Сага о халруджи. Компиляция. Книги 1-8 (СИ) - Петрук Вера - Страница 700

Несмотря на бравый тон, который сохранял Жуль, было видно, что он волнуется, как и остальные агодийцы. Капитан арваксов, которого разведчики знали и называли Гонриком, говорил смело и по-хозяйски, о дипломатии он явно не слышал. Арваксы с пленниками поднялись пешком, оставив лошадей у холма.

Тщательно изучив вооружение пришедших – у каждого имелся лук с колчаном стрел, полуторный меч, кинжалы и наверняка что-то там еще в потайных карманах, Регарди переключил внимание на подростков с путами на руках и ногах. Два месяца плена для тех, кто привык думать, что родился хозяином жизни, большое испытание. Арлинг судил по себе. В их возрасте он верил, что мир существует только для него и ради него. Принцы насуплено молчали, вовсе не проявляя оживления при виде своих, и Регарди подумал, что Жуль, возможно, уже опоздал. Сломать человека легко, починить – порой невозможно.

Когда Арлинга подняли с земли и поволокли к арваксам, он с удовольствием повис на плечах воинов, загребая носками сапог опавшую листву с хвоей. Контроль над ногами удалось вернуть быстро, а вот новая рука двигалась будто с опозданием. Ему все время хотелось выхватить ею клинок Жуля, пока тот вертелся рядом, и Регарди вздохнул с облегчением, когда разведчик отошел договариваться к арваксам. Не стоило его искушать так рано.

«Да, я тут» – с огромным опозданием отозвался Нехебкай, лишь подтвердив сомнения Арлинга, что Индиговый мутил какие-то свои делишки.

«Ты знаешь, о чем я думаю», – буркнул ему Регарди, на что получил философскую реплику:

«Не все ли равно тигру – его этот лес или чей-нибудь еще?»

Не такой ответ хотел услышать Арлинг, но, похоже, иного выхода не было. Переговоры арваксов и агодийцев затягивались при столь простых и очевидных условиях обмена пленниками. И самое главное, что должно было насторожить разведчиков: у их «торговых партнеров» имелся численный перевес.

Что же до Арлинга, то он подумывал о словах Фадуны. Когда-то в сикелийских песках Регарди поклялся ее не только слушать, но и слышать. Похоже, менять свой путь предстояло именно сейчас на этой лесной опушке под стенами Бараката.

– Даррен Монтеро передает вам привет и этот сундук с золотом, – Гонрик кивнул на ящик, который с трудом втащили на холм два арвакса. Арлинга сразу заинтересовало, почему северяне оставили лошадей внизу. Ответ скрывался в оружии, которое они с собой принесли, – все для ближнего боя, ведь сражаться на лошадях в подлеске не очень удобно. И где же твоя чуйка разведчика, Жуль?

– Давай всех порубим, – пронеслось в голове Регарди, и этот голос Индиговому не принадлежал.

– Успеется, – машинально ответил он, прислушиваясь к переговорам, который уже зашли в тупик.

– Только надо обязательно всех, – уточнил голос. – Начни с тех двоих, что стоят справа. У них на руках наколки красивые. А у этого Гонрика по левому запястью шрам необычный ползет, мне эта рука тоже нравится.

– Оружие мы заберем, хорошее, – между тем кивнул Гонрик после того, как его люди осмотрели привезенные агодийцами бамбуковые огнеметы. – И парня этого тоже, – он кивнул на Регарди, все еще висящего на плечах у двух воинов. Те были явно недовольны ролью носильщиков, но командир приказа бросать Арлинга не давал, и им приходилось подчиняться. – Даррен разберется, кого вы нам подсунули. Что же до ваших принцев, то вы сейчас видели, что они в здравии, живы. Как только мы убедимся, что у нас в плену тот самый наследник, мы отдадим вам пленников. А пока вам следует отбыть в Гундапакс и ждать нашего решения. Золото можете забрать, мы покупаем оружие.

– Так не пойдет, – замотал головой Жуль, но дальше произошло то, чего Регарди ждал с самого начала появления арваксов. Когда люди замышляют подлость, это чувствуется.

– Не считай врага овцой, считай волком, – поддакнула его мыслям рука, и Арлинг обрадовался, что больше не надо притворяться немощным. От долгого бездействия у него в голове творилось неладное. Либо иман снова оказался прав, и его ждало то же возмездие за черный солукрай, что и несчастных учеников: безумие.

Дернув запястье новой руки резко вверх, он освободился от давно порванного ремня и ухватил стоящего поблизости арвакса за глотку, воткнув пальцы по обе стороны его кадыка так, чтобы пережать сонную артерию. Пока человек падал на землю, Арлинг забрал его кинжал, затем перерезал горло второго караулившего его арвакса. Нырнул кувырком под ноги Гонрика, который бросился к нему, все еще думая, что ситуация у него под контролем. Стремительное сокращение дистанции и скорость – принципы боя, которым трудно противостоять. Кинжал, который отобрал Арлинг, был хороший, боевой, увесистый. Такой годится и для атаки, и для парирования. Отбив им удар клинка, он быстро перехватил инициативу, завладев рукой Гонрика, выкрутил ее, заставляя бросить меч, а после и сам арвакс полетел на землю, где Арлинг перерезал ему горло.

За это время он успел сделать три вдоха и выдоха – по вдоху на врага. Выхватив меч Гонрика мгновенно атаковал воинов, которые охраняли принцев. Еще два вдоха, быстрое движение ног, короткий выпад снизу и противник пронзен. Пятого убил ударом в живот. Последний что-то сообразил, пустился в бегство, пытаясь захватить с собой наследного принца Румоса, но через пятнадцать секунд, что потребовались Арлингу на убийство пятерых арваксов, очнулись агодийцы, которые втроем бросились на последнего арвакского воина. Подобрав лук, Регарди навел на него стрелу, сосредоточив солукрай на его тяжелом дыхании, готовый к тому, что арвакс попытается убить захваченного подростка. Но арвакс быстро забыл о Румосе, спасая свою жизнь, и Арлинг потерял к нему интерес – двое агодийцев, что бросились следом, должны были справиться.

Перевел натянутую стрелу на Жуля, который, выхватив меч, загнанно глядел на Регарди, не зная, чего от него ждать. А между тем, Арлинг усиленно пытался прогнать голоса из головы:

– Теперь руби им руки, – настаивал один.

– Не командуй, или мы снова найдем тебя и отрубим еще пару конечностей, – этот голос звучал уже знакомо, так говорил Нехебкай.

С трудом разжав пальцы новой руки, Регарди бросил лук на землю и обхватил запястье ладонью левой. Теперь он не сомневался, что ему не показалось, и в бою новая конечность корректировала его движения – пусть немного, но все же. Кажется, он вляпывался в какую-то новую проблему, и осознать ее нужно было как можно быстрее.

– Забирай своих и уходи, – велел он Жулю. – Я передумал, обмена не будет. И скажи парню, чтобы он положил меч там, где взял. Иначе я отрублю ему руку.

Принц Румос подобрал клинок одного из павших арваксов и подкрадывался к Регарди сзади. Остальные принцы оказались благоразумнее и просто ждали, когда все закончится.

– Стой, Румос! – тут же закричал Жуль, награда которого напрямую зависела от наличия у наследного принца всех частей тела. – Это наш, вернее, он с нами.

Тем временем на поляну вернулись агодийцы, которые преследовали сбежавшего арвакса. Они привели с собой лошадей. Оценив обстановку, один из разведчиков, кажется, это был Нервный, подбежал к Румосу и обезоружил того, выбив клинок из рук. Может, принц и был хорошим фехтовальщиком, но долгий плен, усталость и страх, который слышался в каждом его вдохе, не могли противостоять опытному воину.

– Принцев нужно увести скорее, – Арлинг кивнул на строительный шум со стороны военного лагеря арваксов. – А вот это, – он ткнул мечом на ящики с огнеметами, – оставите здесь. В качестве платы за мои услуги.

– Твои услуги стоят намного больше, – наконец произнес Жуль, выдохнув. Кажется, он только сейчас поверил, что спустится с этого холма живым. – Чего хочешь еще?

Арлинг подошел к Румосу, глядевшему на него исподлобья, и сказал:

– Мой учитель говорил, что любое падение готовит нас к новым взлетам. И слабы мы настолько, насколько сами себе внушаем.

Потом обернулся к Жулю:

– У принцев отрезали языки, я слышу это по их дыханию. Кто бы это ни сделал – арваксы или драганы, последствия будут для всех сторон, вам же стоит лучше выбирать союзников.