пехотой, если вы доверитесь им, – она улыбнулась. – Им пришлось бежать через окно в комнате Босуэлла, а потом через зверинец с дикими животными, которых вы держите здесь. Львица порвала Босуэллу штаны, когда попыталась укусить его.

Мария невольно хихикнула.

– Теперь отдохните, Ваше Величество, и поговорите с Девой Марией. Она ждет вас.

Леди Хантли задернула занавеску.

Мария лежала в темноте. Она слышала тихий шорох платья леди Хантли, ходившей по комнате. Потом женщина нашла низенькую кровать на колесиках, предназначенную для слуг, вытащила ее и легла. Через несколько минут Мария услышала тихое похрапывание.

«Убийцы не храпят, – подумала она. – Значит, она говорит правду. Она сохранила верность, несмотря на то что я лишила ее мужа и сына… Неисповедимы пути Господни.

«Святая Мария, Матерь Божья, молись за нас в час нашей нужды и гибели…

Моя смерть близко?

Только если я допущу это.

Хвала Марии, Матери Божьей…

Каковы их планы?

Благословенна Ты среди женщин…

Они собираются держать меня в заключении? Кто руководит мятежом? Мортон? Это не Дарнли или Дуглас – им не хватает ума для этого. Мейтленд? Нокс? Но служитель церкви не может… Лорд Джеймс? Его здесь нет, но гонцы…

Мне нужно бежать. Если Босуэлл и Хантли ждут снаружи, это очень хорошо, но туда еще надо добраться. Я должна как-то попасть туда. Эти сто ярдов до окраины дворца – такой же долгий путь, как до Москвы. Мой муж… Дарнли. Я должна склонить его на свою сторону. Я должна. Только он может быть гарантией для меня.

Он по-прежнему любит меня. Я обманула его тщеславие, но не его любовь. Я могу подчинить его своей воле».

Внезапно перед ее мысленным взором возник яркий образ, как будто пришедший из ада: Риччио, покрытый запекшейся кровью, с распахнутыми мертвыми глазами и окоченевшими конечностями. Где он лежит сейчас? Спит глубоким сном в своей постели, как сказал злодей Дуглас.

«Пусть он хотя бы упокоится в могиле, – взмолилась она. – Они не погнушаются скормить его тело диким зверям. Но если бы звери были сыты, они бы не набросились на Босуэлла…»

Ее мысли смешались, и она отдалась на волю сна. Четки выпали у нее из рук.

Ей снилось, что рубины из «Большого Гарри» превратились в капли крови, проступившие на ее корсаже. Ей снилось, что она заперта в башне и видит рыцаря, который хочет спасти ее, но забрало его шлема было опущено, как у Генриха II во время злосчастного турнира, и она не видела его лица. Ей снился Риччио, игравший на своей лютне из черного дерева, и его голос звучал так нежно, что она вздрогнула и проснулась.