"Фантастика 2024-84". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Мишин Виктор Сергеевич - Страница 782

Я с полчаса изучал площадь, линию траншей и заграждений противника по западной стороне площади и принял невероятное решение.

– Товарищ капитан, а я туда пойду, помогите фрицев отвлечь, – я указал на подбитый КВ, что стоял недалеко от бывшего «Молочного» дома, который мы успешно подорвали недавно.

– Как ты собираешься туда пролезть? – обалдел ротный.

– А смотрите, слева видите траншея, – я указал вперед.

– Ну, – кивнул капитан, – так она же немецкая!

– А в ней нет никого, скорее всего, там просто мины стоят, я еще вчера заметил, что фрицы в ней не появляются. Она отлично просматривается из Дома Павлова, поэтому противник в нее и не лезет.

– И…

– Ну, а по ней я до танка доберусь. Лягу между гусениц под днищем, Петро сзади, прикрывать будет, а спереди у меня хрен кто пройдет. Я буду чуть ли не на вражеских позициях, они ни за что не услышат в трескотне собственных выстрелов, отдельные хлопки моей винтовки, тем более по звуку она им хорошо знакома, за своего примут.

– А ведь может получиться, – почесал затылок капитан, – у тебя тогда такой обзор будет, все немцы твои. Только вот те, из дома, к тебе не придут?

– А мы растяжки поставим с Петей, прямо по их траншее, вот будет веселье.

– А чем помочь-то? – так и не понял командир.

– Надо нескольких бойцов в траншею посадить, в том месте, где ближе всего к Дому Павлова, их там будет не видно, а если все-таки фрицы полезут из ближайших домов, парни отвлекут их, давая нам возможность уйти.

Договорились обо всем. Мне выделили как раз тех троих, что остались в живых от моего бывшего взвода. Ребята даже обрадовались возможности участвовать в бою, а то их задвинули в угол, сидите, мол, ждите, когда вас куда-нибудь сунут.

Выдвинулись в девять утра. Дождь хреначит с ночи, мелкий, противный и холодный, а скоро уже и снегу навалит. Будет намного сложнее передвигаться. Я полз первым, держа винтовку так, чтобы прицелом не задеть обо что-нибудь. Немцы в этом направлении активности не проявляли, но наблюдатели-то точно есть, я даже вижу пулемет, нацеленный в нашу сторону. Когда мы будем в его зоне, я шлепну пулеметчика, и мы спрыгнем в траншею, там, я думаю, мы будем в относительной безопасности. А, я ведь не сказал самого интересного, мы опять вырядились в немецкую форму. У меня так вообще шинелька унтера, холодная, как бумажная. Еще бы фашисты не мерзли, наш ватник в десять раз теплее будет.

В пулеметчика пришлось стрелять два раза, там второй номер шустрый оказался. Когда стрелок улегся лицом на пулемет, его напарник живо подхватил ствол и хотел уже открыть огонь, но у меня винтовка смотрела прямо на него, поэтому я не медлил.

Соскочив в траншею, дружно залегли на дно, в лужи грязи и застыли. Ну, фрицы, уже освоили, значит. Впереди по ходу движения к противнику виднелась веревка, натянутая от стенки к стенке. Растяжку сообразили, ну-ну. Я подполз и, осмотрев, просто перерезал осторожно эту веревку. По краям были чуть присыпанные две противопехотные мины, нехило немцы соображают, да вот проблемка, лески, видно, не нашли и привязали веревку, а ее издалека видно. Я, так как сам балуюсь такими штучками, всегда под ноги гляжу, особенно с тех пор, когда чуть на минное поле не влез, теперь постоянно проверяюсь. Показав парням, чтобы не двигались, осторожно снял мины и передал их по очереди бойцам, приказав тащить с собой. Там, где мы будем вылезать из траншеи, я их и поставлю, будет немцам сюрпризик.

Мины я воткнул, но вот возможности быстро добраться до танка пока не было, слишком уж немцы пристально наблюдают. Ждали уже минут двадцать, когда вдруг в небе что-то загудело и земля начала трястись.

Ну почему в нашей славной армии все через одно место, а? То сутками командиры не могут выпросить авиаподдержку, чтобы накрыть место сосредоточения противника, и штурмуя винтовками гаубичную батарею, а то на тебе, прилетели… Причем в этот раз ладно бы «кукурузник» какой притарахтел, так нет, пара «горбатых» заходила с востока, прямо с берега Волги. Вашу маман, от фрицев уворачиваемся, так сейчас свои похоронят заживо. У них ведь сотня метров и не промах даже.

– Вниз, быстро, забились все как мыши под веник! – ору я, сам падая в грязь. Как еще в такую погоду они взлетели-то вообще, ведь как ни просят, все у летунов погода нелетная. Загрохотало так, что казалось, нас сейчас выкинет из траншеи. Я лежал и смотрел на то место, где установил мины, чуток заденут и… Все-таки есть бог на небе. Самолеты, сделав два захода и прилично вломив немцам в домах с западной стороны площади Девятого января, свалили, издевательски покачав крыльями. Мы поднялись и осмотрелись, слава все Ему же, все были целы.

– Так мужики, как договаривались, сидите с краю, если что, долбите из ручника по фрицам и кидаете дымовую, давая нам уйти, но это в крайнем случае, понятно? Если те просто бегают, стреляют, не надо устраивать здесь Ватерлоо. Только если пойдут к нам, в этом и есть ваша работа.

– Все ясно, командир, – ответил за всех Федор.

– Молодцы, Федь, ты за старшего, мы пошли.

Выползли очень вовремя, еще вокруг стояли дымы, а кое-где даже что-то горело, поэтому немцам было не до нас. Когда мы устраивались под танком, прилетел «привет» уже нашим, от немцев. «Штуки» со своими противными ревунами прошли в таком пике, что мы чуть не обделались. Я еще только появился здесь, в этом времени, там, на полях при отступлении испытал на себе эту заразу, как же мне не понравилось-то! Буквально аллергия на них. Слышали когда-нибудь, как перед внезапно прыгнувшим на дорогу пешеходом с визгом тормозов пытается остановиться машина? Вот, примерно похоже, только еще представьте себя на месте пешехода.

Земля теперь дрожала под ногами наших бойцов на той стороне площади. А как ликовали немцы… Суки, аж прыгают все возле своих убежищ. Под грохот разрывов не выдержал, сунул винтовку между катками КВ, он боком к немцам стоит, быстренько так отыскал офицерика, гад, даже фуражку надеть не побоялся, взял и завалил того. Нехай на том свете радуется. Выстрела моего никто не заметил, да и не ждут немцы такой наглости, особенно когда здесь только что штурмовики работали. От танка, под которым мы прячемся, до фрицевских укрытий, метров пятьдесят, не больше, точно, они просто не ждут от нас такой наглости.

Развернувшись где-то на юге, «штуки» шли на второй заход. Шесть самолетов начинали пикирование на площадь. А ну-ка, вроде слышал, что кто-то попадал по самолетам с земли. Винтовка лежит на гусенице танка, я только ствол высунул наружу, фрицам эта сторона все равно не видна. Поймал в прицел силуэт «лаптежника» и начал вести ствол вслед за ним. На пикировании, скорость у того большая, а попробую-ка я его на выходе поймать.

– Сань, ты чего? – услышал я голос Пети. Игнорирую вопрос и пытаюсь рассчитать траекторию. Если тот, кого я выбрал в подопытные, так и не сменит курс, то выходить он будет аккурат над северной частью площади. Винтовка следует за самолетом, кажется, даже летуна вижу, затем уходит чуть вперед, дистанцию определить не возьмусь, но… Выстрел, затвор, естественно, попаданий не вижу. Чуть доворачиваю ствол и… Как будто споткнувшись, «лаптежник» вдруг сваливается на крыло и входит в штопор. Спустя несколько секунд стоявшие неподалеку дома скрывают от нас падение геринговского выкормыша. Пламени не было видно, но дымок, появившийся на горизонте, четко давал понять, что я ссадил-таки этого говнюка. Немцы не стали повторять заход, а выйдя из последнего пике, ушли на аэродром.

– Ну, ты… у меня даже слов нет, вот это ты выдал! – восхищенно трясет меня за ногу напарник.

– Петь, это случайность. – Я и правда так считал. Более того, уверен, что возьмись я повторить это, ничего бы не получилось. Куда я там попал, что самолет вдруг кувырнулся, не знаю, наверное, в пилота. Слишком маленьким снарядом была моя пуля, чтобы подбить самолет, наверняка в пилота.

Спустя десяток минут фрицы, осмелев, полезли на площадь. «Штуки», видимо, хорошенько причесали наших бойцов, потому как сопротивление ослабло. Две пеших команды фрицев, перебегая от кучи обломков к другой такой же, от развалин к развалинам, подходили все ближе к Г-образному дому. Я погорячился, сказав капитану, что немцы будут у меня как на ладони, теперь придется изгаляться, чтобы придавить противника. Видеть-то я их видел, но вот расстояние… Слишком много препятствий на пути пули.