Мое тайное соглашение - Шумахер Катерина - Страница 6

– Я ничего не понимаю, – честно признаюсь я. Худшего мнения обо мне он уже точно не будет.

Мужчина окидывает меня оценивающим взглядом, как будто решает, стоит ли вообще вести со мной серьезную беседу, как с адекватным человеком. Я и сама не вполне уверена, так что полностью понимаю его смятение. Очевидно, все же приходит к положительному выводу, хоть и не сразу. Ну, спасибо.

– Сейчас объясню. Первое – плохо выливать на человека свой кофе.

– Знаю – я пристыжено отвожу глаза.

– И это все?

– Простите.

– И?

– Я же извинилась!

– Этого недостаточно.

– Извиниться еще раз?

– Зависит от того, планируешь ли ты делать это снова, – его глаза буквально прожигают во мне дыру, я съеживаюсь в кресле.

– Нет, – возражаю с неожиданной для себя горячностью, – но вы сами напросились! Так что обещаю не выливать на вас кофе, если вы впредь не будете вести себя как настоящая задница!

Решительно расправляю плечи, готовясь к отпору, но он продолжает спокойно сидеть и смотреть прямо на меня.

– Сделаешь так еще раз, и слово «задница» заиграет в новом контексте, рука так и чешется.

Я нервно сглатываю. Непонятно, шутит он или говорит серьезно. Что-то подсказывает, что лучше не выяснять. Мысли в голове проносятся со скоростью света, и сосредоточиться на чем-то конкретном не получается. Еще этот мужчина, с интересом разглядывающий меня своими дьявольскими глазами и при этом не говорящий ни слова. Да что с ними со всеми не так? С кем с ними, не спрашивайте. Но в данный момент мне кажется, что вообще ВСЕ против меня. Я встаю. Куда я собралась, сама не поняла, поэтому просто остаюсь на месте с растерянным выражением лица.

– Я могу задать вопрос?

– Только один? – вскидывает он бровь. – Я разочарован.

Я кошусь на собеседника, пытаясь понять, смеётся он надо мной или нет. По его лицу ничего не ясно. Вообще ничего не ясно.

– Тогда три, – поспешно бормочу я.

В знак согласия он делает жест рукой, мол «валяй».

– Что происходит?

– Смена руководства, – спокойно отвечает Стоун и смотрит на меня с усмешкой, – ты не против?

– Чего?

– Всего этого, – он обводит глазами офис, и его взгляд останавливается на мне.

Я отрицательно мотаю головой.

– Вы – глава «Стоун Групп»?

– Второй вопрос потрачен так бездарно, – разочарованно протягивает он, хочется подойти и плеснуть остатки виски ему в лицо (опять!). – Можно было и догадаться, мисс Эттвуд. Я Стоун, компания «Стоун», вроде все просто.

– Никогда о вас не слышала, – лгу я, даже не моргнув глазом, – откуда мне знать.

Конечно, я слышала о молодом и перспективном Эндрю Стоуне, который в возрасте двадцати с небольшим лет заполучил тендер на строительство одного из олимпийских объектов. Только тогда компания называлась по-другому. Кажется, та была «Стаут Корпорейтед» и еще с ней был связан како-то скандал. Что точно там произошло, вот так в памяти не всплывает, так что делаю заметку в своем мысленном списке дел «погуглить». Это было лет восемь тому назад. Сколько ему сейчас? Выглядит он хоть и грозно, но больше тридцати пяти я бы ему точно не дала.

– Еще вопросы?

Я вздрагиваю понимая, что с головой ушла в свои мысли. Он нетерпеливо постукивает пальцами по пустому стакану.

– Если это все, на столе лежат бумаги, с которыми нужно ознакомиться. Хоть эта Уоткинс и редкостная стерва, насчёт опозданий она все же права, – произносит он с укором.

Я раздраженно закатываю глаза и направляюсь к столу.

Бумаги – договор передачи собственности «Мортимер Групп» новому владельцу Тимоти Картеру. Утверждение Элизабет Эттвуд – то есть меня на должность управляющей компании, в которой, как выразилась госпожа директор, пять минут назад я занимала должность «почти секретарши». Справедливости ради замечу, что «почти» тут должно гореть красными неоновыми буквами на всю комнату, так как на деле я вела под своим руководством весь проектный отдел и все текущие дела компании. Матильду, работа в ее прямом понимании, не особенно интересовала.

– Тут сказано, что компанию купил Тимоти Картер, – я отрываюсь от чтения документов.

– То, что ты умеешь читать – огромный плюс. А то я уже начал переживать, что мы выбрали не того кандидата.

Пропускаю этот выпад мимо ушей. К таким нападкам я привыкла. Матильда никогда меня не жаловала. Было бы глупо надеяться, что со сменой руководства что-то изменится. Я спокойно встречаюсь с ним взглядом, вновь поражаясь черноте его глаз. Ни разу таких не встречала. Конечно, это ведь самое поразительное из всего происходящего с тобой сегодня Элизабет? Продолжай пялится.

– Но мистера Картера здесь нет, а вы есть.

– Это вопрос? – он с ухмылкой поднимает бровь.

– У меня как раз остался один, – я ехидно щурю глаза. – Считать, мистер Стоун, я тоже умею.

Он усмехается и, наклонив голову немного вбок, внимательно смотрит на меня. Даже слишком. Хочется убежать и спрятаться, но я остаюсь. Новые руководители проектных компаний не убегают. По крайней мере, мне так кажется.

– Я купил вашу компанию, – наконец, звучит его низкий голос.

– А мистер Картер?

– Он покупатель только номинально.

Я киваю. Подставной покупатель. Понятно. Чего тут непонятного. Это все похоже на какой-то сюр. Я близка к истерике.

– Никто не должен знать, что я имею отношение к этой компании.

Снова киваю. В голове миллион вопросов, но ни один не прозвучит адекватно. Какого черта тут происходит?

– А как же Матильда? После того, что сейчас произошло, она наверняка всем расскажет…

– Мисс Уоткинс не доставит нам проблем, если не хочет оказаться в тюрьме.

Делаю ещё один большой глоток из стакана. Напиться в 10:30 утра – пожалуй, отличная идея! Как я сразу не поняла?

– Элизабет, никто не должен знать, ты понимаешь?

– Да, да, конечно, – я поспешно соглашаюсь, толком не понимая на что.

При звуках моего имени, произнесенного этим низким бархатным голосом, я невольно краснею. Наверняка все девушки просто млеют при встрече с ним.

Он задумчиво проводит рукой по подбородку. Я зачарованно слежу за его пальцами, и мой взгляд останавливается на его губах. Наверное, это ужасно – работать с таким человеком бок о бок каждый день. Или к такому привыкаешь? Хорошо, что он не видит, как я на него пялюсь. Вот уж точно, профессионализм высшего уровня! Перевожу глаза на безопасную территорию. Пятно на рубашке. Угораздило же. Вселенная явно за что-то меня наказывает!

– Мне это точно снится, – я растерянно перебираю бумаги, – как такое вообще могло случиться?

В голове проносятся разные мысли. Может быть, Матильда была не так уж и неправа? Я оборачиваюсь и подозрительно щурюсь.

– Почему я? Только не говорите, что дело в моей квалификации.

– Ты бы удивилась, – со смешком отвечает он.

Я вопросительно поднимаю брови и жду ответа. Времени проходит неприлично много. Я терпеливая. В гляделки умею играть мастерски. Мы напряженно смотрим друг на друга.

– Хорошо, – с выдохом сдается он, – на самом деле все очень просто. И дело не в том, что я хочу залезть к тебе под юбку, – произносит он сухо, – надеюсь, это понятно.

При этих словах я фыркаю. Но не очень искренне. Было бы приятно узнать, что я могу понравиться такому мужчине. Просто для галочки. Вообще-то у меня есть парень. Кстати, о парне. Пора перестать так пялиться на своего нового босса.

– Мы провели внутреннее расследование, в ходе которого выяснили, что управляющая верхушка была причастна к махинациям с деньгами. Колоссальные суммы. И это только за последние пару лет.

В моих глазах явно читается недоверие. Он трактует мой взгляд по-своему.

– Главное понять, что человека со стороны ставить на управляющую должность в эту компанию бессмысленно, слишком много времени и денег уже потрачено впустую. Остаются те, кто не замешан в махинациях, но в курсе всех текущих вопросов. Значит, ты.

Значит, я. Я – руководитель лондонского офиса «Мортимер Групп»?