Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Кири Кирико - Страница 974

В ответ в меня летят копья, которые просто материализуются над его плечами и ленивым взмахом руки запускаются в меня.

Я бросаюсь назад через ворота, отступая обратно в то время, как пидор буквально левитирует над землёй в своём облачке, двигаясь за мной. Хитрожопый ублюдок не рискует запнуться или вывихнуть себе ногу.

Однако рискует получить пулю.

Отходя назад, я продолжаю отстреливаться, чтоб не дать ему ударить мне в спину. Так Богу Скверны приходится куда больше сосредотачиваться на защите, так как мои пули — не магия, их сложнее удержать щитом, чем её саму или те же стрелы. Да даже свинцовые пули из ружья легче удержать, чем пулю из револьвера. Он, конечно, стал сильнее, но не настолько, чтоб игнорировать подобное.

Мне нужно около секунды, чтоб перезарядиться и вновь по новому кругу, заставляя его держать перед собой щит. Однако я стреляю в него не просто так, от балды. И я не пытаюсь устроить скоростную стрельбу, как с его подручными. Наоборот, делаю размеренные выстрелы с промежутком между ними, чтоб экономить патроны, но в то же время не давая ему атаковать себя.

Таким образом под стрельбу мы вышли из вторых ворот, окружавших площадь, перейдя на улицу. Ровно туда, куда мне было нужно. Во время моего тактического отступления в меня несколько раз прилетали его снаряды, которые он успевал пустить во время моих перезарядок.

Это были такие подобия пик или копий, которые, сделанные из чего-то чёрного, входили в камень так же легко, как и в древесину. Один такой пробил мне ногу, мгновенно прижигая рану, и прошёл сквозь неё на вылет; воткнулся в землю и на моих глазах тут же рассыпался в чёрный песок, словно проржавел за секунды.

А теперь… надо оттянуть немного времени. Совсем немножко, чтоб окончательно добить ублюдка.

Я вновь расстрелял в него весь барабан.

Даже не пытаюсь убежать или спрятаться в домах. Побегу — подставлю спину и дам ему время накидать в меня своих копий. Спрятаться в здании… Глядя на них, понимаешь, что такие копья просто пробьют нахуй стены вместе со мной, если только он сразу не взорвёт здание.

Куда логичнее сейчас отступать спиной вперёд, чтоб держать его всегда в поле зрения и иметь возможность отскочить в случае чего. Да и стреляя в него, я тем самым не даю ему открыто атаковать себя, заставляя уйти в оборону.

— Как ты думаешь, что быстрее кончится, твой запас пуль, или моя магия? — рассмеялся Бог Скверны, запуская в меня ещё несколько копий прежде, чем спрятаться за щитом. — Мы оба знаем, что это бессмысленно. Я могу хоть целый день так ходить за тобой, пока ты не сдохнешь. Ты можешь сколько угодно заставлять меня прятаться за щитом, но рано или поздно я из-за него вылезу.

Но я стреляю, не останавливаюсь ни на секунду. Всё так же размеренно и не столь быстро, как и до этого, не давая ему возможности высунуться. Я тяну время.

Ещё два барабана уходят в него, прежде чем я замечаю изменения у ублюдка.

Наконец-то…

— Как ты думаешь, насколько ты сильнее Богини Удачи, уёбок? — ухмыльнулся недобро я, видя, что туман вокруг него начинает рассеиваться.

Мне потребовалось достаточно много времени, чтоб откачать из Богини Удачи пустышками силу.

На Бога Скверны, который при этом активно использует ману, ушло гораздо меньше времени.

Не только он посмотрел в тот шар истины, и не только он знал, что будет. Я тоже видел этот момент и видел решение этой проблемы. Я сдохну не здесь, не в пыльном городе, и в этому бою верх будет за мной. Не только ты такой умный, пидрила.

Возможно именно отсутствие маны и почувствовал Скверна, так как в следующий раз, когда я в него выстрелил, нас обоих отбросило в стороны. Что-то типа объёмного взрыва, который раскидал нас в разные стороны, как щепки.

Револьвер вылетел из моей ладони и упал в грязь, когда я отлетел назад. В то же время и сам Бог Скверны улетел от собственного удара, упав на землю.

Мы вскочили одновременно.

Я бросился к револьверу.

Он поднял руку, создавая копьё над плечом.

Доли секунд, настолько быстрых и настолько медленных, что я могу вспомнить каждое мгновение при необходимости.

Вот мои пальцы смыкаются на рукояти оружия, попутно зачерпывая немного весенней грязи; дуло револьвера тут же поднимается, и я стреляю от бедра, даже не пытаясь целиться. Только мои навыки и способности.

Одновременно с выстрелом мой живот пробивает копьё. Не смертельно, но в то же время оно спокойно проходит через меня, ровно так же, как и пуля пробивает плечо ублюдка на вылет. Только вот за ним никого нет. А за моей спиной я слышу вскрик, когда его снаряд достигает ещё одного человека.

К сожалению, я не могу всех защитить, даже если буду закрывать их собственным телом. Здесь, помимо сотни безразличных мне тел я оставлю ещё одного дорогого мне человека.

Глава 424

Я слишком долго жил со своей командой, чтоб понять, кому принадлежал голос.

— СУКА!

— СДОХНИ!

Наши крики боли сливаются в один, и мы одновременно буквально нашпиговываем своего противника, полные ненависти и желания убить друг друга.

Вместе с нашими вскриками пули и копья разрезают тишину своим свистом, своими выстрелами, своей смертью.

Меня пробивает ещё раз в районе ключицы.

Ему сносит ухо.

Мою бедренную мышцу пробило копьё.

Скверна получает одну пулю в район живота.

Мне пробивает левую руку, не задевая кости.

Он пытается встать, но пуля попадает в голень на вылет.

Я уже падаю, получая напоследок в район лба царапину, едва не лишившись головы.

Скверна же в то мгновение, когда запустил копьё, лишился одного из пальцев — сорвало пулей.

Вскочив практически одновременно, мы падаем синхронно на землю, словно после перестрелки.

Мы боремся, каждый за свою правду, мы боремся за своё счастье и оба понимаем, что выход из такой ситуации только один — соперник должен сдохнуть. Теперь мы не успокоимся, пока не отправим друг друга на тот свет.

Бог Скверны, настолько самоуверенный, настолько убеждённый в победе и непобедимости прозевал свою же фишку, которую показал мне, позволив откачать из себя всю ману. И понял это только когда сам почувствовал. Из-за шара лишившись осторожности, он сам попал под удар. А ведь когда-то говорил, что в этом мире боги слишком уязвимы.

Я быстро перезаряжаю револьвер и делаю первый выстрел, но попадаю лишь в дымку, которая остаётся после его исчезновения. Ещё бы доля секунды, и я бы отправил его на тот свет…

А я всё ещё сижу на земле, целясь из револьвера туда, где он только что был, прежде чем вспоминаю о той, кто за моей спиной. Вспоминаю со страхом и болью, опасаясь самого страшного. Я боюсь оборачиваться, так как страшусь того, чего увижу.

Я страшусь почувствовать ещё раз боль.

Но каждая секунда — это потерянная возможность спасти жизнь.

Поэтому я встаю и бросаюсь назад. Боль в теле заставляет охнуть, но она не большее препятствие для меня, чем плотность воздуха. Я не привык к боли, но я привык её перетерпливать. Я бегу туда, откуда пришёл, чтоб под конец увидеть ещё одну жертву противостояния меня и окружающего мира.

— Тс… тихо, погоди… — я приземляюсь на колени около неё, даже не замечая, как сильно ударился ими. — Сейчас, погоди…

Но подождать что? Ей нечего ждать… ничего не спасёт её.

Констанция умирала. Медленно и непоправимо умирала, я видел это по её глазам, я чувствовал эту смерть около неё, я видел это так же отчётливо, как и её саму.

— Больно… — пробормотала она слишком спокойно, словно не боясь распрощаться с этим миром.

Я быстрыми движениями снимал броню с неё, чтоб увидеть, как на её груди растекается кровавое пятно. Констанцию едва ли не прибило к стене города, и если бы не исчезнувшее копьё, то висеть сейчас ей здесь, а не сидеть, облокотившись на стену.

Пытаюсь зажать рану, но кровь так хлещет из дырки, что я подозреваю пробитую артерию, если не аорту. И её живучесть будет только отодвигать неизбежное. Я пытаюсь остановить кровь и мыслями дозваться хоть до кого-то, но всем плевать.