"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Потапов Андрей - Страница 782

- Что за... Какой гад чавкает?!

- Да так противно, как будто тараканов трескает.

- Мадагаскарских!

- Кахм, кха- кха.. это бабош-ки... - пояснил, подавившийся от неожиданности, Шен. Замер, засвистел и что есть мочи завопил: - Мы подключились! - ответом ему был сдавленный, многоголосый «ох», и прежде, чем наступила полная тишина, кто-то просипел:

- Убью, гада...

Где-то за рекой

До темноты команда передвигалась, так называемым, волчьим шагом, останавливаясь на передышки каждые пару часов. Почему передвижение всего лишь более широким шагом кто-то назвал столь поэтично, было не совсем понятно. Марья относила это название к врожденной тяге людей к красивостям. Хотя, конечно, будь команда менее тренированной, обязательно возникли бы сложности, Только Стаси, не привыкшей бегать на дальние дистанции, пришлось объяснять, что такое дыхание три на три. Она некоторое время сосредоточено считала: вдох - три шага, выдох - три шага. Но быстро приноровилась и уже делала это автоматом, посматривая по сторонам. Правда, болтать на ходу стало проблематично, из-за чего девчонки слегка приуныли. По дороге тропу несколько раз перебегали тощие, еще даже не перелинявшие до конца весенние зайцы. Из ближайших кустов с шумом взлетела куропатка, заставив женскую половину взвизгнуть, а Кианга с превосходством улыбнуться.

Солнце висело над самыми кронами деревьев, когда команда улеглась, расстелив палатки, на очередной привал. Видимо, последний этим днем. Еще пройти пару километров, приглядывая место для ночевки. Недалеко послышался призывный клекот, Кианг опознал в клекотуне дикого индюка. Эни тут же сделала стойку, как заправский спаниель.

- Теть Марь, а можно я поохочусь? - девушка не очень нуждалась в отдыхе, но команда ориентировалась на Стаси, устраивая привалы.

- Арбалет в рюкзаке, - коварная тетушка, приоткрыв глаз, подождала, пока девушка откроет рюкзак, добавила. - Ты его там, где-нибудь и оприходуй, перья там, потроха, и помой в ручейке, - женщина умостилась поудобней. Делая вид, что не заметила, как Эни застыла, держа в руках арбалет в чехле, продолжила: - Только печень и сердце не выкинь, они вкусные.

- Эмм... А кхм... Но это... – Эни вертела в руках злополучный арбалет.

- Весьма информативно, - улыбнулась, не открывая глаз, Марья. - Если ты решила нас порадовать индюшатинкой, то мы-таки за. На стоянке соберете сухих дров, не дай Маниту, костер задымит, и запечем в рукаве. Хоть он в комплекте есть!

Эни аккуратно положила оружие на место и улеглась отдыхать, косясь на фыркающих от смеха подруг. Первой не выдержала Стаси, затем ее поддержала Ю. Эни попыталась надуться, но махнула рукой и тоже засмеялась.

- Вот, это и называется - инициатива наказуема! - назидательно подняла палец девушка. - А так захотелось вкусненького...

- Птицу обиходить я могу, - предложила Ю, в глазах которой все еще плясали смешинки.

- Че, точно? - опять сделала стойку Эни.

- Да, вон братик очень любит утку, а чтобы купить самую свежую птицу, нужно чтобы она еще крякала, - улыбнулась сестренка Ю. - Тогда уж точно не ошибешься.

- Хм, а голову ты ей тоже сама, того? - Эни сделала жест, как будто перерезает себе горло.

- Нет, - того, - Ю тоже сделала жест, как будто сворачивает кому-то голову, - делает Киа.

- Ладно, раз пошла такая пьян... песня, костер я-таки сорганизую, - расщедрилась Марья, и девушки быстро исчезли за кустами, пока кое-кто не передумал.

- Мы прошли сегодня очень много, может, остановимся на ночь чуть раньше? - предложил Кианг.

- Да, километров двадцать мы на ноги намотали, это точно, - согласилась женщина, а потом засомневалась: - Вдруг завтра с утра опять дождить станет? Давай, посмотрим, как место для стоянки найдем. Да и непонятно, как быстро девочки с индюком справятся.

Она закрыла глаза, расслабившись, и незаметно для себя заснула, да так крепко, что ей даже сон приснился. Во сне она бегала по этим лугам со своим любимым бело-рыжим красавцем Бари. Тот радовался приволью и носился кругами. Когда Марья открыла глаза, то встретила внимательный взгляд Кианга, они лежали вдвоем, девочки еще не вернулись.

- Они там в шесть рук индюка ощипывают, - ответил он на незаданный Марьей вопрос. - Уже скоро закончат. Марь, а что тебе снилось? Ты так улыбалась...

- Мы с Бари по этому лугу, наперегонки бегали, - Марья мечтательно улыбнулась, глядя на проплывающие облака, вроде и не замечая, как насторожился ее собеседник. - Он скакал, как щенок. Эх, был бы он здесь!

- Так это, что, собака? - Кианг постарался скрыть, какое облегчение испытал, когда понял о ком речь, опять забывая, что имеет дело с эмпатом.

- Да, у меня японец, порода акита-ину, такой рыжий с белым красавец! Вот вернемся, я тебе снимки покажу.

- Так он дома один остался? Затоскует ведь, - пожалел собакевича кузнец.

- Ну, с одной стороны, он привык к моим отлучкам, - Марья пожала плечами. - А с другой, ему внуки скучать не дадут, - сказала и ехидно уставилась на ошарашенное лицо собеседника, который явно пытался сопоставить молодость женщины с наличием у нее внуков. Потом не выдержала и рассмеялась.

- Ты пошутила про внуков? - осторожно поинтересовался мужчина.

- Кианг, тебе же Ю рассказывала, что мы все выглядим моложе своих лет? И ты знаешь, сколько Эни, хотя выглядит она на семнадцать, - женщина уселась по-турецки, с ее лица исчез даже след веселости, а взгляд стал серьезным и острым. - Пока девочек нет, давай проговорим этот вопрос и закроем его раз и навсегда. Да, у меня взрослые дети и внуки совсем не младенцы. Хотя, пока я вернусь, еще один младенец возможно будет.

- А сколько тебе лет? - с любопытством подростка выдал Кианг и, поняв, что спросил, покраснел.

- Ой, солнце, у вас столько редко живут! - Марья прыснула. - И вообще, женщине столько лет, насколько она выглядит! - Кианг так и не понял, шутит она или говорит серьезно.

- Марья, ты же специально «оговорилась» о внуках, - это был не вопрос, а утверждение. - Зачем?

- Я не оговорилась. Зачем? Чтобы потом не выслушивать истерику на тему: ты старуха и меня обманула! - вздохнула Марья. - Еще ты должен знать, что я вернусь домой. Обязательно и всенепременно. Хотя, возможно, я забегаю слишком далеко вперед.

- Почему? Тебе заставят уйти?

- Нет, не заставят, я сама уйду. Здесь для меня болото, тихое и стоячее, и информационный голод. Хотя ты не знаешь, что это такое, - женщина опять вздохнула и попыталась объяснить: - Наша жизнь - это скорый поезд, летящий без остановок мимо маленьких станций, а ваша жизнь - это те самые станции, нет даже не станции а отдаленные фермы.

- Жизнь в семье этого разве мало? - не сдавался Кианг.

- Если слить в банки и поставить на полку все те знания и умения, что у меня здесь, - Марья постучала себя по голове. - Тогда да, я могу стать домохозяйкой. А еще через сорок лет ты будешь крепким стариком, а я останусь такой же как сейчас...

- Ты станешь моложе наших детей? - в голосе китайца слышался если не ужас, то очень близкие к нему чувства. Марья же искренне изумилась, оказывается, кто-то уже и о детях думал!

- Выглядеть моложе, это да. Но наших детей здесь, в этом мире, не будет, - покачала головой Марья. - В моём, могут быть, хоть десяток. Тут нет. И не проси меня объяснить, что и как - это слишком сложно.

- Знаешь, - Кианг опустил голову и рассматривал свои руки. - Когда я не смотрю на тебя, то мне кажется, что я разговариваю с мужчиной... В тебе нет присущей женщинам мягкости.

- Да, и это тоже проблема для тебя, впрочем, не только для тебя...

- Хлтя... Насчет мягкости, так уж мягки все женщины этого мира? Мне вот вдова О*Малин вспоминается, да и Люсиль тоже. Их жизнь заставила быть сильными, и они не сломались. У нас тоже есть женщины–цветы, хрупкие и нежные, им нужна постоянная поддержка как морально, так и под руку. Но, увы мне, увы, а насчет кокетства… Однажды мне сделали «комплимент», что во мне кокетства не больше, чем в чугунной трубе. Может, мне и не стоило заводить этот разговор, но не хочу обманывать и изображать то, чего нет. Подумай, Киа, быть ли нам в месте, сейчас и здесь, или нет. Решать тебе, за себя я уже решила.