"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Потапов Андрей - Страница 498

— Мелочь? — наконец обрела я дар речи. — Может, для тебя и мелочь. Извини, но я не могу это принять.

— Нори, это просто подарок, — мягко сказал Родерик. — Он тебя ни к чему не обязывает.

— Это слишком дорогой подарок. Я не приняла бы его, даже если бы в самом деле была твоей девушкой. Но я тебе ничего не обещала и…

Я не договорила — просто не хватило слов, и сжалось что-то внутри. Сейчас он, как и Алек, пожмет плечами и скажет: «Так и я тебе ничего не обещал» — и все будет понятно. Просто игра.

Просто…

— Ты мне ничего не обещала, это правда, — сказал Родерик, засовывая кристаллы в карман. — Зато я тебе кое-что обещал. И раз кофе с пирожными тебя не устраивают… — Он снова сунулся в сумку и вытащил оттуда белоснежный сверток, от которого пахло свежей выпечкой и мясом, да так, что у меня живот заурчал на всю округу.

Я растерянно перевела взгляд со свертка на Родерика.

— Держи. — Он сунул сверток мне в руку. — Готов поспорить, что поесть тебе так и не дали. Надеюсь, это — не слишком дорогой подарок?

Я снова посмотрела на сверток. Честное слово, протяни мне Родерик горсть золотых монет или драгоценностей, я бы не колебалась, отказываясь. Но у меня с утра маковой росинки во рту не было, а пахло просто одуряюще.

— Нори, в самом деле, кусок пирога еще никого не компрометировал, — все так же мягко добавил он.

— Спасибо. — Я развернула ткань, и запах стал вовсе невыносимым, мне понадобилось недюжинное усилие, чтобы не вгрызться в пушистое румяное тесто, урча и чавкая. — Давай пополам?

— Я не голодный.

На вкус пирог был еще лучше, чем на запах, и какое-то время я не могла говорить — только жевать. Родерик тоже молчал, просто шел рядом. А потом протянул мне фляжку.

— Вода.

— Спасибо, — повторила я, напившись. — Ты меня просто спас.

— Не за что, — улыбнулся он.

— И все равно спасибо. — Я остановилась у дверей главного корпуса, в котором располагалась библиотека. В отличие от здания боевиков, здесь народа по-прежнему хватало. — И за пирог, и за то, что проводил. И за артефакты. Я не могу их принять, но забота дорога сама по себе.

— Кажется, ты собираешься со мной распрощаться, — усмехнулся он. — Погоди, помогу донести учебники. Их много, тяжело тебе будет.

— Не стоит. Три часа дисциплинарной отработки, и я надеюсь управиться за сегодня. Мало ли, что принесет завтра.

Родерик извлек карманные часы.

— Да, если пойти прямо сейчас, как раз уложишься. Рейт в своем репертуаре, да?

— Я не знаю, что у него за репертуар. — Как ни подмывало пожаловаться на несправедливость мира, ныть не стоило. Тем более что жалобы ничего не изменят.

— «Барышни приходят к нам не из любви к боевой магии, а из любви к боевым магам», — довольно похоже передразнил Родерик. — Помнится, я ему сказал, что не стоит переносить собственный неудачный опыт на всех барышень.

— Да ладно! — не поверила я. — И выжил?

Он рассмеялся.

— Тридцать часов отработки.

Ого! Это со мной он, выходит, еще мягко обошелся?

— Зато научился виртуозно работать метлой и лопатой. Без всякой магии.

Родерик взъерошил мне волосы.

— Ладно, беги, котенок, а то ничего не успеешь. И не трать время на очередь.

Я кивнула. Уходить не хотелось. Но время ждать не будет.

Оставалось только надеяться, что все сюрпризы на сегодня закончились.

Библиотека занимала половину второго этажа, и очередь к ней начиналась у самой лестницы. Похоже, все студенты решили заглянуть за учебниками в самый последний момент — и дело, которое в теории должно было бы занять несколько минут, превратилось в бесконечные часы ожидания.

Даже если бы Родерик не предупредил меня насчет очереди, я не стала бы терять время. Но просто так пропускать меня никто не собирался. Девушка года на два старше схватила меня за рукав.

— Эй, куда лезешь, занимай очередь!

— Я на отработку, — огрызнулась я, вырывая руку. Но тут же влезла еще одна:

— Хитрая какая нашлась. Никто не станет назначать отработку в неучебный день.

— Мне назначили.

— Это что такого нужно было учинить?

— Набить морду человеку, который влез не в свое дело, — сказала я, глядя ей в глаза.

Барышня выпустила мой рукав и отшатнулась — а мне только того и нужно было.

— Чокнутая, — донеслось мне в спину. — Все они на боевом думают, что сила есть — ума не надо.

Я мысленно пожала плечами. Брань на вороту не виснет, а объясняться с каждой, что лезет не в свое дело, — язык отболтать можно, тем более что оправдываться мне не в чем.

Парень, стоявший у дверей, попытался подставить мне подножку, но я спокойно перешагнула его ногу, не удостоив и взглядом.

Ближайшее ко входу пространство занимал с десяток письменных столов, дальше стояла конторка, а за ней находилась дверь, в просвете которой виднелись книжные шкафы. Женщина за конторкой заправила за ухо седой локон, подняла на меня взгляд.

— Барышня, займите очередь, пожалуйста.

— Я на отработку, — повторила я, доставая листок от декана.

Женщина вгляделась в него, держа на вытянутой руке.

— В самом деле. Простите, дорогая. Минутку. — Она протянула стоявшему ближе всех парню листок, тот оставил на нем закорючку и подхватил стопку книг, наверное, в половину собственного роста. Перенес на ближайший стол и начал распихивать по сумкам.

Хорошо, что и я свою взяла, тут одним ремнем точно не отделаешься.

— Иди сюда, милая, — сказала женщина. — Зови меня Стефания. А тебя как звать?

Я представилась.

— Пойдем, Лианор, — продолжала она, увлекая за собой в дверь.

Помещение внутри оказалось сплошь уставлено стеллажами с книгами. Множеством одинаковых книг.

— Не знаю, что вы натворили, но не иначе как светлые боги вас мне послали.

— Нас? — переспросила я, начиная догадываться, что день еще не закончился.

— Тебя и этого милого юношу, Бенедикта.

Точно подтверждая ее слова, угловатый выглянул из-за ближайшего стеллажа и улыбнулся. Я мысленно выругалась.

Выглядел он, конечно, так себе. Отек с глаз и носа убрали, но синяки остались. То ли потому, что, раз образовавшись, они не поддавались устранению с помощью магии, то ли их специально оставили, в назидание. У меня под ложечкой тоже разливалось сине-багровое пятно, даром что оно уже не болело. Но мой-то синяк никто не увидит, а вот Бенедикту светить лицом.

Но неужели это я так его расписала? Вроде и стукнула-то пару раз всего…

Нет, не я. Синяк под правым глазом — моя работа, определенно, а левый я ему подбить не могла, без одной-то руки. Кто успел и когда? Пожалуй, спрашивать не нужно.

На мгновение я почувствовала себя отмщенной и поторопилась опустить взгляд, чтобы угловатый не увидел в нем злорадства. Конечно, не стоило надеяться, что, получив выговор от своего декана и отработку, он успокоится, но и подливать масла в огонь незачем.

Бенедикт, не произнеся ни слова, снова скрылся среди стеллажей, а библиотекарша подвела меня к тому, что был ближе всех ко входу. Здесь книги не стояли одинаковыми рядами, а лежали стопками.

— Собирайте учебники, чтобы мне оставалось только их выдать, — сказала госпожа Стефания. — Вот на этой полке — для боевиков, тут — целители, рядом — алхимики.

Она взяла с полки «боевиков» листок.

— Тут списки. Для каждого курса. На обратной стороне — схема хранилища и где искать.

Уже легче, не придется перебирать все стеллажи в поисках нужного.

— Твоя задача — сделать так, чтобы на полке постоянно было минимум три комплекта для каждого курса. Понятно?

Я кивнула. Интересно, кто этим обычно занимался? Если библиотекарша сама будет бегать за дюжиной учебников для каждого, и до утра не управится. Нанимали помощников или хватали первого, кто не успеет увернуться?

— Обычно мы с помощницей за несколько дней загодя собирали, но она заболела, а я одна не успела, — угадав мои мысли, сказала библиотекарша. — Так что очень вы меня выручите.