Переломный момент (ЛП) - Лоусон Пайпер - Страница 28

21

НОВА

На следующий день я уже на стадионе и работаю над другим рисунком, не имеющим никакого отношения к свадьбе сестры.

Харлан сказал, что я могу приходить и уходить, когда захочу. Так что было несложно спланировать мой визит так, чтобы он совпал с тренировкой «Кодиакс» на поле, пока Мари на работе.

Внизу на поле ребята в тренировочных майках выполняют упражнения. Я никогда раньше не оценивала, насколько жестко расписан сценарий игры. Каждый акт агрессии на поле, каждая игра в обороне планируются и репетируются снова и снова.

Прямо сейчас тренеры держат планшеты, переговариваясь между собой. Главный тренер пристально наблюдает, скрестив руки, как Клэй ведет мяч по площадке, охраняемый новичком.

Клэй уходит в сторону, опережая новичка на целую секунду. На мгновение он замешкался, когда перераспределил свой вес.

Майлз отходит к краю площадки и окликает его. Клэй вскидывает голову и отдает пас своему товарищу по команде, который бросает тройной в сетку.

Джейден празднует победу, давая пять Клэю, который выглядит так, словно о чем-то задумался. Колено?

Даже сейчас я сижу в корпоративной ложе, достаточно высоко, чтобы никто из игроков меня не заметил. Не то чтобы Клэй был бы против моего появления, но я здесь не для того, чтобы увидеть его. Не совсем.

Я смотрю и рисую.

— Только не говори мне, что ты меняешь лошадей в середине забега, — Брук плюхается на сиденье рядом со мной и заставляет меня подпрыгнуть.

— Как тебе удается так тихо ходить на каблуках?

— Тренировки, — она перекидывает свои косы через плечо, затем берет в руки рисунок, над которым я работаю. — Ты подкатываешь к моему брату?

— Нет, — я переворачиваю страницу на предыдущую. — У меня тут все парни. И Майлз тоже.

Ее глаза сужаются. Она кладет альбом для рисования на колени, ее ногти цвета лаванды задевают края страницы.

— Черт. Тебе следует выставлять свои работы в галереях. Я не просто так это говорю. Я не вру. Если бы они были хреновыми, я бы тебе сказала.

Я смеюсь.

— Спасибо?

Мне нравится, когда в моей жизни есть кто-то, кто говорит то, что имеет в виду. Брук собрана и уверена в себе, как моя сестра, но у нас нет такой драмы, как после долгих лет общения друг с другом.

Брук смотрит на набросок Майлза.

— У него неправильный рот. Он поднимается вот здесь, когда он бросает тройку.

Я смотрю между ней и ребятами, но он отвернулся, пока они готовили очередную комбинацию.

— Откуда ты знаешь, что это тройка?

— Ноги. Сосредоточенность на его лице. У него всегда такой сосредоточенный вид Джейсона Борна, когда он обводит дугу.

— Видите то, что вам нравится?

Майлз поймал наш взгляд, и все парни подняли головы. Клэй вытирает лицо полотенцем, затем его взгляд встречается с моим. Его подбородок поднимается в кивке.

Тайный кивок.

Кивок горячего парня из старшей школы.

Парень, который заставлял тебя кончать в двухъярусной кровати и обнимал тебя, пока ты смотрела «Принцессу-невесту».

Я пытаюсь изобразить спокойствие и притвориться, что меня не волнует тот факт, что Клэйтон Уэйд, самый сексуальный мужчина, которого я когда-либо видела, лучший игрок целой команды профессиональных спортсменов, смотрит на меня так, будто я единственное, на что стоит смотреть.

Я не могу отвести взгляд.

Когда мне кажется, что я могу сдержать чувства, не дать себе загореться...

Клэй снимает с себя майку.

Между моих бедер разливается жар, словно тайный грех.

Я знаю, как эти мышцы прижимаются ко мне. Как он звучит, этот низкий рык в моем ухе.

Он знает, что я наблюдаю, и ему это нравится. Он не спеша идет в сторону поля, чтобы взять новую футболку.

Если бы он подошел и сказал, что хочет трахнуть меня на глазах у всех, мне бы потребовалась вся моя сила воли, чтобы не лечь на пол и не позволить ему это сделать.

Тренер дает свисток.

— За работу!

Через мгновение они снова сосредотачиваются. Мне требуется гораздо больше времени.

Брук передает рисунок обратно.

— Может, ты и права насчет рта, — говорю я, снова взглянув на него. — Ты подозрительно хорошо его знаешь.

— Он лучший друг моего брата. Я видела его во всех состояних.

Мы обе смотрим на игроков.

Я говорю:

— Под «всеми состояниями» ты имеешь в виду...

Она складывает тонкие руки на груди.

— Не надо.

– Почему бы и нет? Он симпатичный, — говорю я. — Его волнистые темные волосы и ямочка, когда он улыбается. У него есть чувство юмора, и он очаровательный плейбой.

— Сначала мой брат убьет его. Потом меня. Потом вернет Майлза к жизни и убьет его снова.

Я заинтригована настолько, что закрываю свой альбом и кладу его на соседнее сиденье.

Брук все еще смотрит на поле.

— Ты можешь любить этих парней, Нова, но они всегда будут любить баскетбол больше.

Решительность ее слов застает меня врасплох, но она продолжает.

— Я думаю, ты подходишь Клэю. Возможно, он даже подходит тебе. Но я хочу быть твоим другом, а друзья говорят друг другу, в чем дело. А дело в том, что ты не станешь любовью всей его жизни. У него уже есть одна.

Я поворачиваюсь.

— Не хочу вставать между ним и баскетболом. Я хочу любить что-то так же, как они любят баскетбол.

Я ожидаю, что Брук назовет меня наивной или глупой, но она только смеется.

— Желаю хорошо провести время. Трахайся с ним, пока не сможешь ходить. Черт, пока вы оба не сможете, — она бросает на меня косой взгляд. — И если это плохо закончится, я здесь.

Команда делает перерыв, и Клэй идет за своим телефоном.

Через мгновение раздается жужжание моего.

Ворчун: Взял тебе билеты на следующую предсезонную игру.

Он посылает изображение VIP-пропуска.

Нова: Это в Лос-Анджелесе.

Ворчун: Ты заслуживаешь большего, чем смотреть по телевизору.

Ворчун: Я обещаю, что после игры буду вести себя хорошо. Пока ты носишь мою майку.

Я хочу пойти. Так сильно. Но это означает перелет, который я ненавижу.

К тому же до свадьбы осталась неделя, и хотя все идет по плану, я не могу придумать ни одной причины, чтобы оправдать этот побег перед сестрой.

— Ты едешь на игру в Лос-Анджелесе? — спрашиваю я Брук.

— Не планировала.

Брук заглядывает мне через плечо, затем откашливается.

— Есть один бренд, с которым я хотела познакомиться в Лос-Анджелесе. Я могла бы увидеться с ними, пока буду там. Мы могли бы поехать вместе.

У меня перехватывает дыхание.

— Правда?

— Конечно, — Брук постукивает отполированным ногтем по губам. — Может, мне нужна помощь в этой поездке.

Я обнимаю ее за шею, и она обнимает меня в ответ.

— Это будет крушение поезда, — бормочет она мне в шею.

Я отстраняюсь и хмурюсь.

— Почему?

— Лос-Анджелеская команда лучшая. Они побеждали последние два года. Если ты думаешь, что первые две игры были напряженными, то ты даже не представляешь, что тебя ждет.

22

КЛЭЙ

Показательные игры ничего не значат на бумаге. Они о гордости. Импульс. Ваш первый шанс проверить, как продвигается работа в межсезонье. Играть против лучшей команды лиги все равно, что гадать на кофейной гуще о своих шансах на победу в этом году.

Также есть тот факт, что ребята на другой стороне поля могли бы быть моими товарищами по команде. Но сегодня это не имеет значения. Я в форме «Денвера», и именно этому я буду верен все сорок восемь минут игрового времени.

— Выложитесь, ребята, — говорит тренер. — После последней игры внимание будет приковано к Клэю. «Кодиакс» на счет «три».

Руки всех опускаются, затем поднимаются.

Я поворачиваюсь к площадке и встречаюсь взглядом с разыгрывающим соперника.

Крики болельщиков Лос-Анджелеса уходят на задний план. На трибунах полно фанатов в цветах соперника, среди которых есть несколько наших смельчаков.

Я замечаю Нову, и во мне бурлит адреналин, не имеющий никакого отношения к игре.