"Фантастика 2024-84". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Мишин Виктор Сергеевич - Страница 413

Состав начал тормозить – заскрипели колеса, раздался лязг сцепок. Глеб встал, подошел к двери, выглянул и сказал:

– Станция какая-то.

– Ну, опять будем стоять полдня.

Мастер спросил:

– Что за станция, Глеб?

– Полиция, – процедил Глеб.

– Название такое? – удивился Пашка.

– Полиция, – повторил Глеб. – Целая свора.

Мастер стремительно поднялся, подошел к Глебу, выглянул. Увидел впереди старое здание станции из красного кирпича, семафор с красным глазом, еще какие-то строения и – главное – две «буханки» в полицейской раскраске, с мигалкой на крыше. Рядом стояла группа полицаев.

Состав замедлял ход. Глеб пересчитал: восемь красавцев. Все – с автоматами. Почти все в бронежилетах, в касках – явно не на пикник собрались.

Подошел Пашка, следом за ним – Томилин.

– Что, интересно, им здесь надо? – спросил чекист.

– Не знаю, – ответил монах. – Но не исключаю, что им нужны мы.

Томилин сказал:

– А у меня и патронов нет.

Мастер внимательно посмотрел на него, потом сказал: «Глеб…» Глеб ответил: «Есть», – вернулся в угол и склонился над рюкзаком. Спустя двадцать секунд он вернулся, протянул чекисту ПМ и запасной магазин: «Держите, Тимофей Трофимович».

Ловко управляясь в «полторы руки», чекист извлек магазин, убедился, что полный. Улыбнулся, вставил магазин в рукоятку, опустил предохранитель и передернул затвор. Потом достал свой собственный пистолет, тоже вставил магазин и передернул затвор.

Монахи тем временем извлекли «суоми», АКСу, ТОЗ и два обреза.

Томилин сказал:

– Ого! Откуда дровишки?

– Из лесу, вестимо… Банда амнистированных в поселок нагрянула. У них конфисковали.

– Понятно.

А поезд все замедлял и замедлял ход и через тридцать секунд остановился метрах в пятнадцати от полицейских. Четверо мужчин в теплушке рассматривали их через щели в стенке.

Пузатый полицейский сказал что-то молодому полицаю. Тот подбежал к «буханке», сунулся внутрь и через несколько секунд вернулся с мегафоном в руке, подал его пузатому. Полицейские взяли автоматы наизготовку, немного разошлись в стороны.

Пузатый выплюнул под ноги сигарету, растер ее ногой в нечищенном ботинке и поднес мегафон к мясистым губам:

– Эй, бля, в последнем, бля, вагоне, нах! Томилин шепотом выругался. Пузатый продолжал:

– Выходим, бля, по одному, бля, с поднятыми руками, нах. Оружие, бля, выбрасываем, нах. Кто, бля, дурковать вздумает – расхерачим, бля, нах!

Несколько секунд было тихо, потом голос из вагона – молодой, испуганный – закричал:

– Не стреляйте! Не стреляйте, мы сдаемся.

Спустя секунду из проема вылетел короткий обрубок, упал в трех метрах от теплушки. Все увидели: обрез двустволки. Полицаям стало понятно: уголовники. И готовы сдаться. Это мгновенно разрядило напряжение. И повысило настроение полицаев. А как же? Взяли вооруженных. А то треплют про нас: ни хера, мол, они не могут, а только водку жрать и грабить. А вот вам лысого в обе руки – взяли группу бандюков вооруженных.

Из теплушки вылетел второй обрез. Голос вновь крикнул:

– Не стреляйте, мы выходим.

Кто-то из полицейских уже забросил автомат за спину. Пузатый сунул молодому мегафон: подержи, бля, нах. В теплушке Мастер сказал:

– На счет три… готовы?

Все были готовы. Мастер лег на пол у двери.

– Раз… два… три!

Пашка выбросил из проема банку тушенки. Банка – желтая, блестящая, упала на асфальт и покатилась. Все полицейские посмотрели на банку. В ту же секунду Мастер выставил ствол «суоми», дал очередь. Полицейские, как зайцы, брызнули в разные стороны. Одновременно Глеб с автоматом в руках выпрыгнул из теплушки, перекатился, лег на асфальт и с ходу открыл огонь.

Пули двух автоматов выкашивали, выбивали продажную полицейскую рать. По-бабьи приседая, метался туда-сюда пузатый. Стрелять в ответ начал только один, но стрелял не долго – Томилин прямо из вагона вкатил ему пулю в лоб…. Через двадцать секунд все было кончено. Собрали оружие, документы, деньги (не мародерство – боевые трофеи), прострелили колеса и радиатор одной «буханки», сели в другую и поехали. Томилин напоследок несколько раз пнул ногой тело пузатого, громко крикнул:

– Менты – суки, волки позорные! Всегда вас резал и резать буду!

Иван с Дельфином вернулись через пять дней, Дервиш с Братишкой – через неделю. Встретились на специально снятой квартире. Дервиш выглядел довольным и, пожалуй, помолодевшим.

– Ну, друзья мои, – сказал он, – раз мы все снова здесь, то уже можно утверждать, что документы у нас качественные и через границы мы можем перемещаться без проблем… Об остальном мы сейчас поговорим подробно. Кто начнет?

Иван сказал:

– Давайте я… Итак, мы с Николаем вылетели в Копенгаген. Из Копенгагена бортом компании «Эйр Гренланд» в Конгерла… тьфу, блин! Хрен выговоришь… в Конгерлассуак. Перелет пять часов. А уж из Конгер… в общем, оттуда самолетом местной линии в Готхоб. Паспортный контроль везде проходили на раз-два… Короче, прилетели в пункт назначения. Места там, безусловно, суровые, но жить можно – народ дружелюбный, в гостиницах полно свободных мест. На другой день мы без проблем наняли частный гидросамолет. Правда, дорого, тысяча двести евро в час. За девятьсот можно арендовать вертолет, но у гидросамолета есть большое преимущество… Знаете какое?

– Возможность посадки на воду?

– Там есть и вертолеты, способные садиться на воду. Дело в другом – в том, что вертолеты базируются в местном аэропорту. Там какая-никакая, но охрана и контроль. А вот гидросамолеты – их всего-то несколько единиц – стоят у специального причала-понтона в бухте. А там уже никакого контроля нет! Охранник есть, но контроля нет.

Братишка одобрительно поднял вверх большой палец. Иван продолжил:

– Наша легенда – русские туристы, любители экзотики, хотим поснимать пейзажи в стиле Рокуэла Кента: о, эти суровые скалы! О, эти холодные полутона!.. В общем, наша легенда никаких вопросов не вызвала – туда разные чудики прилетают. Тем паче теперь, когда стало понятно, что гренландским ледникам недолго жить осталось… Короче, мы вошли с пилотами в контакт, арендовали гидросамолет, подарили русские сувениры и водку. Водка им понравилась, попросили в следующий раз привезти еще… Полетали вдоль побережья, поснимали. А как, спрашиваем, полетать над открытым морем? – Да без проблем… Полетали над морем, поснимали айсберги. Потом пригласили ребят к себе, под выпивку аккуратно вывели на разговор о буровых платформах. Один – Джон его зовут – говорит: а у нас в проливе стоит, мол, одна платформа… Мы: ой как интересно, а нельзя ли к ней слетать, посмотреть? Можно, говорят, но лететь больше часа. А близко к ней все равно нельзя подлететь. – Почему?.. Они маленько помялись, потом говорят: у нас есть негласное распоряжение ближе чем на три морские мили не подходить. – Да почему?.. Да там, говорят наши доблестные авиаторы, живет один важный человек – оч-чень важный!.. Мы включаем дурака: ну и что?.. А то, говорят они, что уже был инцидент со старым Нельсоном. Он тоже катает туристов. Старый Нельсон по просьбе каких-то англичан и за приличные бабки приблизился на своем вертолете к платформе. Так с платформы по нему дали очередь из автоматической пушки… Мы спрашиваем: что – сбили?.. Нет, говорят, не сбили. Видать, хотели только попугать… Мы на это говорим: ну так и плевать. Вы ж ребята не из трусливых… Так-то оно так, говорят, не из трусливых, но есть нюансы. – Какие? – А такие: уже на следующий день к старому Нельсону наведались двое. – И что? – А то, что сказали ему прямо: еще раз, старый пень, подлетишь к платформе – убьем. Старый Нельсон в разных бывал переделках, его испугать трудно. Но тут он струхнул. Потому что, сказал он, они не пугали. Они из тех, кому человека пришить, что сигарету выкурить. Вот так… Мы с Колей поменжевались для виду и спросили: ну, а на три-то мили можем подлететь?.. А на три, говорят они, без проблем… Короче, на следующий день мы полетели к платформе… Николай Василич, давай дальше ты.