"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 158

— А дальше-то что делать? — я понял задумку посредника, но вот её финальная фаза вызывала у меня большие сомнения.

— А дальше будет жёсткая посадка.

— Ты вообще в своём уме? Ты хоть представляешь себе, какой взрыв будет в месте падения этого астероида? Ты вообще видел когда-нибудь, как входит подобный астероид в атмосферу? Там же температура запредельная, он же горит и распадается на куски. Ты что, хочешь сделать из меня курицу-гриль? — возмутился я словам своего помощника.

— Джон, возможно, это единственный шанс не улететь в дальний космос и не затеряться в нём навсегда.

— Умеешь ты уговаривать. Ладно, что мне делать?

План был до смешного прост, надо было оттолкнуться от большого астероида и уцепиться за этот небольшой камень. Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, небольшого размера камень постоянно находился в движении, так что задачка мне выпала нетривиальная. Тем более что в случае неудачи можно было и в открытый космос улететь.

— Джон, прыгай прямо по центру! — скомандовал посредник и я, решившись, прыгнул.

В космосе нет веса, но есть масса, от моего удара о тело камня он получил свою порцию инерции и немного сместился, по всей вероятности, потеряв гравитационную связь с астероидом. Мне удалось удержаться на его поверхности, обняв его руками и ногами. Повернув голову, я увидел, что каменная туша моего предыдущего космического скакуна на достаточно большой скорости удаляется от меня.

— Ну что, котяра, кажется, у нас получилось! — торжествующе прокричал я.

— Да, Джон, у нас получилось. Произвожу расчёты.

Планета была уже недалеко, и я, как мог, цеплялся за камень. В этот момент у меня из-за спины появился один тонкий жгут и, извиваясь, уполз куда-то влево.

Я потерял его кончик из вида, а через семь минут услышал команду:

— Сейчас будет коррекция, держись, — и в следующую секунду я едва не выпустил из рук острые грани, за которые держался.

Меня резко дёрнуло в сторону планеты, и мы понеслись ей навстречу. Вот тут мне по-настоящему стало страшно, толком разглядеть приближающуюся планету я не мог, но она достаточно быстро увеличилась в размерах. Уж не знаю, насколько быстро мы летим, но то, что наша скорость на уровне скорости полёта бота, это точно.

Благодаря скафандру мне удавалось достаточно плотно держаться, но что будет в атмосфере планеты, неизвестно. А потом все мысли вылетели у меня из головы, потому что мы начали вхождение в верхние слои атмосферы. Поначалу было ещё ничего, но чем глубже мы проникали, тем труднее мне удавалось удерживаться на вибрирующем куске небесного камня. Мне повезло, что я закрепился в той части, которая была с тыльной стороны астероида, потому что впереди уже начиналось свечение, которое становилось всё ярче и ярче. Я вжался в камень и молился всем богам, чтобы меня не сдуло бешеными потоками разреженного воздуха. Астероид начал дико трястись, его передняя часть от температурного воздействия стала распадаться на части, и во все стороны начали разлетаться мелкие куски породы, превращаясь в яркие метеоры. Они неслись к поверхности, сгорая на своём пути, но основное тело камня всё ещё держалась.

От перегрузки, которую я в этот момент испытывал, у меня начали идти круги перед глазами, но в голове постоянно звучал спокойный голос посредника, убеждающий меня держаться.

Верхние слои атмосферы мы прорвали в тот самый момент, когда сил у меня уже практически не осталось. Астероид, раскалившийся в передней части практически докрасна, постепенно терял свою массу, но наша скорость от этого ни в коем разе не уменьшалась. Именно так, наверное, должен был чувствовать себя барон Мюнхгаузен, если бы он действительно летел на ядре.

— Джон, соберись! — сквозь дурноту услышал я. — Тебе нужно оттолкнуться от астероида! Если ты врежешься в поверхность вместе с ним, то тогда точно не будет никаких шансов на спасение.

— Как будто так они есть, — простонал я.

— Ты же сам говорил, шансы есть всегда, да и мы уже в атмосфере планеты, так что прыгай.

— Когда прыгать-то?

— Прыгай! — закричал Пыржик, и я оттолкнулся от летящего с бешеной скоростью камня.

Поток восходящего воздуха подхватил меня и отбросил в сторону, а камень улетел дальше. Ну, а я же раскинул в стороны руки и ноги и полетел к планете, которая была уже совсем близко.

Я успел увидеть корпуса нескольких космических кораблей, прежде чем услышал голос посредника:

— Джон, это точно не Дагор, это планета-свалка, и сила тяжести здесь гораздо выше. Похоже, приземление будет очень жёстким. Подожди, сейчас попробую кое-что предпринять.

— Пробуй, мать твою, котяра, что-то не хочется мне превратиться в отбивную! — закричал я.

В следующую секунду пластины моего скафандра пришли в движение, уж не знаю, что он там придумал, но скорость моего падения значительно снизилась. Практически все подвижные части скафандра немного сдвинулись и превратились в небольшие элероны. Повернув голову, насколько это было возможно, и заглянув назад, я увидел, что броня на спине разошлась в стороны, словно у гигантского жука, и эти два импровизированных крыла позволяют мне, хоть и падая вниз, всё же планировать.

— Я тебе говорил, что я тебя люблю! — радостно прокричал я, чувствуя, что шансы на спасение резко увеличились.

— Я тоже люблю тебя, Джон, только вот к удару о поверхность всё равно следует приготовиться, — отозвался посредник.

Это я понимал и сам, потому что поверхность планеты неумолимо приближалась. В последний момент сегменты моей брони вернулись на свои штатные места, и я рухнул. Удар чудовищной силы выбил из меня сознание, и в очередной раз пришла спасительная тьма.

Планета Отунар. Борт среднего крейсера «Воитель»

Немолодой дагорианин пробирался по темным коридорам давно мертвого корабля. Идти было нелегко, и каждый шаг, несмотря на помощь экзоскелетной системы старенького скафандра, давался с трудом. Но идти было необходимо.

— Проклятая гравитация, — скрипя острыми зубами, проговорил Сухар Урганар, — ничего, я тебя одолею, не впервой.

Всю свою жизнь дагорианин провел здесь, на этой проклятой планете. На которой не было ничего, кроме множества кораблей, давным-давно приземлившихся здесь, да так и оставшихся на поверхности негостеприимного Отунара. Именно сюда прилетели на своих частных ботах и челноках те, кто не поддался на посулы о скором вознесении и превращении в высшую форму жизни. Когда по слову великого проповедника братья по крови в одночасье перестали ими быть, небольшому количеству жителей Дагора удалось спастись на личном транспорте, который не успели конфисковать фанатики. К сожалению, захватить корабли с гиперприводом не получилось, всё происходило в такой спешке, что беглецы успели забрать только свои семьи, и то только тех, кто решил не менять свой уклад жизни.

Прадед Сухара был одним из этих беглецов. К сожалению, сам дагорианин, бредущий по коридорам древнего корабля, не застал его в живых, среднее время жизни при повышенной гравитации значительно сократилось. Но ему удалось застать в живых своего деда, и он рассказывал ему страшные истории о том, что творилось в то время на родной планете. Как те, кто не поддался на проповеди, втайне пытались договориться о побеге, и о том, как им это удалось. Теперь их потомки живут в чудом сохранившихся кораблях. Собирают на гигантском корабельном кладбище то, что еще можно использовать. Пищевые картриджи, хоть и просроченные, но всё еще способные выдавать некоторые виды блюд. Старые скафандры, энергоячейки и блоки регенерации воздуха. Запчасти для периодически ломающихся систем. За более чем четыреста циклов большая часть корабельных реакторов вышла из строя, выработав всё своё активное вещество.

Всё, что удавалось найти и приспособить, сносилось в те корабли, которые были не так сильно повреждены во время приземления, и на которых системы искусственной гравитации функционировали. Именно там и выживали потомки беглецов, совершая время от времени вынужденные рейды для пополнения запасов. Все ближайшие корабли были давно обобраны, и приходилось забираться все дальше и дальше в поисках чего-то ценного.