Шаг первый (СИ) - Яковлев Михаил - Страница 28

– Урааа!!! Ураааа!!! – Зал снова взорвался криками. Люди переглядывались, хлопали друг друга по плечам, улыбались.

– Глядя на вас, – император поднял руки так, словно пытался объять зал, – я понимаю, что это все не чудо, не удача и не благоволение судьбы. Это! Закономерный! Итог!

Последние слова император буквально проорал, делая между ними внушительные паузы. Зал же сходил с ума и бесновался.

– Я благодарю вас всех за верную службу престолу и клянусь в служении Империи и ее интересам! Ура! – Закончил свою речь император.

– Служу Империи!

Аристократы в едином порыве склонились на одно колено, приложив к сердцу сжатый кулак правой руки.

Выждав мгновение, а также, пока гости вечера, отдав дань уважения хозяину, наконец распрямятся, император сделал знак оркестру, располагавшемуся справа от сцены, и выдвинул локоть, приглашая супругу. После чего, императорская чета степенно спустилась в зал прямо по ступенькам. Присутствующие расступились в стороны, а император с супругой дошли до центра зала, где и остановились.

Заиграла музыка.

Вторая часть императорского бала началась.

Оркестр отыгрывал специальный проигрыш, давая мужчинам время официально пригласить своих спутниц на танец.

Повинуясь какому-то мальчишескому порыву, я перехватил руку Алексии, нежно, но настойчиво забирая ее бокал и ставя его на стол рядом с моим. Вернувшись к девушке, еще более нежно потянул ее под руку в сторону собирающихся танцевать дворян.

– Тео, что ты…

– Идем, – проговорил я, не слушая ее возражений и увлекая все дальше от столов и колонн.

Остановившись, напротив нее я выждал миг, ловя музыку, а затем исполнил традиционный поклон, означающий приглашение на танец. Дождавшись ее ответного реверанса, сделал шаг, оказываясь чуть ближе, чем это было бы дозволено, если бы мы просто решили потанцевать, одной рукой берясь за ее талию, а другую отставляя в сторону, сжимая ее ладонь.

Ее секундное промедление и вот мы уже кружимся по залу в такт мелодии пристально смотря друг другу в глаза. Вокруг нас также кружатся другие пары, а я спиной чувствую заинтересованные взгляды, что бросают окружающие. Этих взглядов так много, что на секунду заставляют меня напрячься, но я тут же, лишь до хруста выпрямляю спину и делаю вид, что их совершенно не замечаю пока внезапно не ощущаю, другой, отличный от этих цепкий взгляд, несущий вместе с собой зло.

Недобрый, обжигающий кислотой, пронзающий меня кинжалами взор то и дело пропадал, но лишь для того, чтобы спустя несколько секунд появиться вновь, правда на этот раз, словно с другого ракурса. Будто смотрящий мне в спину человек сейчас также кружится в танце и находится во внешнем круге танцующих, обходя нас по широкой дуге. Да, весьма вероятно – так оно и есть.

Стараясь не подавать виду, что я что-то ощутил, закручиваю Алексию в танце чуть больше, чем нужно, на секунду отрывая взгляд от ее карих глаз и смотря ей через плечо, прямиком туда, где по моим прикидкам находится недоброжелатель. Среди танцующих пар лишь на мгновение блестят льдом недобрые глаза, впиваясь в меня, а потом их обладатель делает ровно тоже что и я, закручивает партнершу на месте, скрываясь от меня. Только блеснула на мгновение золотистая шевелюра и вот уже пара скрылась от моего взгляда среди других танцующих.

Напоследок, я лишь успел запомнить, какого цвета платье у его партнерши. Синее. Темно синее с блестками. После танца непременно поищу их.

– Что-то случилось? – Алексия встревоженно смотрела на меня.

– Нет, показалось, – я лишь мотнул головой. Незачем давать Алексии повод для беспокойства.

В этот момент оркестр начал играть финальный проигрыш, и мы с Алексией остановились. Поклонившись, я легко потянул Алексию, выводя ее из круга танцующих и направляясь к столикам.

Не доходя до места, где мы стояли до танца, я увидел, что рядом с Реном стоит дворцовый служащий, явно кого-то дожидающийся.

Едва мы подошли ближе он спросил:

– Теодор ас Амани? – Дождавшись моего утвердительного кивка важно обронил. – Прошу следовать за мной.

Повернувшись к Рену и кивая на Алексию с Летицией, с легкой улыбкой я сказал:

– Оставляю их на тебя.

– Конечно, о чем речь. Твой драгоценный алмаз будет под надежной охраной, – в глазах у Рена при этих словах плясали бесенята. Хотя, может это отблески его дара.

– Боже, какая нелепица. Так низко меня еще никогда не оценивали, – скривилась Алексия после его слов.

Уже направляясь следом за служащим, я услышал вопрос Рена:

– Что тебе опять не нравится Андис? Алмаз для тебя это слишком мелко?

Ироничный ответ Алексии я уже не услышал, но зная ее – додумал, в результате чего с трудом сумел сдержать улыбку. Наклонив при этом голову, я проследовал за служащим, который виртуозно лавировал между снующими туда-сюда аристократами. Мы покинули зал через дверь и оказались в лабиринте коридоров и комнат. Наш путь я перестал пытаться запомнить уже после нескольких поворотов, отметил лишь, что в какой-то момент, мы подошли к двери, которую охраняли двое гвардейцев из золотой сотни. Служащий открыл дверь, сделал приглашающий жест рукой, после чего мы ступили явно оказались на той территории, которая была не предназначена для гостей. Здесь на каждом шагу стояли золотые, а служащих с каждым шагом встречалось все меньше и меньше. Сколько мы шли через запутанные коридоры, сменяющиеся комнатами, не скажу. Да даже просто понять, сколько раз мы сменили направление – было трудно. Поэтому я просто рассматривал окружение, отделанные золотом и лепниной комнаты, красивые колоннады в коридорах, мраморные полы и разномастную мозаику на потолках. Особенно мне приглянулась пара картин, в которых легко было узнать руку популярного сейчас в столице художника, придававшего картине живости за счет своей магии иллюзий. Его заклинания, оживляющие картины и придающие им особый шарм, поддерживались встроенными в картину силовыми камнями. Благодаря им, картины выглядели словно окна в иной красочный, а местами и странноватый мир.

Около очередной неприметной двери, находящейся в небольшом помещении с диванчиками и маленьким окном, служащий остановился и сказал:

– Вас ожидают.

– Дальше я один? – слегка растерянно уточнил я.

– Мне не положено, – лаконично ответил служащий, после чего дернул за шнур, висящий рядом с дверью, тем самым вызвав легкий звон колокольчиков и сразу за этим распахнул передо мной дверь.

На секунду замешкавшись, я сделал шаг, проходя за дверь и оказываясь в довольно просторной комнате. В отличие от остальной обстановки дворца, эта комната была обставлена очень современно и лаконично.

Справа от меня находилась большая зона с диваном, ковриком и столиком, на котором сейчас стоял стеклянный графин, заполненный содержимым приятного янтарного цвета. На диване сейчас с комфортом расположился второй советник, держа в правой руке стакан, на треть заполненный той же жидкостью, что и в графине.

Прямо передо мной находилось свободное пространство, а дальше, в конце комнаты стоял большой дубовый стол с резным орнаментом. За столом находилось кресло с высокой спинкой, на котором сейчас сидел Рой Третий, которого не более пяти минут назад я мог лицезреть на официальном приеме и который вместе со своей супругой спустился в зал для бесед с аристократами. Интересно, это магия? Или грим?

Несмотря на растерянность, я все же справился с собой и припал на одно колено, одновременно с этим прижимая сжатую в кулак руку к груди:

– Служу Ратре, – выдохнул я, уставившись в пол, – Ваше Величество.

– Встань, – бросил император, сейчас пишущий что-то пером в документах, – я пригласил тебя для приватного разговора, а времени на эти расшаркивания у меня не так много. Верд, будь добр, налей мастеру коньяку.

– Не стоит, Ваше величество, – помотал я головой, прекрасно понимая, что сегодняшним вечером мне понадобится трезвая голова.

– Как знаешь, – пожал плечами Император, впрочем, продолжая при этом что-то отмечать в бумагах, – Верд рассказал мне, что ты любишь черное лийское, поверь, этот коньяк не уступит ему в качестве.