Таблетка от реальности - Мисник Таша - Страница 20

– Сбавьте обороты, доктор Торнтон, мы еще даже не добрались до машины. Разве ваша профессия не предусматривает героическое терпение?

– К счастью, в настоящий момент я не на работе и не связан врачебной этикой.

– В вас говорит алкоголь, доктор.

– Тебе нужны доказательства, Совенок? – Он резко хватает меня за запястье и притягивает вплотную к груди, такой горячей, что я ахаю, но не боюсь – хочу обжечься.

Эйсто склоняется надо мной с высоты своего роста, и легкий запах виски, перебиваемый сладкой мятой, обдает мое лицо.

Я точно не ожидала такого поведения от Эйсто. Этот мужчина не перестает меня удивлять.

Что с ним происходит? Неужели в то время он… тоже скучал по мне?

– Мой «Понтиак»… – шепчу я дрожащим голосом. – Вон там. Едем?

– Если только ты не передумала.

Передумала?

Эйсто, ради тебя я придумала целый проект.

– И куда это ты направился? – Я наблюдаю, как Эйсто уверенно идет к водительскому сиденью моего «Понтиака». – Вообще-то из нас двоих пьян ты.

– Я не пьян. Опрокинул всего один стакан. – Я недоверчиво прищуриваюсь. – Ну, два.

– Марш на пассажирское. Быстро.

– Ты сведешь меня с ума, Совенок. – Эйсто вздыхает, но послушно огибает капот и усаживается в машину. – Твое? – Прежде чем сесть, он поднимает с сиденья пачку моих сигарет.

– Мое. – Я выхватываю пачку из его рук и запихиваю в карман платья. С чего бы мне чувствовать стыд? Он сам виноват, что я снова начала курить. Но мои щеки все равно краснеют.

Эйсто не замечает моего смятения или прикидывается, что не замечает, но, во всяком случае, ничего не говорит.

– Трогайся, командир, – усмехается он, как только я пристегиваю ремень безопасности.

– Пристегнись.

– Я доверяю тебе. Забыла?

– Я настаиваю, храбрец.

– Ваша взяла, законопослушная гражданка Аулет. – Эйсто демонстративно медленно тянет ремень, и я заливаюсь смехом. Он сейчас как ребенок. Смешной и забавный. Беззаботный. Как раньше. Я и забыла, насколько он бывает мил.

Я вставляю ключ и завожу машину, плавно вдавливая педаль газа в пол. Мотор приятно шумит, и я улыбаюсь. Не жалею ни цента, потраченного на этого эксклюзивного красавца. Ретро, а рычит как зверь.

– Сохранила мой брелок? – Эйсто указывает на болтающийся в зажигании ключ. К нему до сих пор прикреплен брелок в виде металлического сердца, контур которого, словно лентой, огибает надпись «Amor non est medicabilis herbis».

– Люблю символичные вещицы. Вот и оставила.

– Помню, как подарил его тебе еще в колледже. Когда мы выбрали разные специальности.

– Да. И процитировал слова с брелока.

– «От любви нет лекарства», – растягивая, повторяет Эйсто. – Видишь, ничего не изменилось. Даже после того, как фармакология пополнилась еще одним светлым умом.

– Я работаю над этим, – отвечаю я с гордым видом.

– Расскажешь через год о своих успехах.

– Договорились. – В груди сжимается сердце.

Если бы ты только знал.

Мы покидаем спальный район Рочестера. Несколько минут едем молча, но все это время я чувствую взгляд Эйсто, скользящий по моему телу. Он будто прощупывает меня. Лезет под одежду. И меня это возбуждает. Я сжимаю ноги и переминаюсь на сиденье. Чертов Эйсто. Я безумно хочу его.

– Ну что? – Бросаю на него беглый взгляд.

– Куда ты меня везешь?

– Ты когда-нибудь слышал о том, что терпение вознаграждается?

– Какова ценность награды?

– Не знала, что ты настолько меркантильный.

– Хочу знать, что ты можешь предложить. – По лицу Эйсто расползается хитрая улыбка.

– Отвезу тебя в одно особенное место. – Прекрати соблазнять меня. Я не железная.

– Интересно… – Он с прищуром изучает выражение моего лица. – Надеюсь, это не какой-нибудь коварный план по отмщению мне.

– Надежда – самообман, доктор Торнтон.

– То есть, меньшая из бед: я прямо сейчас выпрыгиваю из машины и отделываюсь парой переломов, если ты, о милосердная Вивьен, сбавишь скорость?

– С каких пор бесчувственным эгоисткам свойственно милосердие?

– Я знаю, что ты более чувственная, чем хочешь казаться. – Тон Эйсто вмиг становится серьезным. Я сглатываю. – Особенно сейчас.

– И давно ты сменил хирургию на психологию? – Я стараюсь выглядеть непринужденной, а сама снова ерзаю на сиденье и кашляю, прочищая горло.

Эйсто игнорирует вопрос, не прекращая разглядывать меня. Он сканирует. Я чувствую. Лицо, шею, ключицы. Я напрягаюсь и выпрямляю спину. Грудь. Дышу чаще. Руки, которые слишком сильно сжимаю руль. Платье. Слишком короткое. И взгляд Эйсто добирается до моих бедер.

– Что на этот раз? – Я резко поворачиваюсь к Эйсто, пытаясь выглядеть сурово.

– Не могу насмотреться. Ты такая красивая.

Я задыхаюсь. Уже не помогает и кашель. Нормально будет, если я наброшусь на него прямо сейчас?

Нет, Вивьен. Подожди еще немного. Соберись.

– Официально заявляю, что Вы пьяны, доктор Торнтон, – кое-как выдавливаю я.

– И это не отменяет факта, что ты прекраснее «звездного» прибоя на острове Ваадху. – Меня трясет под его пристальным взглядом. – Помнишь? Я обещал однажды свозить тебя туда.

– Как будто это было вчера. – Я снова отвожу взгляд от трассы, теряясь в его глазах.

– Ты пропустила поворот, – улыбается Эйсто. – Следи за дорогой.

– Так значит, ты понял, куда мы едем.

– Я знал это с самого начала. – Он самодовольно усмехается и откидывает голову на спинку кресла. – Разворачивайся, Совенок. Впритык к озеру подъедем только по той дороге.

Глушу «Понтиак» на привычном месте. Раньше мы останавливались здесь десятки раз. Наше любимое тайное место. Поэтому он и разгадал мой замысел.

Мы одновременно выходим из машины. Тут прохладно. Кожу моментально усыпает дрожь, но в этот раз не от присутствия Эйсто.

– Возле воды еще холоднее. Выбрала же ты время.

– Не бурчи как старик.

Я разуваюсь и забрасываю туфли в багажник. Они меня уже достали. Вытаскиваю припасенный плед и передаю его Эйсто.

– А палатка там не завалялась?

– Будешь выделываться – останешься без обогрева.

– Есть куда более действенный способ согреться, Вивьен.

Я захлопываю крышку багажника, закатывая глаза.

– Хочешь поговорить об этом или показать? – Хочу шагнуть босиком на влажную траву, но не успеваю: крепкие руки Эйсто подхватывают меня и прижимают к горячей груди. Такое чувство, что в этом мужчине бушует внутреннее пламя. Он никогда не бывает холодным.

– Кажется, ты можешь обойтись и без пледа. – Прощупываю руками мышцы его плеч.

Согрей меня, Эйсто. Обними и прижми к себе. Я ведь всегда мерзла. А ты всегда был тем, кто обнимал меня со спины.

– Ты снова похудела…

– Спасибо, конечно, но льстить совсем необязательно. – Я строю недовольное выражение лица, и Эйсто легко подбрасывает меня в руках.

– Ай! – взвизгиваю я. Эйсто смеется, и его звонкий смех нарушает покой ночного леса. Шелест деревьев разносится вокруг озера и окутывает нас. – Сумасшедший! – Я впиваюсь пальцами в его плечи и прижимаю его лицом к своей шее.

– Эй, Совенок, расслабься, я не вижу дороги. Будет не очень весело, если я оступлюсь, и мы занырнем в озеро. Вода сегодня не самая теплая.

Я ослабляю хватку и плавно скольжу руками вдоль его плеч. Они твердые и рельефные. Напряженные. Хочется трогать и трогать. Хочется проникнуть под футболку и коснуться обнаженного тела. Я кладу голову Эйсто на плечо и чувствую, как его пальцы крепче сжимаю мои бедра. Платье задралось. Ну и хрен с ним. Мне не будет холодно, если меня не отпустит Эйсто.

Дойдя до края деревянного пирса, Эйсто останавливается и бережно опускает меня на ноги. Я расстилаю плед на дощатую поверхность и усаживаюсь сверху, свешивая ноги к воде. Эйсто садится рядом. Его плечо соприкасается с моим. И мне не хочется укрыться. Мне тепло.