Тщеславный (ЛП) - Митчелл Сэнди - Страница 40

Из машин показались водители и сервиторы – последние немедленно принялись разгружать ящики и добавлять их к тем, из-за которых совсем недавно сбежали мы с Юргеном. К моему удивлению, все водители были не минимально аугментированными ремесленниками, как я ожидал, а техножрецами – красно-коричневые рясы и множество железных деталей с головой выдавали это.

– Там шестерёнки, – сказал я, и Юрген кивнул.

– Это имеет смысл, – сказал он. – Они бы не стали доверять рабочим воровать груз. Кто-нибудь проболтался бы. Или сам бы стал воровать.

– Разумно, – согласился я, доверяя обширному опыту Юргена на поприще воровства. Я, как мог, сфокусировал ампливизор, силясь разглядеть что-нибудь через поднимаемые конвейером облака пыли. – Привлечь к делу малочисленных, но доверенных человек… – тут в фокус попал водитель головной машины, что до этого разговаривал с Тезлером, и я почувствовал, что почва опять уходит у меня из-под ног. Говорят, что все достигшие определённого уровня в иерархии Механикус техножрецы выглядят одинаково, потому что становятся больше металлическими, чем живыми, но на деле различать их всё равно можно; и сейчас я видел лицо, которое хорошо помнил – я видел его в инфопланшете и подсознательно высматривал в толпе с мига своего прибытия на Эвкопию.

Теперь сомнений не оставалось: я нашёл, куда так загадочно пропал Клоуд.

ГЛАВА 21

– Вы уверены, сэр? – ожидаемо Юрген, когда я выразил своё удивление; я в ответ кивнул и снова навёл ампливизор на Клоуда и его подельников.

– Уверен, – ответил я. Чем больше я рассматривал техножреца, тем сильнее уверялся в том, что это он. Должен признать: прилив удивления от того, что я обнаружил Клоуда живым, а не ржавеющим где-нибудь на дне заброшенной шахты, как ожидал до сего мига, у меня уже сменился на праведное негодование, порождавшее порыв подойти к нему, схватить за грудки и спросить, какого дьявола он тут делает. Не стоит и говорить, что я был слишком разумен, чтобы поддаться этому желанию.

– Вы думаете, он снюхался с еретиками? – спросил Юрген, и я снова кивнул.

– Это единственное разумное объяснение, – сказал я, отчего мой помощник стал так же самодоволен, как и вонюч. Конечно, можно предположить, что Клоуд начал двойную игру и втёрся в доверие к Тезлеру, выполняя задание от магосов Коронуса, но я в это не верил. Будь так, он бы нашёл способ встретиться со мной, чтобы поделиться сведениями, а не продолжал прятаться. Моё присутствие на Эвкопии было известно каждому, кто имел доступ к тому вихрю информации, что окутывал планету, так что Клоуд не мог не знать обо мне. Куда вероятнее, что он добровольно сунулся в заговор, которым, по всей видимости, дирижировал Тезлер, и предал нас, очаровавшись техноколдовскими побрякушками, как очаровался бы любой шестерёнка, знавший, что лежит у него под ногами.

Или возможно, его свело с ума то же, что заставило взбунтоваться скитариев. В этом случае живой и спасённый Клоуд – наш лучший шанс понять, как сопротивляться этому воздействию; но, как вы можете понять, на помощь ему я не рвался. Я был уверен, что мы легко скрутим магоса вместе со всеми подельниками – но что делать дальше? Тащить Клоуда на поверхность через тысячи шахтёров и шестерёнок, среди которых таится неизвестно сколько врагов, будет непросто, да и вряд ли мы сможем бросить его в рудовозный вагон, а потом ждать сотрудничества – значит, поезд исключается, а пока что он был самым верным шансом вернуться наверх без шума и стрельбы.

Пока я размышлял, сервиторы быстро разгрузили три машины, добавив ящики к тому штабелю, за которым раньше прятались мы. Груз остался только на головной машине – четверть дюжины коробок, не больше. Квартет техножрецов о чём-то совещался – увы, на двоичном, так что я никак не мог уследить за ходом их разговора[121]. Впрочем, итог дискуссии был ясен: Клоуд сделал пренебрежительный жест, повинуясь которому, остальные вернулись в кабины и запустили двигатели.

– Уезжают, – пробормотал я, когда машины дали задний ход, повернули и принялись медленно выписывать сложные фигуры, двигаясь к туннелям, из которых недавно появились. Остался только Клоуд, следивший за разгрузкой своей машины.

У меня начала складываться идея. Смехотворная, слишком рискованная для меня, но верная – и если она сработает, я не только получу доступ к вокс-установке, но и смогу защитить скитариев Норгард от будущих диверсий.

– Ты сможешь повести этот грузовик?

– Конечно, сэр, – ответил Юрген, в чьём всегда флегматичном тоне почти появилось удивление тем, какой глупый вопрос я задал. – Кажется, он не сильно отличается от того, что мы одалживали раньше.

– Прекрасно, – сказал я, когда последний ящик присоединился к своим собратьям, а троица сервиторов заковыляла прочь, чтобы исполнить следующий пункт в своём списке дел, – но нужно поторопиться, – сейчас нечего было медлить, я понимал, что Клоуд двинется вслед за остальными техножрецами.

– Вы правы, сэр, – согласился мой помощник, вылез из-за конвейера и рванул к «Карго-8» так, будто это была нетронутый кем-то обед. Я собирался действовать осторожнее и скрываться столько, сколько будет возможно, но не могу винить Юргена за излишний энтузиазм. Впрочем, сейчас это не имело значения – большинство людей впадало в ступор при внезапном появлении моего помощника даже в самой спокойной обстановке. На лице Клоуда появилось изумление[122], когда мой помощник кинулся на него, размахивая мельтой и издавая нечто вроде вальхалльского боевого клича, хотя это было больше похоже на орочью брань[123]. Бросив вокруг быстрый взгляд, убедившись, что нас не заметили, и возблагодарив Трон за стоящий вокруг шум, я поспешил вслед за Юргеном, радуясь, что свежедоставленные ящики скрывают нас от рабочих, что трудились где-то совсем рядом.

– Так и сделаем, и даже мушку не спилим[x14], – продолжил я бранный пассаж Юргена и сделал несколько впечатляющих взмахов цепным мечом, призванных показать, что я готов пустить его в ход, но останавливая гудящие зубья в сантиметре или двух о шеи Клоуда. – Мы тебя искали.

– Кажется, успешно, – ответил магос так же монотонно, как все его собратья. Глаза у него были аугметические, но сейчас на миг затуманились, как будто он удивлённо моргал. – Насколько я понимаю, вы – Каин?

– А ты знаешь других комиссаров на этом проклятом куске камня? – спросил я, и Клоуд покачал головой, едва не напоровшись подбородком на меч.

– Насколько мне известно, их здесь нет.

– Если ты знаешь, кто я, то знаешь и зачем я здесь, – продолжил я. Клоуд попытался кивнуть, но решил, что хочет сохранить лицо и замер. Его сервитор уже закончил разгрузку и теперь, равнодушный к разворачивающейся перед ним драме, пошёл следом за собратьями в тот кипучий котёл, что окружал наш маленький уединённый анклав.

Юрген посмотрел на уходящего болвана и поднял мельту.

– Хотите, чтобы я остановил его?

– В этом нет смысла, – отказался я. – Вряд ли он кому-нибудь расскажет о том, что мы здесь делаем.

– А что вы здесь делаете? – решил уточнить Клоуд, как будто из чистого любопытства.

– Ты же говоришь, что знаешь, кто мы, – воинственно спросил Юрген, верный принципу понимать всё буквально. – Тогда чего спрашиваешь?

– Я могу строить гипотезы, – ответил Клоуд, – но всегда рад услышать подтверждение.

– Тогда построй гипотезу о том, что пойдёшь с нами, – сказал я, – или останешься ржаветь прямо здесь. Что нравится больше?

– Ничего, – ответил Клоуд. – Крайне маловероятно, что вы убьёте меня, не получив информации, которой, по вашему мнению, я владею, а я не предам Омниссию, выдав её. Это оставляет лишь одно рациональное решение, – его глаза снова на миг затуманились, и я вспомнил, где уже видел такое, – Форшпунг точно так же уходил в прострацию, подключаясь к машинным духам Нексуса. Клоуд передавал наш разговор один Император знает куда, хотя я поставил бы годовой выигрыш в таро, что на том конце провода сидит и слушает Тезлер. – Я надеялся испытать трансценденцию лично, но теперь смогу наблюдать за ней из вечных инфоданных, – его тело скрутил спазм, оно напряглось, а потом металлические части магоса окутали крохотные голубые молнии. Тонкий, вызывающий зубную боль вой донёсся откуда-то из глубин его торса, становясь всё громче и сильнее с каждой секундой. Я резко повернулся к Юргену.