Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кири Кирико - Страница 438

Да только он сокращать её не собирался.

Пропустив защитницу снегов мимо, наёмник начал быстро отходить, пытаясь остановить меня техникой липкой земли, в которой вязли ноги. Но и это не стало преградой: на бегу я коснулся мечом земли…

— Касание лозы…

…и уже по пикам, как по пенькам через болото, пробежал к нему.

Не уйдёшь, сука…

Ну это я так думаю, что он не уйдёт, а ночной гость явно не рисковал пока сближаться со мной, всячески пытаясь соблюдать дистанцию. Оттого это превратилось в игру, где на каждую технику надо было выпустить контртехнику — от реального боя на мечах здесь не было и следа.

И поэтому, пока я бежал к нему по «пенькам», он выпустил в меня световое лассо и тут же следом технику тысячи клинков, пытаясь связать меня и измочалить, но сам был вынужден отбиваться на налетевших на него клинков веера, которые грозились изрезать уже его на кусочки. Я же резко отпрыгнул на два десятка метров в сторону, увернувшись от обоих техник и выпустил ещё одну защитницу снегов, после чего ударом веера снёс всё перед собой в труху, поднимая облака пыли и разбрасывая деревья, словно щепки.

Но наёмник увернулся. На его иллюзорные клинки, выпущенные в меня, полетели клинки веера. Я побежал вновь к нему навстречу и попал под град кинжалов и отравленных игл. Не снижая скорости, я просто ловко увернулся от большей части снарядов, выпустив в ответ пару лучиков счастья, которые сносили перед собой всё живое.

Но всё равно был вынужден уйти в оборону, когда он изрезал округ своими ударами. Каждый из них поднимал пласты земли и выкорчёвывал вековые деревья. Всё вокруг взлетало, как от ударной волны, когда лучи счастья обрушивались на землю. Пару таких ударов я отбил, от парочки увернулся, в ответ выпуская не менее сокрушительные удары, ровняя всё с землёй.

Едва успел подпрыгнуть, когда по бокам появились огромные ладони, которые схлопнулись подо мной. Прямо в воздухе он меня вновь попытался поймать, на этот раз лассо, но кликни просто перерезали его, и тут же вновь начали прессовать ублюдка.

Его иллюзорные клинки, чередующиеся с лассо тоже не принесли видимого результата, они даже не затормозили меня — я их всех отбил мечом и рукой, парочку пропустив мимо себя. И на бегу создал хищную волну кровавого инея, который устремился за уродом, собирая на себе все атаки.

Пытаясь его обездвижить, я вновь создал гравитационную печать, которая ушла правда в молоко и выпустил парочку ударов, не нашедших своей цели.

Наёмник обрушил на меня целую волну своих атак от дротиков и кинжалов до различных техник, от которых я едва уходил. Смог проскочить болото, в котором вязнут ноги, и уклонился от разряда молнии, который лучом прошёл мимо.

Мышцы гудели от такого напряжения. Я едва поспевал уворачиваться и отвечать на каждую атаку урода, которая обрушивалась на меня. Каждый шаг мог стать последним, так как едва ты делаешь неверный выпад, и он уже выпускает в тебя удар или технику.

А ведь пройди всё по его плану и не спались староста изначально, вряд ли бы здесь сейчас сражались. Скорее были бы перемешаны в кровавую кашу вместе с досками, и даже не поняли бы, что умерли, вот и всё. Так что тот факт, что я был ещё жив, отнюдь не его плохие навыки, а моя осведомлённость о его везите и мои клинки, которые не давали наёмнику полностью сосредоточиться на мне.

Ему приходилось и на меня реагировать, и летающие клинки держать под контролем, постоянно отбиваясь от них. Считай, он сейчас сражался, как минимум с двумя, и вполне себе держался, умудряясь каждый раз атаковать и заставлять проходить меня по грани. Сразу чувствуется мастерство. А это мы ещё и уровня одного.

Но теперь я примерно представляю, как он справлялся с восьмыми уровнями. Учитывая его отравленные дротики, внезапность появления и техники, у человека, который не ожидает атаки, не было шансов.

Да и у того, кто ожидает, шансов было немного, учитывая его арсенал. Жертва-то вряд ли знала, чем вооружён он, и что её ждало. И тут хотя бы один дротик, и жертва уже не восьмого, а седьмого уровня. А там уже дело техники, которая у него была мощной.

Но вся эта внезапность была похерена после Гоя. Я знал, чего ожидать, откуда ожидать и как на это реагировать.

Почти в упор он использует табличку, и прямо мне в лицо ударяет пламя. Я среагировал на это касанием меча земли, и передо мной, будто щит, вырос толстый широкий кол, который и закрыл меня от адского пламени, который меня едва не сжёг. Огромное пламя объяло весь мир и несколько секунд было нечем даже дышать

Но едва оно закончилось, как меня чуть не располовинило вместе с колом ударом. Я едва успел увернуться, как лучик счастья распилил мой щит пополам, разметав его в разные стороны, и из пыли на меня выскочил наёмник.

И вот мы скрещиваем свои клинки. Наше столкновение было такой силы, что по земле разошлись самые настоящие волны, а меня от обрушившегося удара вмял в землю так, что подо мной появился кратер.

Мы в первый раз оказались так близко друг к другу.

Лицо наёмника было пустым, мягко говоря. Оно не выражало ничего, словно белая маска, на которой кто-то выбил человеческие черты. Но вот взгляд… да, я узнал его. Этот взгляд человека, который охотится за силой, которого в жизни интересовала только сила. Спроси меня, как он прошёл барьер между пятый и шестым уровнями, и я точно скажу, чем он пожертвовал ради продвижения.

Однако…

Однако сейчас, когда он тоже на шестом уровне, я чувствовал его слабость. Чувствовал, что его шестой уровень второй стадии (а был, я так понимаю седьмой уровень второй стадии) почти равен моему уровню развития, если не слабее. В отличие от него я брал все ступени.

Почувствовал ли он это, когда наши клинки соприкоснулись? Не знаю.

Но мне вполне хватило сил оттолкнуть его назад и сорваться с места ублюдку навстречу.

Я собирался покончить с этим боем здесь и сейчас.

Вновь клинки встречаются, но удар такой силы, что отбрасывает уже его. Он оставляет глубокую борозду на земле, и принимает мои атаки парированием.

От наших взмахов в полную силу поднимается ветер, который кренит кроны деревьев. От промахов, земля вздрагивает. Удары мимо срубают деревья, как кусты мачете.

Я делаю пару колющих атак, полностью сосредоточившись на бою и потеряв из вида клинки веера. Уж слишком много концентрации тратится на них, а сейчас каждая ошибка означает смерть. Мне было куда важнее не сбавлять напора, чтобы не дать ему перехватить инициативу.

Колющий в живот, удар по ногам, укол в голову, рубящий в бок — он смог парировать и увернуться от всех, но сам отступал шаг за шагом назад. Но до поры до времени, пока неожиданно не сделал во время моей атаки шаг вперёд и не пнул в живот.

Такого я слегка не ожидал, если честно.

Меня отбросило назад, и собой я умудрился попутно снести чей-то дом. Пропахал землю, несколько раз кувыркнулся и едва отпрыгнул, когда подо многой выросли колья. Наёмник уже был тут как тут. Его меч прошёл рядом с моим лицом — я успел отклонить голову за мгновение до фатального касания после чего…

Дал ему млять такого леща, что упырок улетел нахрен!

Сука…

Я прыгнул к нему в тот момент, когда он встал. Звон металла, посыпались искры, и нас обоих чуть-чуть отбросило назад. Ну как чуть-чуть — и я, и он оставили борозды от ног в земле после столкновения. Мы вновь сошлись, удар слева, удар справа, удар сверху, колющий, опять колющий…

Мечи только так и мелькали, теперь выглядя просто размазанными веерами, которые искрились от каждого касания друг с другом. Мы постоянно двигались, то отступал он, то отступал я, то мы сдвигались влево или вправо.

Будто немного притеревшись между собой, в ход пошли техники. Они вспыхивали с обоих сторон, грозясь унести жизнь каждого из нас при не удачном шаге или слишком медленной реакции, но пока мы были на равных…

***

Цурико, затаив дыхание, следила за боем.

Юнксу и неизвестный наёмник, о котором ходили легенды, сошлись в центре её родной деревни не на жизнь, а на смерть. Оба до ужаса спокойные, невозмутимые, но их лица не выражали ничего кроме огромного сосредоточения. Их удары были не видны даже её глазу, мечи сливались с воздуху, обозначая места соприкосновения лишь искрами, которые не успевали гаснуть, как вспыхивали вновь.