Фотосессия с Незнакомцем (ЛП) - Биел Лорен - Страница 10

Мятое полотенце обхватывает её живот, обнажая прекрасную грудь. Её волосы всё ещё влажные после душа. Левой рукой она крутит сосок между кончиками пальцев, а правая рука лежит у неё на коленях под полотенцем. Мне не нужна её реакция, чтобы знать, что она хочет, чтобы я продолжал.

ItsVenti: И что произойдёт, когда я тебя поймаю?

Рот Мэрайи приоткрывается, и она откидывается назад. Её ноги раздвигаются, полотенце падает, позволяя мне ясно видеть её руку между сочными бёдрами.

ItsVenti: Ты бы стала бороться со мной или наоборот хотела бы этого?

Она продолжает играть одной рукой, а свободной печатает ответ. Уведомление всплывает на экране.

Whorista: Я бы боролась. Боролась с тобой изо всех сил.

Но я бы этого хотела.

Когда я был моложе, я смотрел много порно нон-кон — очень много порно — так что неудивительно, что мой член напрягся при мысли о том, чтобы разыграть с ней свою фантазию. Не помогает и то, что я вижу эти изящные телодвижения Мэрайи, когда она покачивает бёдрами в ответ на мои слова и гонится за оргазмом, не догадываясь, что я смотрю на неё прямо сейчас.

ItsVenti: Ты увлекаешься нон-кон?

Whorista: Что это?

ItsVenti: Сексуальное взаимодействие без согласия. Но ты заранее даёшь мне согласие, и я делаю с твоим телом всё, что захочу. Конечно, до установленных тобой пределов. Если я поймаю тебя, я буду трахать тебя до тех пор, пока ты не сможешь стоять, даже если ты будешь умолять меня остановиться.

Она откидывает голову назад и издаёт дикий стон, потирая клитор. Я понятия не имел, что та милая девушка которая, была у меня на коленях в день фотосессии, окажется в таком чате. Что ей может быть интересно что-то подобное. Хотя, судя по тому как ей понравилось моё ревностное поведение и собственническое отношение к её телу, не так уж и сложно предположить, что она, возможно, захочет, чтобы её трахнули, как будто она «вещь», которую можно использовать.

Whorista: Я хочу попробовать. Очень хочу.

Я вытаскиваю член и поглаживаю его горячую длину. Возбуждение настолько сильное, что мне больно. Никогда в жизни я не хотел никого больше, чем её.

ItsVenti: Похвала или унижение?

Whorista: Я не знаю.

ItsVenti: Тебе нравится быть хорошей девочкой или шлюхой?

Её губы сжимаются при вопросе, и движение между её ногами прекращается. Не слишком ли я оттолкнул её?

Whorista: Разве я не могу быть и той, и другой?

ItsVenti: Со мной ты можешь быть кем захочешь.

Whorista: Когда и где?

Мы оба кончаем почти в унисон. Её дрожь утихает, когда начинается моя. Я дрочу сильнее и быстрее, сперма стекает по моей руке, когда она вытаскивает свою, её пальцы блестят от влаги между ног. Это могла быть моя рука.

Там будет моя рука.

Она вся будет моей.

Глава 12

Мэрайя

Вокруг меня щебечут сверчки, хотя ещё даже не ночь. Солнце скрылось за горизонтом, и уже начало темнеть. Осенний воздух щиплет мою кожу, и я плотнее укутываюсь в куртку. Чем дальше я иду в лес, тем больше задаюсь вопросом, правильно ли я поступаю.

Я буквально соблазнила случайного незнакомца в Интернете и сказала ему, что хочу, чтобы за мной охотились в лесу, как за животным. Что, чёрт возьми, я делаю?

По крайней мере, у нас есть стоп-слово «тыква» — на случай, если что-то окажется для меня слишком невозможным, что вообще, для меня слишком невозможное? Я не узнаю об этом, пока не попробую, думаю, именно для этого и нужно стоп-слово.

Я оглядываюсь вокруг. В этой части местности лес настолько густой, и я боюсь, что он не сможет меня найти. Мы не обменивались контактной информацией. Чёрт, мы даже не представились нормально друг другу. Он хочет, чтобы я называла его «кошмаром», и он будет в маске. Он мог быть кем угодно под этой маской. А это значит, что, соглашаясь на это, я готова впустить в себя кого угодно.

Какого хера я творю? Я чувствую себя какой-то сумасшедшей оттого, что мне хочется отдаться первому встречному в интернете. И всё потому, что мне нравится, когда меня преследуют, и то, как я чувствую себя возбуждённой при этом.

Страх превращается в какое-то странное желание, которое я не могу контролировать. Мне понравилось, когда Дэл проявил себя собственником по отношению ко мне. Я почувствовала это прямо своей киской, и я не могу перестать думать об этом. Я просто буду представлять, что этот человек в маске — это он. Возможно, я не буду чувствовать себя такой чокнутой, если буду думать, что это кто-то, кого я знаю. Но если бы это было так, возможно, я бы не была настолько возбуждена.

Я не могу ничего с собой поделать, но мне любопытно, как он поживает после фотосессии. Думал ли он когда-нибудь обо мне, или, как и фотографии, наша встреча была для него лишь коротким воспоминанием?

Поднимается ветер, развевая мои волосы и поднимая юбку. Я прижимаю руками ткань к ногам. Мои бёдра холодные, но ботинки согревают меня. Я боюсь заблудиться, если зайду слишком далеко в лес, поэтому останавливаюсь у большой сосны и жду.

Откуда-то сзади доносится зловещий свист, и это не ветер.

— Беги, маленькая шлюха! — кричит глубокий, угрожающий голос.

— Беги! Потому что, когда я тебя поймаю, я тебя трахну!

Слова, которые доносятся до моих ушей, спускаются к нижней части живота, где медленно сливаются с растущим теплом между моих ног. Я отталкиваюсь от мягкой земли и начинаю бежать. Как он нашёл меня так быстро?

Я ускоряю шаг, протискиваясь между деревьями к тропе, по которой я пришла в лес. Тяжёлые шаги сопровождают каждое моё движение, вселяя в меня страх, который я так жаждала испытать. Несмотря на то, что я это устроила, и на то, что я согласилась на всё это — моё тело, похоже, не осознаёт отсутствия риска. Мой мозг знает, что с нами всё в порядке, но тело реагирует иначе.

Беги, уноси свои ноги отсюда скорей и не допусти, чтобы тебя трахнули, как бы сильно ты этого не хотела. Это то, что моё тело кричит моему мозгу.

Сердце бешено колотится в груди. Такое ощущение, будто оно пытается выпрыгнуть изо рта, но застревает в горле. Задыхаясь, я продолжаю двигаться дальше, пока ноги не начинают дрожать. Больше не слыша его шагов, я облокачиваюсь на дерево, в надежде, что смогу немного отдышаться.

— Вот ты где, — говорит голос позади меня.

Охнув, я поворачиваюсь, и мой взгляд останавливается на блеске ножа. Я не соглашалась на оружие.

— Зачем тебе нож?

— Заставить тебя делать то, что я хочу.

Для этого ему не нужен нож. Я и так согласилась делать то, что он захочет.

— Подними эту юбку и потри для меня свою хорошенькую пизду, — говорит он под маской. — Я хочу увидеть, как ты будешь извиваться, прислонившись к этому дереву.

Ладно. Может быть, это не то, о чём я мечтала в конце концов, и это кажется неправильным, но я подчиняюсь и поднимаю юбку, потому что, по сути, это то, о чём я просила.

Мои взгляд останавливается на маске-черепе, а затем переходят на нож, висящий на его бедре. Моя рука поднимается вверх по бёдрам, прежде чем нырнуть в трусики и начать себя трогать. Холодный воздух дразнит меня с каждым прикосновением тёплых пальцев.

— Прекрасно. А теперь кончи для меня, — стонет он, потирая выпуклость на своих чёрных штанах.

Я прислоняюсь к дереву, мои бёдра дрожат, когда я начинаю ускорять движения пальцев по клитору. Быстрые круговые движения приближают меня к кульминации, и я быстро моргаю с каждым содроганием тела. Когда волна удовольствия, наконец, разливается между бёдрами, мои веки закрываются. Когда я открываю их снова, мужчины уже нет, как будто его здесь и не было. Если бы не следы его ботинок на том месте, где он стоял, я бы подумала, что мне всё это привиделось.

Очередной свист приносит затхлый осенний воздух. Он звучит издалека, но от этого звука у меня кипит кровь, а сердце бешено колотится в груди.