Уничтожить тьму - Так Стелла - Страница 79

Резко я бросился вперед, оттолкнув перед этим экзорциста, схватил высокого демона за шею и свернул ее на триста шестьдесят градусов, почти не прилагая усилий. Адам открыл рот и опустился на колени. Я схватил темную копну волос и дернул на себя.

– Ну вот. Не так тяжело, как кажется, верно? – погладил я демона по щеке другой рукой.

– Тебе здесь не место, Лор, – вмешался демон за барной стойкой. – Я не потерплю предателей в своем баре.

– Вы, демоны неблагодарные, – прорычал я на демонов вокруг. – Все эти тысячелетия я жертвовал всем ради вас, воевал ради вас, выигрывал. Я спасал ваши задницы, защищал, закрывал глаза на ошибки и прикрывал перед другими. И вот ваша благодарность?

Воцарилась напряженная тишина. В моих ушах звенело, я пнул Адама, и тот впечатался в деревянный паркет. Его тело тряслось, как желе на тарелке.

– Думаете, вы будете пировать и ликовать после смерти человечества? Вы понимаете, что мы будем голодать, как дикие звери, а вокруг будет твориться полный хаос во главе с королевой без народа. Вы называете меня предателем? Да я единственная нить, сохраняющая ваши жизни!

Последние слова звучали как рык, а не мой голос. Тьма потекла по моим венам, сливаясь с кровью и гневом. Наконец за столько времени я нормально вздохнул. Запертый внутри сознания Лиф, я словно стал забывать, кто я на самом деле. Бывали часы, когда я даже не понимал, что со мной происходит. Может, они правы? И я правда трус. Трус, который был готов потерять себя в существовании другого существа, лишь бы сохранить собственную шкуру. Теперь я понял: это битва не только между мной и Уной, но и между мной и Лиф. Наше единовременное существование невозможно. Либо я, либо она.

Неведомое чувство охватило меня, и я почувствовал, что был очень близок к тому, чтобы сдаться.

– Люди называют это «страх», – пояснила Лиф.

Страх… это такое человеческое. Чужое.

Лиф изменила меня, а я ее. Теперь я должен вытащить нас обоих, пока ее упрямство не стоило нам головы.

– Ты закончил? – вывел меня демон из рассуждений.

– О, я только начал, – от моего ответа по столам бара прошелся ропот. В воздухе, словно запах дождя, начал ощущаться вкус насилия. Я моргнул, и тут же дюжина демонов схватилась за оружие.

– Не хотел бы вас прерывать, но потенциальная возможность остаться без головы возросла до ста процентов. Может, пора валить? – сказал экзорцист рядом.

– Сначала мне нужно разобраться кое с чем, расслабься, – ответил я, вырывая из руки экзорциста пистолет. Заряд, выстрел, и вот за стойкой уже демон с круглой дыркой во лбу. Громоздкое тело повалилось на старое дерево, а вокруг воцарился абсолютный хаос. Демоны повскакивали с мест, обнажая холодное оружие и стреляя во все стороны.

– Пригнись! – крикнул я парню, отталкивая его в сторону.

Сразу несколько пуль вонзились в мое тело, но это меня не остановило. Я спустил тьму с поводка, как дикого зверя. Она забиралась в каждую щель бара, заставляя помещение вздрагивать. По полу пошли трещины, со звоном бились падающие со столов бутылки. Крутясь вокруг собственной оси, я стрелял до тех пор, пока в магазине пистолета ничего не осталось. Каждый выстрел был точно в голову, кровь забрызгала мебель и стены, трупы падали друг на дружку, как карточный домик. Когда магазин опустел, я бросил пистолет за спину, хватая жалкий кинжал, единственную защиту Лиф, и перерезал горло очередному демону у моих ног.

Нет ничего лучше грубой силы! Даже секс не сравнить с ним. Когда смерть текла по моим венам, я чувствовал себя живым, настоящим. Тело трепетало от сладкой и соленой, ужасной и прекрасной одновременно, чистой энергии.

Я смеялся. Два демона побежали ко мне, но я свернул им шеи прежде, чем они успели даже дотронуться до меня.

Думают, они имеют право прикасаться ко мне? Я самое древнее существо на этой земле. Жизнь большинства демонов – лишь песчинка, а моя жизнь – это песочные часы, сквозь которые протекают эти песчинки. Мои легкие вдыхали смерть, мое тело жило во тьме, я и был тьмой, наблюдающей за всеми созданиями издалека. Я решаю жить им или умереть.

Я схватил демона за шею и прижал к стене. Его попытка остановить меня, воткнув в плечо кинжал, лишь разозлила меня. Не успел он моргнуть, как я вырвал каждую каплю темной сущности из его тела и отпустил, как куклу. Сзади послышались шаги, я вырвал нож из собственной плоти и перерезал горло еще одному демону.

В конце бара стоял рыжий нежить с двумя автоматами в руках. Он начал стрелять сразу из обоих. Без раздумий, я побежал вперед, несмотря на град пуль, ведь каждая рана заживала быстрее, чем успевала образоваться новая. Крик, больше похожий на писк слабака, и автомат полетел в сторону вместе с рукой. Я поймал оторванную руку, вдарил нежити пощечину, и он рухнул на землю. В следующую секунду тело обмякло, потому что я свернул ему шею.

Выпрямившись, я огляделся вокруг в поисках живых. Но лишь экзорцист стоял в углу с расширенными глазами.

– Что это было?

– Урок, – ответил я, кидая в сторону парня еще теплую руку. Тот поймал ее и с отвращением посмотрел сначала на нее, потом на меня. – Сувенир. Вот теперь пора валить, пока сестра нас не нашла.

Я подбежал к Адаму, порыскал в его карманах, извлекая трофеи: пачка сигарет, бумажник и парочка ножей. Демон хрипел и злобно смотрел на меня исподлобья.

– Ну, ну, не смотри ты так на меня. Встанешь, и пожалуешься Уне, – сказал я с улыбкой, проведя ладонью по щеке демона.

Обмакнув пальцы в лужу крови рядом с ним, я размашисто написал на стене:

ИДИ К ЧЕРТУ, УНА!

Прекрасно. Стоит открыть литературный кружок. Удовлетворенный, я вытер руку о спину Адама и вышел из бара.

Ночной прохладный ветер развевал грязные локоны и обдувал красное лицо, пока я размашисто шагал по улице. Ничто так не отрезвляло, как небольшая драка с перестрелкой.

Лиф молчит. Ну и ладно.

– Эй, погоди-ка! – окликнул меня экзорцист, размахивая оторванной рукой. – Ты демон в ее голове, да?

– Зови меня Лор, – ответил я, доставая из кармана сигарету и прикуривая ее огоньком из пальца.

– А где Лиф?

– Походу, отрубилась, – повернулся я к экзорцисту и выпустил дым ему в лицо.

– Что это было? Ты расправился с дюжиной демонов минут за пять.

– Я мог бы и за одну, но за последние недели что-то расслабился. Тело Лиф прекрасно, но все же совершенно неготово к перегрузкам.

– Ладно… слушай, без обид, но тебе придется рассказать мне больше, чем я знаю сейчас. В зависимости от твоего ответа, мне придется либо убить тебя, либо дать деру.

Я остановился под теплым светом фонаря и вытянул руку, из которой не спеша выпадали пули и на месте раны сразу образовывалась корка.

– План Лиф по спасению брата – полный бред. Он будет провальным вне зависимости от ее или моего героизма. Вообще-то, я планировал сейчас ограбить банк и пожить на Сейшелах, пока все не уляжется, но… – я откинул голову назад, втянул холодный воздух сквозь зубы и медленно выдохнул. – Я кое-что понял.

– Что руки не так нужны человечеству? – спросил Крэйн, все еще держа оторванную руку.

Я усмехнулся.

– Нет. Что я нужен этим ублюдкам, которые называются моим народом.

– М-да…я заметил это в баре.

– Не в том мелочном смысле, в каком вы, люди, это понимаете. Если я отступлю и оставлю сестру за старшую, то как бы я ни скрывал Q-ген, она просто создаст новый. Она хитрая и умная, в какой-то момент она поймет, что я бесполезен, и все мои прятки окажутся бессмысленны. Поэтому придется придумать план, где Лиф сможет найти своего брата, а я убью свою сестру. Только так я смогу по-настоящему спасти свой народ. – Я сделал последнюю затяжку и кинул окурок в лужу.

– Это… – Крэйн подыскивал слова, – просто безумие.

Я подмигнул ему.

– Глаголешь истину. Вероятность смерти составляет всего девяносто девять процентов, но из-за розовых очков Лиф… у меня есть что-то похожее на надежду. Правда, даже для такого малейшего шанса нам нужен Фалько.