Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Кири Кирико - Страница 1105

— Сюрприз, — оскалился он, глядя мне в глаза.

А через мгновение согнулся, когда я заехал ему с ноги по яйцам.

— Сюрприз, — холодно ответил я, вырвав свой кулак.

Подумал, что на этом бой и закончится, но ошибся.

И едва успел отскочить, когда его когти прошли совсем рядом и порвали спортивную форму, оставив на ней продольные разрезы. Он немного изменился. Парень явно был не в ладах с обращением, если вообще держал его под контролем. Когти на лапах говорили именно об этом.

— Тэйлон-Тэйлон-Тэйлон… — на распев пищащим голосом произнёс он и захихикал. У меня мороз пошёл по коже. — Ты быстрый. Хочешь сразиться, как волк? Как настоящий вервольф? Ну давай, покажи свои когти!

И вновь засмеялся.

А потом резко бросился на меня.

У него было такое лицо, будто несётся к чему-то желанному: глаза просто круглые, блестящие, как стекло. Рот приоткрыт в радостной улыбке, как у собаки, которая несётся к любимой игрушке — это больше безумная маска, а не лицо. Кажется, ещё немного, и этот парень побежит, как зверь, на всех четырёх конечностях.

За какие-то мгновения он сократил расстояние между нами, делая замах рукой…

Но даже не достал.

Всё потому, что в него врезались и сбили с ног. Он упал, сделал ловкий кувырок и тут же встал на ноги. Остервенело огляделся, ища обидчика, и остановил удивлённый взгляд на парне, что сбил его с ног.

Братья.

Вот что я мог сказать про того, кто на меня напал, и того, кто меня защитил. Причём родные. И, судя по всему, близнецы. Не копии, но очень похожи. Ко всему прочему, выглядел он куда более адекватно и не имел этих хищных черт, что больной придурок.

— Достаточно, Руфус, — прорычал он. — Ты знаешь правила — никаких драк вне дуэльной зоны, — а потом посмотрел на меня. — Не путай этого лизоблюда Лукаса с нами, грязный. Тронешь одного из наших, и я тебе лично лицо обглодаю.

— Не угрожай мне. И держи своего братца в узде, если не хочешь, чтобы в следующий раз я сломал ему ноги.

Он было открыл свой рот, чтобы ответить, но здесь уже подошёл преподаватель. Он был явно слабее волчьей династии и меня, но кристалл на шее нетонко намекал, что ему не требуется физическая сила. Если захочет, мы тут ляжем всем потоком.

— Разошлись! — рявкнул он. — Сизые Хвосты, пошли туда! Бранье, в ту сторону! — махнул он рукой на противоположную сторону площадки. — У нас отжимания! И чтоб я не видел, что вы друг к другу подходите, или окажетесь на ковре перед директором, уяснили?!

Мы смерили друг друга таким взглядом, что напряжением между нами можно было заставить лампочку светиться. Я был уверен, что этот парень только и мечтал, чтобы заставить меня жрать песок. Но…

— За мной, — прорычал он.

Когда мы расходились, Руфус умудрился даже здесь сделать глупость, достойную того, чтобы ему переебали на месте. Проходя мимо меня, он не поленился наклониться с противной улыбкой, прошептав.

— Тогда я поговорю с твоими милыми сёстрами, не против? — прошипел он, хихикнув.

И явно не ожидал ответа. Особенно это было видно по его удивлённо выпученным глазам, когда я ему ударил ребром ладони по его шее.

Руфус явно расслабился, раз не успел отскочить — то он показывал такую прыть, а здесь облажался. Даже слова сказать не успел, схватившись за горло с таким видом, словно ему в жопу кол засовывали. Я знаю, я видел лица тех людей, и сейчас наблюдал то же самое. Наблюдал за трепыханиями ублюдка, который мало того, что действительно психически болен, так ещё и чувствует вседозволенность.

Рухнул на колени, закашливаясь и пытаясь вздохнуть с безумным видом. Это не осталось незамеченным со стороны его стаи. Особенно надо было видеть его братца, который метнулся ко мне, в несколько прыжков оказавшись рядом с братом и успев частично обратиться. Но добраться до меня просто не успел.

В тот момент, когда нас разделяло метров пять, раздался хлопок, и меня вместе с ним и ещё тремя друзьями, что бросились за ним следом, просто раскидало по разным сторонам, как взрывной волной.

Друзья полетели кубарем как попало, но вот я и брат Руфуса вскочили на ноги практически сразу. Но едва сделали шаг, как обоих парализовало. Просто свело судорогой, и мы как замерли, так и повалились не в силах даже пошевелиться, пока где-то в стороне задыхался этот кусок говна.

Правильно ли я сделал? Абсолютно. Такое надо сразу пресекать, показывать, что за подобное, даже пусть слова, будет всегда ответная реакция. Нельзя позволять нападать на твой род, отряд, семью, группу и так далее. Лишь показывая, что ты готов зубами рвать за своих, можно защититься от любых нападок. Каждый сто раз подумает, а стоит ли рисковать и связываться, если можно найти более простую цель?

Конечно, за подобное надо было вообще убить, и в другой ситуации я бы так и поступил, но не в академии по понятным причинам. Меня загрызут в прямом смысле слова. Может раньше, когда тело было быстрее и сильнее, реакция куда лучше, а в руках было оружие, я бы и мог потягаться с ними (не со всей стаей, естественно), но здесь нет шансов. Может одного забью, и то если будет оружие в руках.

Очень скоро здесь стало очень много преподавателей и охраны. Больному упырку уже оказывали помощь, но тот не спешил уже радостно скалиться и пытаться докопаться. Что касается меня и брата этого Руфуса, нас в буквальном смысле слова потащили в кабинет директора.

Я второй раз был в его кабинете, но на этот раз здесь не было родителей, не успели приехать. Зато были директор, человека четыре из охраны и преподаватель. Причём охрана была со стороны брата Руфуса. Там же я и узнал, что брата зовут Хонт.

Преподаватель быстро рассказал историю от своего взгляда, что успел увидеть и что успел услышать, прежде чем вопросы начали задавать нам.

— Тэр Тэйлон, вы у меня уже второй раз меньше чем за месяц, — мягко начал директор. — Вам не кажется, что вы зачастили?

— Нет, — тут же ответил я.

— Не кажется… Хорошо… Что касается вас, тэр Хонт, обычно на этом месте стоит ваш брат. И обычно за нападки на других учеников.

— При всём уважении, но он если и нарушал правила, то не переходил дозволенных границ.

— Да, он не переступал границы, за которыми его ждёт не только отчисление, но и преследование по закону. А ещё потому, что удивительным образом все юноши говорили, что случайно с ним столкнулись в коридоре и упали, ударились, поцарапались и так далее, а он ни причём. Как и девушки, которые все, как одна, говорят, что это была игра, что случайно столкнулись, ударились, вообще сами виноваты и так далее, и он тоже ни причём.

— Они это сказали сами.

— Да. Какое совпадение, что они или люди без рода, или представители слабых родов, которые удивительно сильно напуганы и часто путаются в показаниях. И я ожидал в этот раз, услышав фамилию, увидеть вашего брата, а не вас, ведь он бывал у нас уже семь раз. И это меньше, чем за месяц, и только то, где мы успевали вмешаться. Поэтому я несколько удивлён и прошу объяснить, что же произошло.

— Недопонимание, — и взглянул на меня. — Верно?

Директор тоже взглянул на меня.

— Это так, Тэйлон?

— Нет, не так, — совершенно спокойно ответил я. — Конкретно к тэру Хонту у меня нет претензий. У меня претензии к его брату, который сначала напал на одного из моих товарищей. Потом попытался напасть на меня, и если бы не вмешательство его брата, всё закончилось бы дракой. А после того, как брат и преподаватель остудили ситуацию, он сказал, что надругается над моими сёстрами. Я воспринял это как прямую угрозу и ударил его.

— В шею, — уточнил директор.

— Всё верно.

— А вы знаете, что это смертельно?

— Если бы я хотел ему смерти, я бы следом за этим свернул ему шею.

— Обнадёживает, — кивнул директор. — Теперь я буду знать, что вы его ещё пожалели.

Да, я соврал. Да, я наговорил. Иногда надо обговорить другого, что я и сделал.

— Мой брат никогда бы… — начал было Хонт, но директор его перебил.