Русская пятерка. История о шпионаже, побегах, взятках и смелости - Гейв Кит - Страница 44

Глава 13. Неожиданная неудача

Полет «Детройта» в хоккейную стратосферу не обошелся без турбулентности. Стараясь набрать высоту, «Ред Уингз» пережили несколько болезненных и ошеломительных неудач. Дэниз Хэррис, главная стюардесса чартера «Крыльев», помнит один настолько душераздирающий момент, что она даже подумывала полететь другим рейсом.

В июне 1995-го город сходил с ума в ожидании победы. «Детройт» доминировал в трех раундах плей-офф, выиграв двенадцать встреч и проиграв всего две, и вышел в финал Кубка Стэнли впервые с 1966 года. «Ред Уингз» были несомненным фаворитом, и казалось, они наконец-то одержат победу. Этот оптимизм никуда не делся даже после того, как «Детройт» проиграл «Нью-Джерси» первые два матча на своей площадке. Все говорили, что повода для беспокойства нет, что «Крылья» слишком сильны, что они все равно победят. Никто даже и подумать не мог, что они могут проиграть эту серию.

– Помню, когда мы проигрывали 0:2, я был уверен, что мы переломим ход серии и выиграем ее, – утверждает Сергей Федоров.

Однако сезон «Детройта» закончился уже через два матча. «Дьяволы» победили в обеих встречах с одинаковым счетом 5:2. «Ред Уингз» проиграли серию всухую. Очередная возможность взять Кубок была упущена.

– Это ужасно, – рассказывает Хэррис, которой впервые в карьере хотелось вернуться домой обычным коммерческим рейсом. – Я не желала с ними лететь, потому что понимала, что будет твориться в самолете.

Она ошибалась. Все оказалось намного хуже.

Хэррис называет тот рейс «летающим лазаретом с характерными разговорами». Отправляясь на выезд, игроки обычно откидывали столики и резались в карты или шахматы, оттачивая свои и без того серьезные навыки соперничества. По возвращении же с выезда самолет больше напоминал бортовой госпиталь, в котором все игроки были в той или иной степени разобраны. Самым ценным товаром на борту после пива был лед: его прикладывали к вывихнутым лодыжкам, опухшим коленям, обширным синякам, а также поврежденным лицам, пострадавшим от клюшек, шайб или лезвий коньков противников.

В возвращавшемся из Нью-Джерси скорбном самолете внимание медперсонала требовалось сразу нескольким травмированным игрокам. Но боль Славы Фетисова нельзя было приглушить уколом. Он сидел в полном одиночестве и казался совершенно сломленным человеком. Ему было уже тридцать семь лет, он уже намотал уйму километров по ледовым аренам и не знал, сколько еще сможет играть в хоккей.

Всего два с половиной месяца назад ему казалось, что обмен в «Детройт» был для него спасением. Он обрел новую жизнь и перезапустил карьеру. Доказал всем, кто в нем сомневался, что все еще может играть на высоком уровне, набрав 14 очков в 14 встречах и сделав «Детройт» одним из главных фаворитов в борьбе за Кубок Стэнли.

И теперь вот это невероятное унижение – обменявшая его команда отправлялась на парад с трофеем.

– Слава был совсем плох после этого сухого поражения в серии, на него было больно смотреть, – рассказала Хэррис режиссеру документального фильма Джошуа Рилю. – Великолепный хоккеист, но на нем лица не было. Ему было стыдно. За себя и за команду. Это был длинный и тихий рейс до Детройта. Уровень энергии почти на нуле. Никому ничего не хотелось. Мы даже в салон выходить не спешили. Что бы ты ни сказала, это никак не изменит ситуацию.

Если кто и мог утешить Фетисова, так это его соотечественники. Сергей Федоров, Владимир Константинов и Слава Козлов могли подыскать нужные слова на их родном языке. Но никто из них даже не пытался.

– Мне кажется, что молодые русские были в шоке от того, как Слава переживал то поражение, – рассказывает Хэррис. – Думаю, их только тогда осенило, насколько сильно он хотел выиграть Кубок Стэнли.

Такие поражения всегда особенно сильно бьют по возрастным игрокам, потому что те понимают, что другого такого шанса у них может уже и не быть. Но по Фетисову это ударило еще больнее – из-за определенных обстоятельств.

– Я помню, что Слава очень сильно расстроился после того поражения «Нью-Джерси» – команде, за которую он раньше играл, а теперь они стали чемпионами, – делится защитник Никлас Лидстрем. – По нему это очень сильно ударило. Но мне кажется, что это также его еще сильнее подстегнуло работать еще больше и попытаться все-таки выиграть Кубок Стэнли.

Годы спустя Стив Айзерман, который тогда был капитаном «Ред Уингз», а по завершении карьеры добился успеха на посту генерального менеджера «Тампы», не винит свою команду в поражении «Нью-Джерси».

– Вспоминая те события сейчас, я понимаю, что мы подошли к финалу переломанными, – рассказывает он. – У нас куча ребят хромали. Да и «Дэвилз» надо отдать должное. Они играли в кубковый хоккей. Они были большими и сильными. Они невероятно здорово оборонялись. Они отчаянно бились, здорово действовали в большинстве, их вратарь был на высоте. У них была действительно хорошая команда, и они заслужили чемпионство.

Сказать по правде, «Нью-Джерси» тогда надломил дух «Ред Уингз». Федоров почувствовал это, когда «Крылья» прибыли на арену «Дьяволов».

– Не знаю почему, но нас не заводил тот факт, что мы можем победить, – удивляется он. – Я это через пару встреч заметил. Мы проиграли два матча, но у нас отличная команда. Я тогда думал: «Почему нас это не заводит?» Мы уже три-четыре года пытаемся завоевать кубок и снова проигрываем. Это было очень обидно. Нас это надломило. Серьезно надломило.

Но в глубине души Федоров догадывался, что с тем составом «Ред Уингз» чемпионами не стать. По крайней мере, пока.

– Некоторые ребята играли сами по себе, – утверждает он. – Мне нельзя было так думать, но они играли скорее на себя, чем на команду. Такое бывает в спорте. Вот и с нами это произошло. Поэтому мы и проиграли всухую.

«Детройт Ред Уингз» были элитным клубом НХЛ. И все же недостаточно хорошим.

– У нас были не те игроки, – считает Слава Козлов. – Некоторым нужно было уйти из команды.

А другим занять их место.

В первом ряду этого «воздушного госпиталя», в том крыле, где не было лекарства для разбитых сердец, тренер Скотти Боумен уже размышлял о переменах, которые ему необходимо сделать. Он уже видел путь к успеху.

Его команда, будучи фаворитом в борьбе за Кубок Стэнли, потерпела одно из самых сенсационных поражений за всю историю плей-офф НХЛ. Но эта неудача, возможно, как ничто другое, помогла им достичь будущих высот.

Набрав больше всех очков в Западной конференции, «Детройт» в 1994 году вышел в плей-офф Кубка Стенли с первого места. Их соперником в первом раунде были выскочки из «Сан-Хосе Шаркс». Команда существовала всего три года и пробилась в кубковую стадию с восьмого места, набрав лишь 82 очка – менее половины из возможных.

Лидерами «Шаркс» были центральный нападающий Игорь Ларионов и правый крайний Сергей Макаров, выступавшие ранее за знаменитую советскую Зеленую пятерку. На другом краю их звена играл Юхан Гарпенлов, начинавший заокеанскую карьеру в «Ред Уингз». В защите у них выходили Сандис Озолиньш, выросший в Латвии, одной из советских республик, а также Джефф Нортон – американец из Массачусетса, выступавший ранее за сборную университета Мичиган. Оба были одаренными атакующими защитниками и прекрасно подходили под стиль игры, на котором настаивал Ларионов – пусть даже против воли своего начальника.

В сезоне 1993–1994 «Сан-Хосе» руководил тренер-новичок Кевин Константин. Ему тогда было всего тридцать четыре года. Он достаточно быстро заявил о себе как о перспективном тренере, сделав ставку на главные козыри североамериканского хоккея – физическую и бескомпромиссную игру. Доставить шайбу в центральный круг, вбросить в зону соперника, погнаться за ней, а затем, как правило, вступить в борьбу у борта, в углах площадки или за воротами.

Это шло вразрез с тем, как Ларионов учился играть в хоккей. Как-то за ужином он четко дал понять молодому тренеру, что ни он, ни его партнеры по звену не собираются играть в такой хоккей.