Русская пятерка. История о шпионаже, побегах, взятках и смелости - Гейв Кит - Страница 52

– Владди четко дал понять «Флайерз», что «Ред Уингз» могут за себя постоять, – считает старший вице-президент «Детройта» Джимми Дэвеллано.

Константинов проявил себя уже в начале первой встречи серии. Крайний форвард «Филадельфии» Трент Клэтт закатил в зону с шайбой, Владимир пригнулся и ринулся вперед, прекрасно рассчитав время так, что его силовой прием пришелся точно в грудь сопернику. Тот взмыл в воздух и потерял контроль над шайбой. Клэтт лежал на льду, приходя в себя после столкновения, а Константинов медленно покатил назад, словно акула в поисках новой жертвы.

Он нашел ее в лице Линдроса – самого большого и злого «Летчика», который играл словно школьный хулиган. Тот погнался за Константиновым и не по правилам атаковал его сзади, получив за это две минуты. Константинов не стал ему отвечать. Он никогда так не делал. Наоборот, он гордился не только тем, что выдержал удар более рослого соперника, но еще и подарил своей команде большинство, поскольку тот заработал на нем глупое удаление.

– Владди было все равно против кого играть и как сильно его бьют, – рассказывает Лидстрем. – Он четко выполнял свою работу и проводил силовые приемы. Эта черта у него особенно проявлялась в самых трудных матчах. Немногие русские играли в его стиле. Он привносил в игру физический аспект. Мне кажется, нашей команде это здорово помогло. Наши соперники всегда друг другу напоминали, что про 16-го номера нельзя забывать и ни в коем случае нельзя опускать голову, потому что он обязательно в тебя въедет.

Эту ошибку допустил центральный нападающий «Флайерз» Дэйл Хаверчук – и она стала для него последней в том матче. Выиграв первые два матча в Филадельфии с одинаковым счетом 4:2, «Ред Уингз» не собирались уступать «Летчикам» в Детройте, пусть даже те решили играть еще более жестко. В конце второго периода третьего матча серии «Детройт» вел 4:1. В средней зоне Дэйл Хаверчук – один из самых техничных хоккеистов в мире – повернул голову в сторону скользящей в его сторону шайбы. И тут его встретил Константинов. Он въехал Хаверчуку плечом в грудь и отправил того на лед сокрушительным силовым приемом.

– В этом и заключалась квинтэссенция его игры, – считает Льюис. – Дэйл Хаверчук был одним из самых уважаемых игроков лиги, но Владди было плевать, где и против кого он выходит на лед. Он просто играл в свой хоккей. И на пике хоккейной истории – чем финал Кубка Стэнли и является для игрока – он поездом врезался в Дэйла в центре площадки. Наши ребята на скамейке крикнули: «Ничего себе!» И игра продолжилась.

После этого «Флайерз» окончательно поплыли. У них не выдержали нервы, они побежали мстить за мощный силовой прием, а «Ред Уингз» продолжили атаковать. Спустя всего двадцать четыре секунды после жесткого столкновения Шэнахен забил из-за ворот, послав шайбу в сетку от щитка голкипера Рона Хекстолла – «Детройт» повел 5:1. Конец был близок. Болельщики «Джо Луис Арены» ревели в экстазе, а «Флайерз» фактически бросили играть. Они потеряли всякий интерес к борьбе с «Ред Уингз». Они отступили.

– Это был один из мощнейших силовых приемов, которые мне доводилось видеть, – делится Дрэйпер. – Владди словно бы сказал им: «Знаете что? Мы тоже можем играть жестко. Хотите играть в тело? Сейчас мы вам покажем».

Шэнахен тоже все прекрасно видел.

– Классический удар плечом без отрыва ног ото льда, – считает он. – Но Владди врезался как-то особенно больно. Это был один из его самых жестких силовых приемов, которые мне доводилось видеть. Хит на все времена – он врубился в Дэйла прямо в центре площадки, как суперзвезда. Причем без удаления. Пока соперники гонялись за ним, мы выскочили «три в два» и забили гол.

«Флайерз» в итоге уступили со счетом 1:6. После матча наставник команды Терри Мюррей не стал сдерживаться и сказал, что его игроки обделались. По большому счету серия была окончена.

– Силовой прием Владимира Константинова на Хаверчуке изменил ход матча. Да и всей серии. После него она закончилась, – продолжает Льюис. – «Летчики» не смогли ответить Константинову. Они вообще ничего не могли с ним поделать. Даже Линдрос никак не мог на это ответить. Их тафгаи тоже ничего не могли сделать, потому что Владди было все равно. Никто в лиге не играл так, как он. Не уверен, что и после него кто-то так играл.

– Владимир Константинов просто крушил все вокруг, – вспоминает Дэвеллано. – Мне кажется, что он даже напугал нескольких игроков «Филли».

В одном нет никаких сомнений – больше никто не называл их «Большими Злыми Летчиками». Даже в Филадельфии.

А Дэйл Хаверчук и вовсе покончил с хоккеем. Жесткое столкновение с Константиновым вряд ли назовешь определяющим моментом в его шестнадцатилетней карьере в НХЛ, по итогам которой его включили в Зал хоккейной славы. Но именно на этом она и закончилась. Четвертый матч серии он наблюдал уже с трибуны, а через несколько месяцев объявил о завершении карьеры в возрасте тридцати четырех лет.

Когда их команда повела со счетом 3:0 в серии до четырех побед, многострадальные болельщики «Ред Уингз» внезапно снова осмелились мечтать. Во всем Детройте чувствовалось предвкушение победы. Было ощущение, что по бокам каждой второй машины развеваются красно-белые флаги «Ред Уингз».

Сезон бейсбольной команды «Детройт Тайгерс», владельцем которой также являлся Майк Илич, был в самом разгаре. Команда по американскому футболу «Детройт Лайонс» проводила сборы. Но ни той, ни другой местные газеты не отводили много места на газетных полосах. В спортивных программах на радиостанциях о них и вовсе упоминали вскользь. А вот о «Ред Уингз» говорили сутками напролет, и в эфир звонили разбирающиеся в деле слушатели. Их команда находилась в шаге от Кубка Стэнли. Город, где хоккей был культом, достиг трансцендентального состояния нирваны.

Несмотря на то что «Ред Уингз» проводили третий и четвертый матчи серии на своей арене, игроки не ночевали дома. Чтобы хоккеистов ничего не отвлекало, Боумен заселил команду в гостиницу в центре города, где лучше чувствовался ажиотаж, охвативший Детройт.

– Утром перед последним матчем по дороге на арену в воздухе чувствовалось напряжение, а на улице все прохожие были одеты в майки «Ред Уингз», – подтверждает Лидстрем. – На игру мы ехали со Стивом Айзерманом. В машине Стиви сказал: «Сегодня будет что-то особенное». Уже по дороге на арену мы испытывали потрясающие эмоции.

Как же все круто изменилось за год – год сомнений в себе, неуверенности, надежд и мучений…

– В том году мы даже не думали о Кубке Стэнли перед плей-офф, – вспоминает Айзерман. – Мы размышляли только об играх – и все пролетело незаметно. Не успели оглянуться, как уже вышли в финал.

И даже тогда они не думали о победе. «Крылья» все это уже проходили два года назад, и тогда все закончилось печально.

Игроки во всех видах спорта настаивают на том, что решающий матч любой серии плей-офф выиграть тяжелее всего. Четвертый матч «Детройта» против «Филадельфии», состоявшийся 7 июня 1997 года, не был исключением.

Надо отдать должное «Флайерз» – они собрались и дали настоящий бой. Однако тем вечером «Ред Уингз» были слишком сильны, слишком быстры и слишком хороши, их было не остановить. Даррен Маккарти, ставший живой легендой всего семьдесят три дня назад, отдубасив форварда «Колорадо» Клода Лемье, сыграл не хуже Сергея Федорова и забросил победную шайбу финала Кубка Стэнли. Во втором периоде он прошел всю площадку и вывел «Детройт» вперед – 2:0. Гол Линдроса в конце встречи уже ничего не решал.

В третьем матче единственную шайбу «Летчиков» забросил Леклер. Иными словами, хваленный Легион Смерти ничего не показал в этой серии. А вот русские игроки «Ред Уингз», напротив, были бесподобны. Федоров стал лучшим бомбардиром среди обеих команд, забросив в четырех матчах три шайбы, две из которых оказались победными (в первой и третьей встречах), и набрал в общей сложности шесть очков. В плей-офф 1997 года он стал лучшим бомбардиром «Детройта» с двадцатью очками.

Но решающую роль в финале Кубка Стэнли сыграл другой игрок «Ред Уингз». Именно с него началось избиение больших и злых «Летчиков». Именно он сделал все возможное, чтобы они не сравняли счет, когда табло «Джо Луис Арены» отсчитывало последние секунды встречи.