"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Потапов Андрей - Страница 817

Все началось с визита местного пастора. Мужчина средних лет настолько аккуратный и зализанный, что походил на манекен. Он был весьма симпатичным и хорошо это осознавал, держась так, как будто все время любуется собой в невидимое зеркало. Появился пастор перед самым обедом и его, естественно, пригласили за стол. Святой отец благосклонно принял приглашение и был усажен рядом с Федором. С удивлением оценил разноцветность сидящих за столом людей. Однако, когда все уже занесли ложки над исходящими паром тарелками с борщом, сурово нахмурился. Кашлянул и напомнил о благодарственной молитве за ниспосланный хлеб насущный. Не дожидаясь согласия хозяев, принялся читать молитву. Католики, сложив руки и опустив головы, последовали его примеру. Пастор закончил молитву и сделал разрешающий жест остальным, с поистине королевским величием, но... Оле кашлянул и сообщил, что он протестант и выдал короткую вариацию той же молитвы. Затем слово взял Федор Артемьич и отчитался перед руководящими структурами за православных, Изя за иудеев. За буддистов выступил Ло, естественно на кантонском диалекте. С такой душей подмяукивая, в конце строчки, что к нему присоединился Невс, оторвав морду от миски. Когда заговорил Сонк, пастор рыпнулся со своим мнением о дикарях, но его резко оборвали. Потом, уже выслушав благодарности индейца Великому Духу, пояснили, что в их бродячей жизни запас карман не тянет. А горних заступников много не бывает. Намечающуюся полемику прервала повариха Таня, похлопав своими карими глазищами, поинтересовалась, не подогреть ли борщ? Решили не греть, пойдет и так. Пошло. Когда пастор прикончил добавку второго, Таня поняла, что святой отец решил нажраться на неделю вперед. И стала раздавать пироги к чаю, порционно, каждому в руки. А то поставишь на общих тарелках, так этот и в карманы напихает!

Благостно сложив руки на округлившемся животе, пастор принялся вещать. Он напомнил, что цирк пользуется помещением «киноконцертного» зала совершенно бесплатно. Как и куском пустыря, на котором стоят фургоны. О том, как тепло циркачей приняли в городе, похвалил глубокую смысловую нагрузку представления и скромность костюмов. Потом стал обличать другие цирки за их развратных полуголых актрис и плавно съехал на проповедь о грехе распутства и прелюбодеяния.

- Ка-ужется его воспитывали дя-утлы, и теперь о-ун всех за-удалбывает! - констатировал Невс.

Прервал вдохновенную речь пастора Изя. Он всплеснул руками и умильно воскликнул:

- Как ви таки похожи на сына моей тети Ривки! Этот шлимазл с детства умел заходить издалека! Вся семья была уверена, шо он далеко пойдет! - пастор смотрел, выпучив глаза, на «включившего» свой псевдо одесский говор музыканта... - И таки пошел! Стал-таки, как ви служить Богу. Он уже таки раввин!

- Эммм...

- Таки мы поняли, шо по гроб, со всех сторон, обязаны вашему городу, но хотелось бы конкретики! Как любит говорить миссис Марья, а она таки умная женщина!

- При чем тут какая-то Мария?! Я хочу, чтобы вы дали бесплатное представление для бедных! Как в Де Мойне! - выпалил на одном дыхании.

- Ой, ну шо ви! Родственница хозяина не может быть какой-то!

Но дальше измываться над пастором Изе не дали. Федор заверил того, что представление будет и на тех же условиях: первые десять рядов будут платными, остальные для малоимущих. А Гари по связи клялся и божился, что жестоко обсмеет первого же идиота, который скажет, что до эры мобильной связи информация распространялась весьма медленно! И никто с ним спорить не стал. Вернувшиеся Марья и Кианг местного духовного отца уже не застали, но огорчения по этому поводу не высказали.

Представление прошло без всяких происшествий, хотя состоятельных мамаш явно душили их личные земноводные. Так им хотелось сэкономить на билетах в пользу всяческой приятной дамской мелочи. Однако пересаживаться в отгороженную цветными лентами нищую часть зала не позволяла гордость и косые взгляды соседок.

Не успели отмыться после представления, а во дворе уже ждала очередная гостья, вдова Спайс. Она, как и договаривалась с Марьей, по максимуму собрала на 'живую нитку' заготовки одеял и подушек. Но это оказалось не главным поводом ее прихода. Женщина вместе с сыном и свекровью попросилась в путешествие с цирковым караваном, указав при этом на Зару, мол, вот она присоветовала менять жизненную дорогу.

- Но не настолько же! - было крупным кеглем написано на лице старой гадалки. А Федор Артемьич, к всеобщему удивлению, не спешил возмущаться и резко отказывать, наоборот, стоял молча и как-то странно разглядывал женщину. По связи взвыли Фен и Шен, им уже надоело изображать умных ящерок и учиться заочно. А чем было еще заниматься, сидя в палатке? Пауза затягивалась, и Ло пришлось пнуть Ника, как второе хозяйское лицо, которое аргументировало вежливый отказ отсутствием времени. Ведь уважаемой вдове необходимо время, чтобы собраться, найти покупателя на свой дом, да и едет цирк в такую глушь и через такие дебри. То есть пустыни и горы... Да и мистер Шварц обещал о мастерице позаботиться, вон даже на всякий случай охранника приставил за домом присмотреть.

Ужинать пошли к китайцу. Мастер Цуй за пару минут восторженных вздохов, молниеносного заказа блюд и частного уточнения предпочтений все больше приобретал округлость глаз. А уж замелькавшие в привычных руках палочки добили его окончательно, ведь только черный здоровяк воспользовался вилкой. Он внимательно следил за веселой компанией и все больше убеждался, что все они бойцы. Даже двое подростков, а самый опасный тот толстячок, к которому все обращались: док. Обращались, смеясь и шутя, но с таким внутренним уважением, какого он сам от белых не дождется никогда. Хотя возможно его новые ученики...

Спящий цирк переполошил громкий стук по стеклу, а потом испуганный вопль. А вы бы не испугались, если бы из окна, в которое стучали, на вас посмотрела ведьма?! Зара в молодости как многие цыганки была хороша собой, сейчас же брала колоритом образа и личным обаянием. Так уж сложилось у этого народа, с возрастом пожилые цыганки становились родными сестрами легендарной Бабы Яги. Вот такая и выглянула - крючковатый нос, торчащие волосы и припухшие со сна глаза. Но охранника мистер Шварц выбрал не робкого и даже валериана не понадобилась. Как выяснилось, он заявился доложить об отлове поджигателя и теперь интересовался, что ему делать. Почему интересуется в цирке? Так мистер Шварц велели, если что, так сразу того, сюда. Мистера помянули не так чтобы ласково и послали за шерифом. Шериф помянул всех присутствующих и с таким зверским лицом принялся за допрос, что поджигатель стал сотрудничать с правосудием почти мгновенно. Помощи Ло никто из местных, естественно, не заметил. После допроса встал вопрос: стоит ли поднимать среди ночи мистера Стабса или подождать до утра...

Вот тут-то Федор и показал свой норов. Он очень тихо, можно сказать шепотом, но от этого не менее доходчиво объяснил, где и в каких позах видел этот город вообще и мистера Стабса в частности. Что цирк вот прямо сейчас собирается, запрягается и валит дальше по маршруту. Шериф ему поверил.

Мистер Стабс выслушал показания плюгавого мужика о том, как его жена заплатила за поджог домика, в котором проживала мастерица. Покачал головой и печально признал, что его жена мстительная дура, и пообещал, что со всем разберется.

В эту ночь спать уже и не ложились. Собраться и загрузиться успели часам к четырем, и городок покидали по утренней серости, остановившись всего раз у хлебной лавки. В окнах которой уже горел свет. Ведь чтобы горожане к утреннему чаю получили свежую сдобу, вставать приходилось очень рано. На стук открыл удивленный хозяин, удивившийся еще больше, когда у него подчистую скупили все, что нашлось в лавке. И даже немного теста.

Ло вздрогнул от холодных брызг и отшатнулся от любопытной чешуйчатой морды, заглядывающей ему в лицо.

- Пош-шему они поехали туда? - поинтересовался Шен, указывая в сторону от реки. Ло увидел два фургона, свернувшие на развилке. Хотя далеко они не уехали: та дорога была куда ухабистей, возницы быстро проснулись и обнаружили свой самостоятельный выезд в поля.