Простодушны и доверчивы (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 72

От удара над землёй взвился пепел и осел на его поршни.

— В одном из пределов Ма-Са-Та, — сухо и неприязненно пояснила Гата. — А их у неё в Нави ни один, и не два. И по всем нужно отыскивать её идола, пока не отыщется.

— Гарафена летит, — прищурившись, заметила Ольга в небе знакомую фигуру спасительницы.

— Видать, отыскала, — покивала Сумела.

Без всякого, признаться, энтузиазма.

Сокологлавая змея пронеслась над ними, скрипучим клёкотом призывая следовать за собой. Приставники сорвались с места и понеслись за кувыркнувшимся в воздухе и стремглав ринувшимся обратно проводником. Много не пробежали: пепел впереди поднялся единой массой и встал непроглядной стеной. К тому же непролазной: сколько не пытались в неё внедриться, пробиться так и не удалось. Обойти тоже не получилось.

Поняв тщетность усилий, все посмотрели на Сумерлу — та демонстративно глядела в сторону.

— Значит, сами, — правильно понял её полковник. — Что встали?! — рыкнул он на внучек. — Мне, что ли благоволит этот ваш… помогальник?

— Ветер? — от неожиданности переспросила Ветка и смутилась: — Да, ладно тебе.

Они дружно дунули на свои обереги и поднялись над землёй. Блисковицы полетели в одну точку, словно пытались пробить в стене брешь — Ольга их не учила, сами знали, что да как. Самобой закрутил вокруг траектории стрелок спираль, отчего те загорелись пуще, образовав сплошную струю огнемёта. Не сразу, но проход был пробит. А, едва в него первым вошёл Илья, пепельная стена обрушилась на землю — заклятье было разрушено.

Потом перед ними вставала стена огня — дед презрительно сплюнул и просто вошёл в неё — у Ольги чуть сердце не лопнуло от страха. Но огонь тоже прекратил функционировать, едва какой-то наглец осмелился перед ним не отступить.

Наконец, Гарафена привела их к каменной бабе Ма-Са-Та. Сумерла продолжала молчать, застыв на плече полковника таким же неподвижным изваянием.

— Значит, и дальше сами, — ничуть не смутился дед, разглядывая произведение древнего скульптора.

Тело истукана не стояло, а сидело на валуне. Собственно, оно и было высечено из него. Толстые короткие ноги разведены в стороны. Круглый живот намекал на беременность. Пара узких вислых грудей подтверждали, что беременна женщина. Несоразмерно тонкие руки с откляченными острыми локтями держали промеж ног длинный узкий сосуд. По-мужски широкие плечи украшены схематически обозначенным примитивным ожерельем.

Голова росла прямо из плеч. На продолговатом лице — в высоту лишь немного уступавшем телу — чётко обозначены глаза, длинный нос и полоска рта. На макушке непонятная блямба: то ли берет — что вряд ли — то ли такая причёска.

Полковник обернул свой посох в рогатину. И только намеревался вонзить её промеж глаз идола, как Илья его остановил:

— Погоди, отец.

— Говори, — охотно предложил дед.

— Я так понял, что Марго где-то шесть тысяч лет.

— Со слов Гаты, — покосилась Ольга на упрямо молчавшую Сумерлу.

— Я как-то читал про каменных баб, — обходя находку, задумчиво пояснял Илья. — Видел множество фото. Самые древние истуканы эпохи бронзы практически не антропоморфны. Их даже называют не каменными бабами, а стелами. Этой статуе не может быть шесть тысяч лет. От силы две.

— Думаешь, фальшивка? — опустил рогатину дед.

— Скорей всего.

— А что будет, если мы её разрушим? — задала Ветка отнюдь не праздный вопрос. — Это не испортит всякие там пути-дорожки с заклятьями и проклятьями?

— М-да, — затеребил бороду полковник. — Судя по заковыристому способу достижения этой цели…

— Разрушение идола кажется слишком очевидным шагом, — согласился с ним Илья. — Тем более что и защита у него так себе. По дороге сюда она была гораздо круче.

И тут Ольга вспомнила кое-что важное. Она подошла вплотную к истукану. Постояла, потом также обошла его по кругу.

— Ну? — поторопил её дед.

— В прошлый раз, — поделилась она результатами нехитрой экспертизы, — я почувствовала страшное желание провести пальцем по выбитым в камне контурам лица и всего прочего. Просто нестерпимое. И когда взяла в руку стрелу, та тоже этого захотела. В прямом смысле слова, загорелась этой идеей. А теперь, — покосилась она через плечо на колчан, — такого желания нет: ни у меня, ни у них.

— Фальшивка, — резюмировал полковник. — Пускай стоит. Если это неверный шаг, попробуем снова. Теперь хоть знаем, как пройти своими путями по общей дороге.

И только решение было принято, как они оказались в степи. Почти рядом с другой каменной бабой. Так же сидящей на постаменте. Только ноги на этот раз выглядели грубыми обрубками. Руки не отстояли от тела, а просто обозначены бороздами, окружавшими широкую массивную грудь. Они тоже держали на животе что-то вроде пузатого горшка.

Лицо истукана здорово стёрлось от времени. Но ямки глаз видны отчётливо. И прямоугольный длинный нос. А вот губы исчезли совсем — успела подумать Ольга, прежде, чем на них напали. Хва-Га рухнул из поднебесья на осквернителей всей своей массой. Дед цапнул за руку зазевавшуюся старшую внучку, Илья младшую, и богатыри буквально выдернули обеих кукушек из-под грянувшей оземь тысячепудовой смерти.

Ольга не успела бросить на лук стрелу, как мечник уже взлетел на голову чуть обалдевшего от падения змея. Ухватился за изогнутые рога и так, в позе байкеры взмыл под небеса. Вслед ему полетела рогатина и угодила прямо в нижнюю челюсть.

— Тебе не показалось, что он сюда не совсем прилетел? — задумчиво оценила ситуацию Ветка, кнут которой был сейчас бесполезен.

— Кажется, его сюда зашвырнули, — согласилась Ольга, стрелы которой вполне успешно облепили и жалили бедолагу Хва-Га.

Который вдруг заблажил на весь белый свет:

— Я не хотел! Мужики! Отпустите! Это не то, что вы ищете!

— Знаю! — молниеруким Перуном прогремел в поднебесье Илья.

— Дело говори! — вторил ему с земли полковник, повторно запуская в полёт рогатину. — А то мозги вышибу!

— Я путь открою! — в таком отчаянии завопил Хва-Га, что его даже стало жалко.

— Откроешь, отпустим! — пообещал дед, в руке которого засверкала вернувшаяся рогатина.

Тут Илья лёг пузом на плоскую башку змея и что-то ему сказал. Хва-Га от возмущения взвился ещё выше под серые небеса. Рогатина деда на этот раз его не достала. Зато неосторожный водитель вытащил один из мечей. И демонстративно вознамерился воткнуть его прямо в маковку крутящегося колесом змея. Как тот не пыжился не выёживался, сбросить с себя оборзевшего седока не смог. Выдохся и пошёл-таки на какое-то соглашение с мечником.

После чего спикировал вниз. Илья спрыгнул с замордованного чудища, и оно поспешило убраться с глаз. А приставники опять переместились в новый сектор.

На этот раз их выбросило на площадке промеж высоченных скал. Невдалеке от места высадки Илья сразу же разглядел поставленный на попа внушительный плоский камень. Однако подойти к нему не удалось. Прямо из земли перед вторгшимися приставниками принялись расти три великана. Целиком каменных, уродливых, что-то громоподобно рычавших.

— Блин, а я всё думала, — поделилась впечатлениями Ветка, разворачивая самобой, — что значит: «великаны росли из земли подобно грибам»? Это предки так гнали в своей космогонии. «Камена моя главица» и всё такое прочее. Оль, ты помнишь?

— Меня больше удивило, — пожала она плечами, — что великанами насыпали горы. Теперь понятно: в буквальном смысле слова.

— Илюха, — приготовился к бою полковник, — твой справа, мой центровой. Девчонки, ваш слева. И не снесите мне башку вашими пукалками.

Закончив расти, великаны оказались не столь уж великими: раза в три выше приставников. Ольга принялась нашёптывать заговор на стрелки, пуская из одну за другой в правое колено своего противника — отработанные приём. Каменный волот оказался довольно прытким — пришлось сигануть в сторону от поля боя, чтобы не устроить на нём свалку. Краем глаза она заметила, что так же поступил Илья, уводя в другую сторону своего противника.