"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Потапов Андрей - Страница 537

Но Алек не забыл.

— Надеюсь, мне снова не придется являться пред светлое око Рейта, оправдываясь за отсутствие дисциплины среди первокурсников?

— Когда я ем, я глух и нем. — Я демонстративно запихнула в рот полную ложку овсянки на молоке.

— Нори. — Ладонь Родерика легла на мое бедро под столом, и я едва не поперхнулась кашей. — Друзья для того и нужны, чтобы не справляться со всеми проблемами одной. Кто тебя обидел?

— Это я его обидела, — не удержалась я. Опомнившись, снова старательно начала жевать.

— Наверняка не из наших и вряд ли пойдет ябедничать декану на то, что его избила девчонка. Так что можешь не париться. — сказал Зак. — То есть я хотел сказать: нет повода волноваться.

— Зная Нори, я бы сказал, что повод волноваться есть всегда. Хорошо, что я староста не у боевиков, — ухмыльнулся Родерик. Ладонь его скользнула с моего бедра на коленку, и я залилась краской. Торопливо спрятала лицо за кружкой с чаем.

— Поспрашивай своих, вдруг кто-то придет к целителям с побоями, — посоветовал Зен.

— Это было бы неэтично, — покачал головой Родерик. — К тому же у целителей сейчас работы хватает. Первые дни, все осваиваются. Кто-то на физухе с непривычки ногу потянет, у кого-то от незнакомой еды живот прихватит. Драки тоже случаются. Ну и глупость людская. Ночью вон у алхимиков два любознательных первокурсника влезли в лабораторию. Любовное зелье искали.

— А оно существует? — полюбопытствовал Зак.

— В теории — да. Только это средство из арсенала некромантов, а не алхимиков. Как и все прочие ментальные воздействия.

— Гадость какая. — Меня передернуло. — Знать, что человек с тобой не потому, что сам так хочет, а потому, что ты посадила его на цепь, как собаку…

— Гадость, — согласился Родерик, легко сжав мое колено. — И будь я деканом алхимиков, выставил бы их из университета. Но, увы — моральные принципы студентов прямо не связаны с их успеваемостью. Впрочем, они и так наказаны, может, поумнеют.

— Что с ними? — полюбопытствовал Зак.

— Сигналка. Патент Петера, знаете его? В этом году выпускается и остается на факультете.

Дейзи и Алек кивнули, остальные покачали головой.

— Когда она срабатывает, не только воет почище изначальной твари, но и посыпает разорвавшего контур краской. Очень вонючей краской, — уточнил Родерик. — Если увидите где-то двух парней с ярко-зелеными лицами и неподражаемым ароматом — это они и есть.

— Ты-то откуда знаешь? — спросил его Зен.

— Староста алхимиков — мой сосед по комнате. И он был очень недоволен, что его подняли среди ночи. — Он обернулся ко мне. — А этому, который к тебе полез, куда прилетело?

— По яй… — Я прикусила язык. Вот же зараза, специально отвлек рассказом о зеленых алхимиках, чтобы, когда я расслабилась, застать врасплох.

Парни переглянулись.

— Пожалуй, я постараюсь больше тебя не злить, — с делано серьезным видом сообщил Зак.

— Значит, было за что, — одновременно с ним кивнул Зен.

Родерик помрачнел.

— Парни… и барышни. Очень прошу, приглядите за этой ходячей катастрофой. Сами видите, стоит на минуту упустить из виду…

— Я ни к кому не лезу первая! — вскинулась я. Забыв, что и сама собиралась не ходить в одиночку, добавила; — И могу за себя постоять!

— Ты-то можешь, да коллег жалко, которым пострадавших латать приходится. Им и без этого работы хватает.

— Приглядим, — одновременно кивнули близнецы.

— Тяжело быть бойцовым котенком, — добавил Зен. — Выглядела бы ты вон как она, десять раз бы подумали, прежде чем лезть. — Он кивнул в сторону девушки с третьего курса боевого, которая как раз покидала столовую.

Про таких говорят: «Кровь с молоком». Рослая, выше половины парней, широкоплечая, и трость в руках кажется игрушечной. Да уж, от такой прилетит — мало не покажется. Но если вес я набрать смогу, то увеличить рост — точно нет, а превращаться из бойцового котенка в бойцового колобка не хотелось. Пусть уж все останется как есть.

— Ничего, только первые полгода тяжело. — Дейзи ободряюще улыбнулась мне. — А потом все будут знать, что с тобой лучше не связываться.

— Но эти полгода надо как-то пережить. — Родерик поднялся из-за стола. — Нори просить бесполезно, поэтому еще раз прошу вас.

Алек фыркнул.

— Да поняли мы, поняли. Мне, знаешь ли, самому не нравится, когда на ковер к декану тягают. Иди уже. Да и нам пора.

Действительно, было пора. Времени оставалось только дойти до корпуса боевиков и расположиться в аудитории.

Теория магии шла первой парой, как и вчера. Подумав, я не стала искать себе место на задних рядах. Бересфорд все равно меня запомнил, так что я просто привлеку к себе лишнее и совершенно ненужное внимание. Так что я устроилась там же, где вчера. И очень удивилась, когда по обе стороны от меня расположились близнецы.

— Мы же обещали за тобой приглядывать, — с деланой серьезностью сказал Зен, а Зак добавил:

— И будет за кем лекцию списывать, я вчера вообще ничего записать не успел. Тараторит как…

Он не договорил: в кабинет вошел преподаватель, и мы поднялись.

Жестом велев нам сесть, Бересфорд смерил меня взглядом.

— Начнем с долгов. Вы, барышня, сделали доклад?

— Вы не уточняли вчера, к какому числу сделать доклад, — подал голос Феликс.

— К следующему занятию, это очевидно. — Преподаватель посмотрел на задние ряды поверх очков. — И настойчиво рекомендую держать свое мнение при себе, если не хотите, чтобы я потребовал высказать его письменно и в связке с моим предметом.

Он шагнул ко мне.

— Итак?

Я, поднявшись, протянула ему кипу листов, сшитых в углу суровой ниткой.

Зак едва слышно присвистнул. Бересфорд со скептическим лицом глянул на титульный лист.

— Оформлено правильно.

Я мысленно выдохнула. Спасибо Родерику, что рассказал мне: кроме самого текста важно еще и как он выглядит. Титульный лист, список литературы, поля…

Преподаватель все с тем же скептическим видом пролистал страницы, точно пересчитывая. Заглянул на первую, скривился.

— Вам следует потренировать чистописание.

Сама знаю, что следует! Но когда, скажите на милость, я бы успела это сделать?

— Возьмите. — Он вернул мне доклад. — Неудовлетворительно.

— За что? — вырвалось у меня.

— Вы не могли написать это сами. Купили текст доклада и переписали.

— Я писала сама! Хотите, перескажу?

— Сядьте. Я не говорил вчера, как должен был быть оформлен доклад, и вы не подходили спросить. Но откуда-то узнали. Вы учитесь по императорскому гранту. Плохо образованная, рассеянная и неусидчивая девушка не могла за ночь переработать такое количество источников и сделать текст такого объема.

— Но… — Я лишилась дара речи, к глазам подступили злые слезы.

— Я не спрашиваю, кто написал вам это, равно и как вы расплатились…

Я вскочила.

— Возьмите свои слова обратно!

— Сядьте, Лианор. Сядьте и подумайте над своим поведением, если не хотите получить еще и отработку.

— Чушь! — воскликнул Зен.

— Что вы сказали, молодой человек?

— Чушь! — выкрикнул Феликс с заднего ряда.

— И несправедливость. — Я узнала голос Дамиана.

— Тихо все! — Бересфорд шагнул к кафедре. — Прекратите беспорядок и вернемся к занятиям.

С задних столов раздался свист, потом к нему присоединился еще один, и еще. Бересфорд пытался что-то сказать, но перекричать многоголосый свист не мог. У меня на глаза снова навернулись слезы. Преподаватель вышел из аудитории, хлопнув дверью.

Стало тихо, так тихо, что, кажется, на всю аудиторию было слышно, как я сглотнула ком в горле. Встала, развернувшись к задним рядам.

— Спасибо. Только…

— Сядь и не волнуйся зря, — неожиданно тепло улыбнулся Дамиан. — Сегодня тебя несправедливо обвинили, завтра кого-то из нас. Если сразу все вместе такое не пресечем…

Он осекся, я обернулась к открывшейся двери, весь проем которой, казалось, заняла массивная фигура Рейта.

Декан шагнул в аудиторию, оглядел, кажется, каждого. Мне почудилось будто близнецы, по-прежнему сидевшие по обе стороны от меня, съежились. Да мне и самой — как бы ни хорохорилась вчера, дескать, привыкну — стало страшно под этим взглядом.