Тщеславный (ЛП) - Митчелл Сэнди - Страница 46

Но должен признать, что это становилось всё труднее. Мы были под землёй уже несколько часов, а ведь это была ночь, когда мы должны были отдыхать после долгого дня, а наши маленькие попутные приключения тоже выдались довольно утомительными. Я уже начал слабеть; Юрген держался стоически, но я не сомневался, что он тоже измотан.

Снова оглянувшись назад, я снова подтвердил свои худшие страхи. Наши преследователи немного сократили разрыв и держали оружие наизготовку. Это придало мне сил – я зашагал быстрее, Юрген привычно последовал на мной, но прыти нам хватило ненадолго – вскоре ноги начали заплетаться, а постоянный подъём выматывал нас. Мы как будто шли через болото. Я начал чувствовать себя так, будто попал в тот ночной кошмар, когда бесформенная злобная тварь идёт за тобой по пятам, не показываясь на глаза. Увы, сейчас такой преследователь был виден и оказывался ближе всякий раз, стоило мне повернуть голову. Мне начало не хватать дыхания, я отчаянно оглядывался в поисках какого-нибудь убежища, хоть брошенного ящика, за которым можно было бы устроить оборонительную позицию, но, к счастью, здесь не было не только ящиков, но даже неровностей в стенах. Я сказал «к счастью» – потому что «встать и сражаться» в такой ситуации равносильно «дать себя убить», и такая мысль вообще посетила мою голову только из-за усталости, от которой та работала не очень хорошо.

– Разве мы не должны были найти хоть один боковой проход? – спросил Юрген, как будто шахта нарушила правила приличия, не предоставив нам таковой.

– Наверное, – согласился я. По моим оценкам мы всё ещё не добрались до тех мест, что были обозначены на карте, но отсутствие других штолен озадачивало и меня. Единственное объяснение, что я придумал: этот туннель построили специально для сообщения с некронской гробницей, а значит за последние годы в её варп-портале пропало огромное количество грузов. Несмотря на наше затруднительное положение, я понял, что продолжаю гадать, зачем безжизненным машинам-убийцам наш металл.

– Впереди что-то есть, – сказал Юрген, и тут же луч некротического света ударил в стену туннеля совсем рядом с нами и пробил в каменной толще дыру глубже, чем я мог разглядеть. Это явно была скорее пристрелка, чем серьёзная попытка убить нас, но мы бросились наутёк, забыв о намерении беречь силы. – Хвала Трону, тут дверь!

– Похоже на то, – согласился я, пытаясь сосредоточиться на металлической конструкции, что маячила впереди. Она была выпуклой, будто часть цилиндра, и в ней виднелась дверь, которую и заметил Юрген. Целый миг я не мог понять, что это такое, думая лишь о способе двигаться дальше, как меня озарило. – Это транспортная труба, как на пустотных станциях![136]

– Я думаю, вы правы, сэр – сказал Юрген, таким тоном, будто питал к этому вопросу исключительно академический интерес. – Интересно, куда она ведёт?

– Да кому не плевать? – это был не совсем риторический вопрос. – Главное, чтобы внутри не было некронов.

Тяжело дыша, мы подошли к трубе, и я хлопнул по панели активации, надеясь, что дверь откроется. Она не открылась, но на панели начался отсчёт времени до прибытия капсулы. Почти в тот же миг ещё один луч гаусс-свежевателя пронёсся в воздухе мимо нас, и я резко развернулся поднимая лазпистолет.

Кошмарные ксеносы оказались ближе, чем я ожидал даже по самым мрачным оценкам. Они шагали ровной шеренгой, не сбиваясь с шагу, озаряемые светом электроканделябров, чьи отблески сверкали на их торсах и похожих на голые черепа головах. Я сделал несколько выстрелов, но они лишь оставили пару быстро исчезнувших подпалин на груди того, которого я принял за командира. Автоматон повернул голову прямо ко мне, как будто мягко меня упрекая. Его оружие было крупнее, чем у подчинённых, и хотя я и понятия не имел, на что оно способно, я подсознательно счёл его большей угрозой.

– Целься в него! – крикнул я Юргену, который как раз поднимал мельту. Мой помощник был слишком занят, чтобы ответить, а потому буркнул что-то, что я счёл согласием, и нажал на спуск.

Результат оказался очень хорошим – по крайней мере, пока что. Поток термальной энергии ударил прямо в массивное оружие и оставил глубокий кратер в торсе командира. Но он, к моему ужасу, продолжил шагать к нам, не обратив внимания на урон, что должен был убить его. Когда командир поднял своё громадную и зловещую пушку, его подчинённые повторили этот жест таким слитным движением, что удостоилось бы неохотного одобрительного кивка даже от самого требовательного сержанта-инструктора, и теперь каждый гаусс-свежеватель был направлен на нас.

В эти мгновения я смотрел смерти в лицо, раз за разом нажимая на спуск лазпистолета в тщетной надежде на один удачный выстрел, что случится до того, как моя смертная оболочка обратится в ничто; но потом повреждённое оружие некрона заискрило, взорвалось, и весь отряд охватили разряды молний, что ударяли одного воина и перепрыгивали на другого. В воздухе появился запах озона. Командир рухнул, металл, из которого состояло его тело, искажался и тёк, как свечной воск. Стоявшим рядом с ним воинам не повезло – они отшатнулись, охваченные жутким пламенем, и разваливаясь по швам прямо у нас на глазах.

– Повезло, что я его подпалил, – заметил Юрген. – Не хотел бы сам получить такой разряд.

– Как и я, – согласился я, в лёгком ужасе бросая взгляд на цифры обратного обсчёта на панели. Транспортная капсула была почти здесь, но это «почти» всё равно было слишком долгим на мой вкус. – Не расслабляйся. Таких тварей непросто убить.

И я оказался прав. Когда буря улеглась, командир и самые тяжело пострадавшие солдаты растворились в воздухе – раздался только звук, с которым воздух заполняет внезапно освободившееся пространство, да и тот потонул с треске последних грозовых разрядов. Выжившие возобновили свой марш, и гаусс-лучи засверкали над нашими головами. Хотя пара моих выстрелов угодила в цель (толку было так же мало, как от прошлых попыток), а Юрген остановил ещё одного воина, испарив тому ногу, отчего некрон рухнул наземь и попытался ползти, стреляя одной рукой, мы всё равно уступали врагу числом и вооружением – нам оставалось жить несколько секунд, если не произойдёт какое-нибудь чудо.

Наконец, дверь капсулы мягко отъехала в сторону – раздалось шипение сжатого воздуха и гимн Омниссии, который звучал так, будто кто-то неудачно попытался жонглировать кусками металлолома.

– Внутрь! – закричал я и последовал своему же приказу; Юрген наступал мне на пятки. Я ткнул пальцем в руну закрывания, и дверь вернулась на место, заставив заглохнуть звук ударов металла о камень и оставив нас наедине с запахом Юргена и какофонической мелодией. От последнего источника раздражения я избавил нас самым простым путём – выстрелил в динамик.

– Куда едем, сэр? – Юрген уже изучал систему управления – кажется у нас было много вариантов, куда отправиться.

– Куда угодно, но подальше! – когда с той стороны дверей раздался пронзительный лязг. Некронам не потребуется много времени, чтобы попасть внутрь – они могут просто испарить её огнём свежевателей. Я ударил по переключателю, и резкий рывок капсулы едва не заставил меня упасть. Если я мог доверять своему внутреннему уху, то мы быстро поднимались, и меня это устраивало. Теперь я мог подойти к Юргену и вместе с ним изучить данные.

– Похоже, мы едем в последний пункт назначения, что выбрал прошлый пассажир.

– О, кажется так, – Юрген рассеянно почесал одно из своих крупнейших псориазных пятен и пожал плечами. – Не думаю, что может быть место хуже, чем то, где мы только что были.

Если какими-то словами и можно искушать судьбу, то именно этими.

ГЛАВА 25